Жемчуг богов - Юрьев Сергей - Страница 33

– Или смертная.

– Кто? – Вико напрягся, почувствовав, что старушка, похоже, заранее знала, о чем пойдет речь, и все ответы у нее были уже готовы.

Лола легко поднялась из кресла и через пару мгновений оказалась возле сейфа, загримированного под бар. Ее пальцы пробежали по невидимой клавиатуре, и тяжелая дверца медленно, с чувством собственного достоинства, отворилась. Обычно досье и прочие документы копировались на жесткие диски, но Лола по старинке хранила оригиналы в папках. Видимо, давала о себе знать дурная кровь дедушки-архивариуса.

– Вот. – Лола протянула ему одну из папок. – Роза Валлахо, тридцать два года, замужем, детей нет, никому не нужна, в определенном состоянии способна на все.

– ?

– Вы ее видели, когда сопровождали дженти Индо. Помните, три недели назад вы нагрянули сюда с инспекцией.

– Помню, конечно. Мне эта особа показалась весьма неприятной.

– В своем обычном состоянии она не представляет из себя ничего особенного, обыкновенная склочная бабенка, нервная, жадная, эгоистичная. Мы с ней начали работать лет восемь назад. По вашей, кстати, рекомендации.

– Припоминаю. Нам тогда нужно было найти меры воздействия на ее мужа, Зеро Валлахо, который тогда затевал скандал по поводу расширения промышленных зон. Потом, правда, выяснилось, что ему на нее наплевать.

– Вот именно… Но оказалось, что Роза обладает редкостной внушаемостью и в состоянии транса способна прямо-таки творить чудеса. Многому мы до сих пор не можем найти объяснения.

– Например?

– Знаете, кому принадлежит мировой рекорд в поднятии тяжестей?

– Джоку Хетту, вооруженные силы Эвери, жим – пятьсот двадцать фунтов.

– Роза поднимала и семьсот с лишним. И еще она может перемножать в уме шестизначные числа, говорить на семнадцати мертвых языках, которых никогда не изучала, а однажды она упала с высоты тридцати двух футов, встала, отряхнулась и пошла, как ни в чем не бывало.

– Мне об этом не докладывали.

– Мы докладываем лишь о том, что можем объяснить. Только о результатах. К счастью, выходя из транса, она почти ничего не помнит из того, что с ней происходило. Помнит только, что было хорошо, и мирно возвращается к обыденной жизни – супермаркеты, бары, ночные клубы, если деньги есть. Мы заботимся о том, чтобы она имела скромные средства, нам дорого ее здоровье. К счастью, она находится под полным контролем, иначе пришлось бы ее вообще изолировать, если не ликвидировать.

– Когда она будет готова? – Вико прикрыл ладонью зевок.

– Она всегда готова. – Лола заметила: дженти Гресс заскучал, поняв, что перспектива нырнуть в мерцающую бездну ему не светит. – Если ей потребуются специальные знания, нужно полдня. А уж легенду для нее мы сочиним – специалисты у нас есть.

– Легенду?

– Привычные для нас мотивы ей непонятны, когда она находится в состоянии транса. У «Ордена хранителей радости» есть свои принципы: лишь возвышенная цель может служить мотивацией поступков, лишь страсть поведет нас вперед навстречу Тьме, преодоление которой есть Свет…

– Ну, хватит, хватит. – Вико поднялся. – Она потребуется через пять дней. Подробные инструкции вам сообщат завтра с утра.

– Еще один момент… – Лола надела маску сожаления. – Когда мы начинали работать с Розой, современной методики еще не было, так что, для введения в транс, ей придется сделать несколько инъекций. Нужное нам состояние продлится не более недели. Успеет?

– Не знаю. Пусть попробует.

Вико чувствовал, что ему уже трудно сосредоточиться. Напряжение последних двух дней давало о себе знать, и он решил, что наступил момент, когда можно позволить себе ощутить усталость.

– Лола, вы не будете против, если я часа на четыре займу ваш диван?

– Разумеется. Не забудьте только прислать потом мемориальную табличку… – Она хотела добавить еще пару слов, но заметила, что дженти Гресс ее уже не слышит.

24 августа 7 ч. 40 м.

За покосившимся письменным столом на серой бетонной стене висело трехцветное знамя Гардарики. Это настолько поразило Валлахо, что он не сразу заметил хозяина бункера, толстячка в странном темно-синем мундире с необычайно массивными погонами, по два маленьких золотых орла на каждом. После двух суток, проведенных в вонючем карцере, Зеро готов был радоваться любой перемене обстановки.

Конвоиры остались за железной дверью, которая со ржавым скрежетом закрылась за его спиной. Толстяк смотрел на Зеро с нескрываемым злорадством. На столе возле его левой руки лежала коробка сигар, а возле правой – громоздкий пистолет.

– Вы понять, куда попало? – спросил он на ломаном эверийском, слегка привстав со стула.

– Понять, – отозвался Зеро. – Еще как понять…

– Мы будем доставлять вам не много неудобства, – заверил его толстяк, откинувшись на спинку. – Если будете хорошо ответить про вопросы.

– Будете хорошо спрашивать – буду хорошо отвечать. – Зеро присел на табуретку, не дождавшись приглашения, и краем глаза заметил, как пухлая рука собеседника легла на рукоять пистолета.

Дверь за спиной вновь заскрежетала, и Зеро, оглянувшись, увидел даму, которая встречала их на берегу. На этот раз она была в легком платье и без оружия, и весь ее вид совершенно не соответствовал окружающей обстановке. Она что-то сказала толстяку на незнакомом языке, и тот кивнул в ответ.

– Дженти Зеро, – она присела на край стола, частично загородив собой толстяка. – Поздравляю вас с тем, что вы живы. Я надеюсь, вы и в дальнейшем не дадите нам повода подвергать опасности вашу жизнь и здоровье.

– Не дам. Конечно, не дам, – отозвался Зеро. – Что я должен делать?

– Дженти Савел уже сообщал нам, что вы человек весьма разумный и обычно адекватно реагируете на любые обстоятельства. Завтра за вами придет субмарина, а через пару недель вы выступите по радио и в мировой информационной сети с разоблачением агрессивных планов правящих кругов Конфедерации.

– Каких планов?

– Вам сообщат.

– Я подумаю.

– Нет. Думать будем мы, а вы будете выполнять наши указания.

– Что с Тикой?

– С ним вы еще увидитесь.

– А с вами? – Зеро набрался смелости и подмигнул.

– Разумеется. И не однажды. – Собеседница улыбнулась, и только тут до Зеро дошло, что она, пожалуй, на самом деле гораздо старше, чем выглядит.

24 августа, 7 ч. 42 м.

Зеро увели, и она заняла освободившуюся табуретку.

– Ну что ж, Дина, поздравляю с успешным завершением операции! – Подполковник Ушат не скрывал чувства глубокого удовлетворения.

– Мне что – крикнуть «Служу Родине!»? – Она слегка недолюбливала непосредственного начальника, большей частью, потому что – начальник.

– Ну, не сейчас.

– Если верить результатам допроса Тики ван Дебби, события в Сиаре приобретают крайне нежелательный оборот. Я бы даже сказала, весьма опасный.

– Это уже не наше дело. Мы задание выполнили, и надо срочно до дому, пока нас тут не засекли.

– Сейчас как раз настал момент, когда между Гальмаро и Конфедерацией можно забить хороший клин.

– А мы здесь причем?

– Вы, господин подполковник, может, и не при чем. А мне самое время навестить старых знакомых.

– Директивы не было.

– Значит, надо запросить.

– Ты думаешь, я не знаю, чего тебе там понадобилось. Девка твоя влипла в историю, вот ты и рвешься туда! Перебьешься. Пусть ее папочка выручает. Он у них сейчас в Сиаре за главного, вот пусть и заботится. А тебя он ждет не дождется, чтобы к стенке поставить. – Полковник достал из кармана зеленый носовой платок и шумно высморкался. – Опять же, у нас там и явок нету никаких, все, что есть – только в Вальпо, да и те никому не нужны, потому как директория скоро крякнет.

– Я сама составлю запрос. И отправлю сама. – Дина, казалось, не слушала его.

– Составляй. Мне-то что. Прикажут – забросим. Куда хошь забросим, хоть к Гальмаре этому в постельку…