Сны призрака - Якименко Константин Николаевич - Страница 58

– Вчера, когда мы говорили с вами, вы забыли кое-что мне сказать.

– Не думаю, что это так, господин Хейгорн.

– Ну конечно, Аль-Тантори! – воскликнул он. – Вы не забыли – вы намеренно скрыли это от меня, ведь так?

– Выражайтесь яснее, господин Хейгорн. Что именно я скрыла?

– Гостевой код доступа. Вы же не станете отрицать, что он существует?

– Разумеется, нет, раз вы меня об этом спрашиваете.

– Но вы ничего не сказали о нем!

– Я и не обязана. Тот, кому известен код, скажет о нем сам.

– Хорошо. Мне он известен.

– Однако вчера, когда вы были здесь, вы его, очевидно, еще не знали, – заметила хайламка. – Потому что если бы вы его знали, то весь наш долгий разговор был бы ни к чему.

– Возможно, Аль-Тантори. Но это не имеет никакого значения! Вчера было вчера, а сегодня у нас сегодня, и я знаю код! Могу я получить доступ?

– Если это верный код, господин Хейгорн, то, разумеется, можете. – Вывести хайламку из равновесия было невозможно.

– Ну так не будем тянуть! Как это делается? Я должен назвать его вам?

– Конечно же нет. Я не знаю код и не должна его знать. Сейчас я подключу вас к нашему интерфейсу. Вы введете код, и, если он правильный, он даст вам доступ к счету. А если нет – сообщит об ошибке. Имейте в виду, господин Хейгорн: у вас три попытки. Если ошибетесь трижды, в следующий раз можете попытаться только через сутки.

– Мне хватит одной, – сказал он.

Похоже, Аль-Тантори не верила, что у него настоящий код. Наверное, решила, что Канех хочет его угадать. Нет уж, президент знал: Чанхиун был не дурак, чтобы задавать в качестве пароля свою дату рождения или что-нибудь в таком роде. Код профессора Хейгорн не разгадал бы никогда в жизни, если бы не получил от этого Хаймса. Но – к отвергнутым Хаймса! К чему сейчас о нем вспоминать?

Экран тем временем отобразил панель доступа, где на переднем плане светилась строчка с требованием кода. Хейгорн начал набирать – руки тряслись, пальцы едва попадали по нужным клавишам. Один раз он даже ошибся в цифре, но, к счастью, сразу заметил и исправил. Наконец он щелкнул на «ввод», и приглашение сменилось надписью, что нужно немного подождать. Секунды тянулись часами, пока наконец экран не вспыхнул приветственным сообщением: «Доступ открыт».

– Что, получила, сука?! – Канех очень жалел, что сейчас не видит Аль-Тантори. Но ему тут же стало не до нее – вот они, деньги Чанхиуна, всего в нескольких щелчках от него!

Хейгорн вошел в банковский интерфейс и первым делом выбрал просмотр состояния счета. Наконец все мифы развеются, и он узнает, сколько на самом деле накопил за свою жизнь проклятый главный специалист. А если еще вернее, то какую часть денег компании он перетащил в свой карман! Поскольку президент связывался с банком из глубокого космоса, запросы отрабатывали медленно – каждый раз приходилось ждать несколько секунд. Это раздражало, но все было ничтожными мелочами в сравнении с главным: деньги Чанхиуна наконец будут его! Великий Дух, а ведь если бы он раньше знал о гостевом коде, то и махинации с завещанием были бы не нужны… Ну да какая уже теперь разница!

Информация высветилась на экране, и Хейгорн жадно впился в него глазами. Несколько секунд он смотрел на число, обозначавшее лежащую на счету сумму. Какие это единицы – тысячи, миллионы? Галактический эквивалент? Он пробежался по каждой строчке, убеждаясь, что понял все правильно и ничего не путает. Затем снова сосредоточился на сумме и застыл, не в состоянии шелохнуться. Глаза его медленно расширились, рот открылся сам собой, волосы зашевелились на затылке.

Не в силах отвести взгляд от числа, Канех Хейгорн громко закричал.

VII

Вот мы и снова встретились, думал Михаил Квалин, глядя, как на обзорном экране вырастает громада «Призрака». Совсем скоро я снова войду в тебя, но на этот раз все будет иначе. Ведь теперь у меня есть ключ!

Вообще-то у Квалина хватало поводов для беспокойства. «Интергалактик» и ее агенты, которых он так опасался раньше, сейчас занимали среди них последнее место. Если он вернется с «Призрака», то Мэри захочет получить его живым хотя бы для того, чтобы узнать, что он там видел. А вот с Хейгорном ситуация обратная: стоит Алехану Ремпальдсу донести ключ до замочной скважины – и маризянин станет не нужен. Да, он навешал лапши насчет торговой сделки, и кумбиэнец вроде бы клюнул на удочку – но будет ли это иметь значение, когда до контроля над «Призраком» окажется рукой подать? Ой, не факт… Этот Хейгорн вообще чокнутый тип – ему бы лечиться, а не руководить компанией. Не дай бог, такой пришел бы к власти на Земле – страшно подумать, что было бы. Мэри, конечно, тоже не подарочек, но она и то лучше.

А еще есть некто, назвавшийся Кейвоном Хаймсом. Или, наверное, надо говорить «был»? Поступив в распоряжение Хиорса Бентиэна и узнав от него, что «Хейгорн» уже предпринимал вылазку на «Призрак», Квалин потребовал показать ему все записи. Начальник согласился неохотно. Он вообще выглядел подавленным и очень уставшим – не надо было быть разведчиком, чтобы понять: от новой экспедиции зависит его карьера в компании. Так что он разрывался между недоверием к маризянину и желанием добиться максимального результата от попытки номер два – и второе все же перевесило.

Когда Квалин узнал, что командиром ударной группы был тот самый Хаймс, ему стоило большого труда сохранить спокойствие. Он тут же сделал в уме прикидку: получалось, что после их встречи в лифте у Хаймса было не больше пары часов, чтобы успеть к высадке на «Призрак». За два часа никакой деформ не вытянул бы – полсуток надо, не меньше. А ведь он говорил тогда, что нет времени и что он сейчас в другом месте… Значит, тот и этот Хаймс – разные люди? Близнецы или чья-то маскировка? Напоминает идиотский розыгрыш – вот только не того уровня у нас игры, чтобы шутить подобными вещами. И еще он сказал: «Видимся не в последний раз…»

А потом его странная гибель от форсированной разгерметизации скафандра. Можно было бы списать ее на обитателей «Призрака», но опять что-то не вяжется. Обычно они обрабатывают жертву постепенно: начинают с датчиков, со всяких неприятных, но в общем безобидных фокусов, и только потом уже переходят к радикальным мерам. А тут – полный отказ без всяких предпосылок. Как бы не в «Хейгорне» решили ему кислород перекрыть… Все, что Квалину удалось узнать о работе Хаймса на компанию, – это что родом он с Фидуха, пришел совсем недавно и был взят в группу исследования «Призрака» как психотехник. На вопрос, зачем ставить психотехника во главе ударной группы, разведчик так и не получил от Бентиэна внятного ответа – очевидно, таково было указание самого Хейгорна.

Выходило, что для компании Хаймс – человек чужой, почти случайный и даже нежелательный. Помимо всего прочего, если бы он назвал президенту настоящее имя Ремпальдса, тот говорил бы с «маризянином» совсем иначе. Мог ли Хаймс сотрудничать с «Интергалактик»? Подумав, Квалин отверг и эту версию. Вполне вероятно, что «интера» уже знают, кто скрывается под личиной Ремпальдса, но зачем же говорить ему об этом прямым текстом? Имеем совершенно театральную сцену в лифте с непонятным предупреждением – зачем? Кому нужно такое показательное выступление?

Как ни крути, но о Хаймсе-На-Призраке и Хаймсе-В-Лифте Михаил думал как об одном человеке, хотя это и казалось невероятным. С другой стороны, зная, какие сюрпризы иногда преподносит космос, он не исключал и такую возможность. Он даже допускал, что виденный им гость мог быть сложной наведенной голограммой, хотя не отличить голик от живого человека – позор для опытного разведчика.

В любом случае, Хаймс – темная лошадка, представитель еще одной неизвестной пока силы.

Предполагать можно все, что угодно. Да хоть участие маризян, к примеру: кто сказал, что на розовой планете никому нет дела до сверхмощного источника энергии, не говоря уже о прочих, нераскрытых пока возможностях «Призрака»? А если вернуться к версии, что до разведчиков на нем уже кто-то побывал, то возникает множество вариантов. Или вспомнить Диранста: ну, предположим даже, что свободный ученый не врал – зато сколько всего мог недосказать! А еще не надо забывать о катастрофе со зданием «Интергалактик»…