Сны призрака - Якименко Константин Николаевич - Страница 53

Петр поднялся высоко: на уровень башни «Интергалактик» – звезды-инвалидки, зловеще нависающей над городом, – и даже еще выше, едва не под облака. Он захлебывался пронизывающими до легких потоками холодного воздуха и был счастлив как ребенок. Куда лететь – казалось совершенно неважно. Он мог вообще унестись за пределы города, ну и пускай! Машина не предаст его – он чувствует ее, как продолжение своего тела.

Но ладно, подумал Скамейкин, надо бы все-таки домой. Скоро вернется Танька, тогда он возьмет ее и утащит в небеса, она обязательно должна это почувствовать. Они будут любить друг друга под облаками… Мог ли он раньше даже мечтать об этом?

Петр посадил элер на крыше, где обычно, и смотритель взглянул на него странно, будто с ним что-то было не так. Впрочем, Скамейкин не придал этому значения. С сожалением оставив кабину «Старвинда», он направился в квартиру, прихватив все документы. Нет, Таня ещё не вернулась. Наверное, заболталась с подружками и даже не представляет, какой сюрприз ждет ее дома. Можно попробовать вызвонить ее по токеру, но она, вредина такая, скорее всего не ответит.

За время отсутствия хозяина мультивизор выключился сам. Так, стоп, задумался Скамейкин: это выходит, что я его не выключил, когда уходил? Теперь и ему самому показалось, что что-то не так. Пошел в магазин и оставил включенный мультивизор – непорядок. В магазин… в элецентр, да. Чтобы купить «Старвинд»… модель, как в рекламе, да… Стоп! Что – «Старвинд»? Он ведь его правда купил! На все деньги, которые… Да он с ума сошел!!!

Петр упал на диван и несколько минут не мог прийти в себя. Что и говорить: жизнь у него была пусть и не слишком долгая, но бурная – повидал всякое. Но чтобы так… чтобы плюнуть на все, потому что ни с того ни с сего ему моча в голову ударила – под облаками, видите ли, полетать захотелось! Пусть даже так – чем ему «Кальмер» не угодил, спрашивается? Пять лет служил и еще прослужил бы минимум столько же. Так нет же: «Старвинд» – вот то, что вам нужно! Чтобы как последний лох повестись на дурацкую рекламу… Что он, не летал на катерах над морями Аурика и вулканами Крамалъгана? Да все ваши «повелители стихий» ерунда по сравнению с этим! Ведь и правда, полная ерунда получается… Как будто не он это был, а кто-то влез ему в голову и делал все за него. И думал за него, и чувствовал за него. Но будь это другой человек, он бы сейчас ничего не помнил – ни похода в магазин, ни ощущения полета. А он помнит, хоть и в легком тумане. Как наркоман прямо, если по-честному.

Танька вот-вот придет – как ей объяснить? Денег теперь считай что и нет – хоть бы об этом подумал! Сдать машину обратно – должны вернуть… Так ведь и «Кальмер» надо вернуть. Еще, небось, и не захотят назад всю сумму… Идиот, одно слово… но только что-то тут и правда нечисто. Не может у человека в здравом уме на ровном месте сорвать крышу, чтобы он взял и утворил что-нибудь эдакое. А если не может – значит, кто-то помог ее сорвать. Кто-то и что-то… «Суперскорость на все случаи жизни от „Интергалактик"». Что-то не так с этой рекламой, тут разобраться бы… Но, черт, как же Таньке все втолковать?!

Вдруг звонко просигналил токер. А вот и она, подумал Скамейкин, только о ней вспомнишь… Но нет: он ошибся, номер был другой – похоже, соединение шло через прямой интерфейс по межпланетке. Включая прием, Петр уже понимал: именно этого звонка он ждал последние дни.

– Скамейкин слушает, – сказал он. Картинки не было – Миша предпочел обойтись без видеосвязи. Неудивительно.

– Будь здравствуй, Петр, – ответил измененный, но все равно знакомый голос.

– Привет, Алехан. Как там дела? – спросил Скамейкин, стараясь сохранять спокойствие. Если разговор будут прослушивать, совсем ни к чему выдавать эмоции.

– Идут дела мои. Отправлюсь я послезавтра скорее всего.

«На „Призрак"», – добавил Скамейкин мысленно. Значит, каким бы невероятным это ни казалось, Квалин и правда сумел договориться с Хейгорном.

– Да? Как же тебе удалось? – спросил он, не особенно надеясь услышать ответ.

– Было мне не так уж трудно. Заключили мы сделку. Расскажу я позже об этом.

Хорошо, если правда расскажешь, подумал Петр.

– Что собираешься делать потом?

– Будет потом – потом, как говорите вы, – Квалин-Ремпальдс улыбнулся. – Сказать должен я кое-что. Напали на меня, пока летел я. Было трое на корабле, в туалете.

Вот тебе и раз, подумал Скамейкин. И толку от всей нашей маскировки…

– Кошмар… Ты-то как? – спросил он.

– Есть я в порядке. Были они слабыми – справился я. Есть одно еще. Зовут Кейвон Хаймс, не кумбиэнец, встретились в лифте «Хейгорна» – знает меня. Не хотел он, чтобы отправлялся я. Будет плохо, говорил он. Исчез он потом.

Кейвон Хаймс… Петр напряг память, но нет – ничего похожего на ум не приходило. Конечно же, Михаил хотел сказать, что тот знает его именно как Квалина. Совсем хорошо, что тут скажешь? Но ведь и я, подумал, тоже не хочу, чтобы ты лез туда, на «Призрак»! Только ты ж меня не послушаешь…

– Первый раз, – сказал, – слышу о каком-то Хаймсе.

– Есть жаль. Есть новостей тогда у меня все.

Эх, вздохнул Скамейкин, сколько еще вопросов нужно было бы задать – но не по токеру же!

– А у меня не все, – неожиданно выдал он. – Сегодня, представляешь, с какого-то дуру машину купил…

VI

Президентский «Буиндер» приземлился в Инремме – столице Хайлама – ранним утром. Хейгорна и его сопровождающих встретили и хотели провести в гостиницу, но Канех отказался наотрез – у него нет времени, он должен сделать дела и сразу же возвращаться назад. Ему подали машину, чтобы добраться до банка, но президент предложил воспользоваться ею финансисту Уэрту Вонекину. Хейгорн предпочитал летать только со своим шофером на собственном элере, который привез на корабле.

И надо же было Чанхиуну такое придумать: разместить деньги не на родной планете, не во вполне надежных «Терхиоме» или «Астомпе», а Дух знает где: на Хайламе, с которым у Кумбиэна отношения только-только завязываются. Зачем, спрашивается, было так усложнять жизнь и себе и другим, что кийруах его покусал?!

Хотя, отбросив личную неприязнь и посмотрев на все со стороны, президент не мог не признать: если Чинхиун хотел сделать так, чтобы добраться до его денег было максимально трудно, то лучшего варианта не мог придумать. На Кумбиэне или другой планете в его сфере влияния могущество Хейгорна было достаточным, чтобы провернуть любую аферу, не опасаясь вмешательства галактических наблюдателей. В сторону Земли соваться рискованно – «Интергалактик» не дремлет и все гребет себе под пуп, в этом она не уступает «Хейгорну». Мариза слишком непредсказуема и поэтому тоже опасна. А вот Хайлам с его вечным спокойствием и подчеркнутой нейтральностью – совсем другое дело. Надежнее не придумаешь! Канех не понимал лишь одного: зачем было создавать столько проблем для компании, на благо которой профессор трудился всю жизнь?

Элер летел над столицей, когда у Хейгорна просигналил токер. Номер показался незнакомым, и он даже засомневался, стоит ли отвечать, но потом вспомнил разговор, который случился у него несколько дней назад. Сейчас, конечно, все это уже не имело значения, поскольку Хаймс мертв, и Канех даже задумался: а не слишком ли высокую награду он пообещал охраннику за информацию? Впрочем, любопытство было ему не чуждо, и он нажал ответ:

– Здравствуй, Гудерт! Имей в виду: у меня мало времени.

– Тогда, господин президент, может быть, я перезвоню позже?

– Нет уж! – рявкнул тот. – Давай сейчас – если ты в самом деле узнал что-то интересное. Но иначе ты и не стал бы меня беспокоить, Гудерт, ведь так?

– Конечно, господин президент! Вы поручили мне выяснить все о жизни Кейвона Хаймса на Фидухе, и вот я выяснил. Не только о жизни, но и о смерти, потому что прямо сейчас я нахожусь у семейной могилы Хаймсов.

– Да, ну и что же?

– Если позволите, я начну сначала.

– Давай сначала, Гудерт, но побыстрее!