Сингапурская история: из «третьего мира» – в «первый» - Ли Куан Ю - Страница 151

Я сказал послу Рою, что Маркос должен был знать, что у него есть возможность уйти. Если бы он знал, что ему некуда деваться, он мог бы решиться идти до конца. 25 февраля Рой сообщил мне, что его правительство согласилось с моими взглядами, и спросил, не соглашусь ли я координировать позицию стран АСЕАН по вопросу о предоставлении убежища Маркосу. Министр иностранных дел Сингапура Раджа сказал, что достичь консенсуса между всеми пятью странами АСЕАН было бы трудно. Через нашего посла в Маниле я немедленно послал Маркосу приглашение приехать в Сингапур. Это было предложение, которое, если бы он его принял, помогло бы разрядить сложившуюся тогда угрожающую ситуацию. В то же время, Рейган послал ему частное послание, в котором просил Маркоса не применять силу, а также обещал предоставить Маркосу, его родственникам и сподвижникам убежище на Гавайях. Маркос предпочел убежище на Гавайях убежищу в Сингапуре. В тот же самый день, 25 февраля, Акино была приведена к присяге в качестве нового президента Филиппин.

Спустя несколько дней после прибытия в Гонолулу (Honolulu) американская таможня проверила багаж Маркоса, в котором были чемоданы с новенькими филиппинскими песо. Почуяв неладное, Маркос прислал мне сообщение, в котором попросил о приезде в Сингапур. Акино, которая в это время уже была президентом, высказалась против этого, и Маркос остался на Гавайях, где ему пришлось выступать в роли ответчика на многочисленных судебных процессах.

Одним из разногласий, существовавших между США и президентом Акино, был вопрос о продлении срока аренды американских военных баз на Филиппинах. Акино решительно выступала против продления сроков аренды, надеясь, что США пойдут на большие уступки. Впоследствии это ударило по ней самой: когда она, наконец, заключила соглашение с США, Сенат Филиппин отверг его. Сенаторы заявили, что присутствие американских военных баз подрывало государственный суверенитет Филиппин.

Влиятельный лидер республиканцев сенатор Ричард Лугар (Richard Lugar), заседавший в комитете Сената США по международным отношениям, проявлявший особый интерес к вопросам обороны, посетил меня в Сингапуре в январе 1989 года после переговоров с президентом Акино в Маниле. Он спросил, не мог ли Сингапур помочь Соединенным Штатам в том случае, если бы им пришлось оставить базу в Субик-бэе (Subic Bay) на Филиппинах. Я сказал, что мы могли бы предложить США базы в Сингапуре, но заметил, что вся территория Сингапура была меньше, чем размеры американской базы в Субик-бэе. Мы также не располагали местом для размещения американских военнослужащих. Я убеждал его бороться за сохранение американских баз на Филиппинах, но добавил, что Сингапур был готов публично предложить США воспользоваться нашими базами, если бы это помогло филиппинскому правительству чувствовать себя в меньшей изоляции на международной арене и сделало его более покладистым в деле сохранения военных баз США в стране.

Наш посол в Маниле поднял этот вопрос с Госсекретарем Филиппин по международным делам Раулем Манглапусом (Raul Manglapus), который сказал, что Филиппины приветствовали бы такое публичное заявление. Я дал распоряжение государственному министру Сингапура по международным делам Джорджу Ео выступить в августе 1989 года с публичным заявлением о том, что Сингапур не возражал бы против расширения масштабов использования наших баз вооруженными силами США. После этого заявления Манглапус выступил с ответным заявлением, в котором подчеркнул: «Следует отметить и положительно оценить прямолинейную позицию Сингапура». Позднее, президент Акино сказала мне, что мои действия принесли пользу Филиппинам.

Малайзия и Индонезия были не в восторге от этого. Министр обороны Малайзии Ритауддин заявил, что Сингапуру не следовало нарушать статус-кво, сложившийся в регионе, путем расширения иностранного военного присутствия. Министр иностранных дел Индонезии Али Алатас выразил надежду, что Сингапур будет продолжать поддерживать идею создания зоны свободной от ядерного оружия в Юго-Восточной Азии, добавив, что Индонезия будет выступать против предложения Сингапура, если оно приведет к созданию новой военной базы.

20 августа 1989 года, в транслировавшейся по телевизору речи на собрании, посвященном Национальному празднику Сингапура, я заявил, что речь не шла о создании новых военных баз с размещением на них большого контингента американских войск, – у Сингапура для этого просто не было места. Мы предлагали США получить доступ к использованию уже существующих баз, которые оставались бы под контролем сингапурского правительства, а не превратились бы в американские военные базы. Я также поддерживал идею созданию зоны свободной от ядерного оружия и зоны мира, свободы и нейтралитета, что было предложено, соответственно, Индонезией и Малайзией. Тем не менее, если бы, например, на островах Спратли (Spratlys), оспаривавшихся сразу несколькими государствами, были обнаружены запасы нефти и газа, то такой зоны мира не существовало бы. Ранее, в августе того же года, я встретился с президентом Сухарто и премьер-министром Махатхиром в Брунее и разъяснил им суть нашего предложения.

Правительство США приняло наше предложение. 13 ноября 1990 года, за две недели до ухода в отставку с поста премьер-министра, находясь в Токио на коронации императора Акихито, я подписал соглашение о намерениях с вице-президентом США Дэном Куэйлом (Dan Quayle). Это соглашение оказалось более важным, чем США и Сингапур могли тогда предвидеть. Когда в сентябре 1991 года американцам все-таки пришлось оставить свои базы на Филиппинах, базы в Сингапуре стали точкой опоры США в Юго-Восточной Азии.

Позиция государств региона в отношении использования американцами военных баз в Сингапуре разительно изменилась в 1992 году, после издания Китаем географических карт, на которых острова Спратли были показаны как часть территории Китая. Три страны АСЕАН (Малайзия, Бруней и Филиппины) также считали эти острова своей территорией. В ноябре того же года Али Алатас сказал, что Индонезия понимает выгоды от использования США военных баз в Сингапуре.

Я впервые встретился с Джорджем Бушем (George Bush) в июне 1981 года, когда он был вице-президентом в администрации Рейгана. Наши замечательные отношения не изменились, когда он стал президентом. Он был исключительно теплым и дружелюбным человеком. В 1982 году, когда Буш узнал, что я направляюсь в Вашингтон для встречи с Рейганом, он пригласил меня провести с ним время в Кеннэбанкпорте, в штате Мэн (Kennebunkport, Maine), где он проводил свой летний отпуск. Я поблагодарил его, но отказался, потому что я должен был встретиться со своей дочерью Линь, которая тогда работала в Бостоне, в госпитале штата Массачусетс (Massachusetts General Hospital). Тогда он прислал мне сообщение с просьбой приехать вместе с ней, и было ясно, что он был вполне искренен. В результате, мы провели с ним выходные. Линь и я бегали трусцой вместе с Бушем, в сопровождении его охраны. Мы свободно разговаривали о политике и, в целом, хорошо провели время. Барбара Буш (Barbara Bush) была такой же дружелюбной, как и ее муж. Она была гостеприимной, обаятельной, общительной и абсолютно не претенциозной. Как и Буш, она была искренне рада, что друзья проводили выходные вместе с ее семьей, и мы чувствовали это.

В 1990 году, после того как Ирак оккупировал Кувейт, США, с целью наращивания своих сил в Персидском заливе, пришлось быстро перебросить в этот регион полмиллиона военнослужащих. Хотя наше соглашение о намерениях не было еще подписано, мы разрешили американским самолетам и кораблям, перевозившим живую силу и технику через Тихий океан, останавливаться в Сингапуре. Мы также послали бригаду врачей в Саудовскую Аравию, чтобы продемонстрировать нашу поддержку операции в Персидском заливе. Индонезия и Малайзия оставались нейтральными. Мусульмане, составлявшие большинство их населения, симпатизировали Саддаму Хусейну и народу Ирака и проявляли свою солидарность с ними.

Я посетил президента Буша в Белом Доме 21 января 1991 года, в тот момент, когда операция «Буря в пустыне» (Operation Desert Storm) приближалась к своему зрелищному завершению. Американские, британские и французские войска завершали окружение вооруженных сил Ирака. Мы провели вечер в его частной квартире с советником Буша по национальной безопасности Брэнтом Скоукрофтом (Brent Scowcroft), обсуждая арабо-израильские отношения в широком контексте. Я поздравил его с успехом в создании широкой коалиции сил в поддержку операции в Ираке, которая включала арабские государства: Египет, Сирию, Марокко и страны Персидского залива. Тем не менее, я отметил, что мусульманский мир поддерживал Саддама Хусейна, несмотря на то, что он был не прав. Израильтяне продолжали строительство все новых поселений на западном берегу реки Иордан (West Bank), и это разжигало страсти в арабском и мусульманском мире. Союзники и друзья Америки были встревожены, – где-то там, в будущем, обязательно должен был произойти взрыв. Я настаивал на том, чтобы Америка публично высказалась в поддержку такого решения проблемы Ближнего Востока, которое было бы справедливым с точки зрения и палестинцев, и израильтян, чтобы продемонстрировать, что США не поддерживали Израиль независимо от того, был ли он прав или нет.