Война на личном фронте - Якубова Алия Мирфаисовна - Страница 8

Дверь открылась, и вошли трое: двое мужчин и девушка. Последним заглянул Ник и сказал:

— Вот, привёл, — и тут же удалился.

Я внимательно оглядела вошедших. Один мужчина был ещё практически юношей. Лет двадцать, наверное. Открытое лицо в обрамлении тугих локонов чёрных волос, которые едва достигали высоких скул. Серые глаза. Рост скорее средний, но плечи широкие — ещё чуть-чуть и будет слишком. Одет в джинсы и просторный свитер, будто снятый со старшего брата. Другому мужчине было около двадцати пяти. Тоже в джинсах, и в чёрной футболке. Он был выше и мускулистее, больше походил на вышибалу, чем на официанта. Лицо было бы суровым, если бы не большие карие, просто оленьи, глаза. Да ещё длинные каштановые волосы, забранные в хвост. Что же касается девушки, то она обладала милым личиком, на грани смазливости, но в её серо-зелёных глазах светились ум и воля. Такой взгляд бывает у тех, кому с трудом приходилось пробиваться в этой жизни. Её волосы были подстрижены очень коротко, да к тому же высветлены почти до снежной белизны, а наряд состоял из узкой юбки и темно-фиолетовой шёлковой блузки. Она могла бы казаться хрупкой, если бы не её внутренняя сила. По-моему, я её уже видела в стае.

— Здравствуйте, госпожа Лео. Нас прислала госпожа Иветта, — сказал старший мужчина. — Меня зовут Саймон, а их Глен и Эмма. Мы поступаем в полное ваше распоряжение.

— Во-первых, не называйте меня госпожой, — попросила я. — А во-вторых, кто-нибудь работал раньше официантом?

Саймон и Эмма подняли руки, а Глен смущённо потупился.

— Что ж, совсем не плохо. Я отведу вас к Дейву, нашему менеджеру, он введёт вас троих в курс дела. С ним же обсудите оплату. Но сколько вы можете здесь проработать?

— Сколько вам будет угодно, — ответил Саймон.

— То есть? — не поняла я.

— Мы ваши, — подала голос Эмма, и он оказался очень приятным. — Госпожа Иветта передала нас вам. Вы — кайо, и мы подчиняемся вам.

Я даже потрясла головой, стараясь утрясти смысл слов. Она говорила об этом, как о само собой разумеющимся. Но я не могла понять, как так можно передавать людей, поэтому у меня вырвалось:

— Но вы же не вещи!

— Мы подчиняемся вожаку, — пожал плечами Глен.

— Но на меня вы просто работаете! Не больше и не меньше. И получаете за это деньги! — возразила я.

— Как пожелаете.

Да, никогда я так вплотную не сталкивалась с иерархией стаи. Мне даже стало не по себе. Главным образом потому, что они воспринимали это совершенно нормально. Боясь, что у меня лопнет терпенье, я повела их к Дейву. Надо будет поговорить об этом с Иветтой.

Пристроив оборотней, я отправилась на поиски Тины. Нашла я её в главном зале. Она премило болтала с Матиасом, Брэдом, Виком и Мэлом, но в основном с первым. Дени тоже была здесь. Сидела чуть поодаль и что-то оживлённо обсуждала с Виктором, но время от времени бросала взгляды на Тину.

Заметив меня, сестра широко улыбнулась и восторженно проговорила:

— Суперский клуб! А ты, правда, здесь пела?

Я неодобрительно покосилась на парней, ведь ясно, что это они ляпнули, и сказала:

— Было дело.

— Ха! Ты же была нашей солисткой почти четыре года! — не удержался от комментария Брэд.

— Да с её талантом можно сделать настоящую карьеру певицы! — вставил Вик.

— Предпочитаю стоять по другую сторону баррикад, — возразила я. — И хватит об этом.

— А такой интересный разговор начинался! — разочаровано протянул Мэл, но я смерила его уничтожающим взглядом, и он заткнулся.

Положив руку Тине на плечо, я сказала:

— Идём, скоро открытие. Надо подыскать тебе место.

— О`кей.

Я уже сделала несколько шагов, как, вспомнив, остановилась и сказала ребятам:

— Да, в нашем тесном коллективе пополнение. Трое новеньких.

— Девушки есть? — Мэл тут же принял стойку пса, почуявшего дичь.

— Есть, — усмехнулась я. — Но я вас предупреждаю — чтоб без шуточек мне! — так и хотелось добавить: «вам же хуже будет!»

— Но Лео, ты же нас знаешь! — в голосе парней слышалось возмущение, но искренности в нем не было ни на грош.

— Вот именно! Поэтому и предупреждаю!

Эти слова вызвали дружный хохот. И в это самое время двери клуба открылись, и внутрь хлынул народ. Пробираясь сквозь водоворот толпы, я вела сестру за собой к столику у стены в небольшом алькове. Он всегда был свободен — так сказать для служебных надобностей. Столик недалеко от сцены, но в отдалении ото всех, хотя весь зал для сидящих за ним был как на ладони.

Усадив Тину за столик, я сказала:

— Вот здесь тебе будет удобно. Я буду бегать по делам, но все же постараюсь время от времени выбираться к тебе. Не скучай, развлекайся.

— Конечно. Можешь не беспокоиться обо мне, — счастливо улыбнулась сестра.

— Да, можешь заказывать еду, питьё, только безалкогольное. Тебе принесут.

— Хорошо.

— Ну, не скучай.

Но прежде чем заняться делами я отыскала Ника (сегодня он отвечал за обстановку в зале), и поманила рукой. Он тут же подошёл, продвигаясь сквозь толпу подобно ледоколу. Показав ему столик, за котором сидела Тина, я попросила:

— Приглядывай за ней.

— Как скажешь, леди-босс. Я тут вообще за всем приглядываю, — на его губах как всегда играла полуулыбка.

— Предупреждаю, если с ней что-нибудь случиться — башку откручу!

— Ну, так бы сразу и сказала! — развёл руками Ник. — Да все будет в порядке!

— Надеюсь на это, — пробурчала я, удаляясь. На самом деле я знала, что на Ника можно положиться, не смотря на все его шуточки и иронию. Просто такой он есть.

Меня же ждали дела. Нужно было узнать, приехал ли этот Фолк и не возникло ли каких непредвиденных трудностей. К тому же надо договориться о выступлениях на этот уикенд. Взваливать все это на Дени было бы, по меньшей мере, не честно.

Несколько раз мне удавалось выглянуть в зал, чтобы посмотреть, как там Тина. Судя по всему, ей было весело. Она танцевала, развлекалась. В общем, совсем не казалась ни замкнутой, ни подавленной. Не производила она впечатление пережившей сильное потрясение. И что с ней творится такое? Покачав головой, я вернулась к работе.

Но вот рабочий день нашего клуба закончился. Посетители разошлись, и я пошла за сестрой, чтобы сказать, что нам пора домой. Она сидела за столиком, вяло потягивая колу. Даже издалека было видно, что она устала и просто засыпает на ходу. Конечно, время уже весьма позднее. И все же Тина не произнесла ни единой жалобы. Правда, стоило ей сесть в машину, как она уснула, свернувшись на сиденье, насколько позволял ремень безопасности.

Ставя машину в подземном гараже дома, я постаралась её не будить. Осторожно отстегнув ремень, я без особых усилий взяла Тину на руки. Она показалась мне лёгкой, как пёрышко. И все же она проснулась. Как раз в тот момент, когда я вошла с ней в лифт.

Тина пошевелилась, подавила зевок и непонимающе уставилась на меня, будто пытаясь понять, где находится. Наконец, она проговорила:

— Я же не ребёнок, чтобы брать меня на ручки! У меня ноги есть.

— Правда? — улыбнулась я, посмотрев так, будто проверяла наличие нижних конечностей. — Прости, но ты так крепко спала. Мне не хотелось тебя будить.

Во взгляде сестры промелькнуло что-то странное. Она сказала:

— Ну ладно. Теперь-то можешь меня поставить на пол. Тебе, наверное, тяжело.

— Вовсе нет, — возразила я, все же ставя её на пол. И тут же, по взгляду сестры, поняла, что дала маху. Вот дура! Надо лучше притворятся!

— Ты что, качаешься? — между тем спросила Тина.

— Да, иногда, — тут же согласилась я.

Утро наступило как-то уж очень быстро. Я нехотя подняла голову с подушки, увидела, что часы показывают полдвенадцатого, и тут же уронила её обратно. Я честно попыталась опять заснуть, но моя совесть уже проснулась и требовала, чтобы я вставала. Пришлось подчиниться.

Потянувшись, я села в кровати. Оказалось, что Тины рядом нет. Она уже встала. Ладно. Я пошла будить себя в ванную. Глаза открылись, но все остальное, похоже, ещё спало. Мда… Надо ещё завтрак готовить.