Сны призрака - Якименко Константин Николаевич - Страница 1

Константин ЯКИМЕНКО

СНЫ ПРИЗРАКА

Пролог

Охотник стоял у подножия горы, бессмысленно уставившись на груду камней, заваливших вход в пещеру. Злость на самого себя переполняла его. Он привык, что обычно все происходит так, как он предполагает, и никакие обстоятельства не могут повлиять на предвиденный и уточненный им ход событий. В этот раз вероятности как будто не допускали больших отклонений от плана, и если бы все так и шло, то преследуемый лежал бы сейчас придавленный камнями. Однако стоило маленькому камешку попасть под его конечность – и, поскользнувшись, он на секунду раньше проскочил в пещеру, а обвал оказался совершенно бесполезен. Более того, преследователь даже помог жертве, воздвигнув между ней и собой твердую преграду. Конечно, такая преграда не могла надолго задержать охотника. Но, так или иначе, сейчас ничтожное существо находилось внутри, а он стоял снаружи и злился.

Впрочем, скоро он вернул чувства под контроль. Пройдя по закоулкам сознания, охотник собрал злость воедино, скатал в комок и загнал поглубже, чтобы сидела тихо и не мешала спокойно рассуждать. А затем напомнил себе, что хотя он и является неизмеримо высшим созданием, чем преследуемый, но даже ему свойственно иногда ошибаться. Тем более что на исход поединка его ошибка, вне всякого сомнения, не повлияет – разве что немного отсрочит неизбежное. Нет в этом мире существа, сказал он себе, которое сумело бы перехитрить его. И, окончательно успокоившись, сосредоточил взгляд на внутренностях пещеры.

Охотник легко проследил путь жертвы. Оказавшись в пещере, та была напугана грохотом падающих камней и проворно устремилась вперед. Однако вскоре остановилась, чтобы разобраться, где должен быть выход и как быстрее к нему попасть. Выход и правда существовал – охотник знал об этом и хотел перехватить существо раньше, чем оно туда доберется. Думая так, он шагнул сквозь склон, намереваясь выйти за поворотом, к которому подходил преследуемый.

Теперь ошибиться было невозможно. Попав внутрь, охотник прикрепился к потолку и растекся, становясь незаметным. Отсюда он видел каждое движение существа, которое постепенно приближалось к нему, а значит – и к выходу. Но дойти туда жертве не суждено. Охотник обратил взор на потолок: остро выступающий камень на нем едва держится и должен рухнуть сразу, как только существо достигнет выступа на углу.

На этот раз все прошло по плану: в нужный момент большая глыба сверзилась из-под свода, увлекая за собой сотни мелких камешков. Жертва замерла, видя перед собой новый обвал и смутно догадываясь о его причине. Несколько мгновений обреченный всматривался вперед, надеясь разглядеть загадочного и неумолимого противника. Но так ничего и не увидел – поэтому развернулся и бросился бежать.

Охотник тут же двинулся вдогонку по потолку, отталкиваясь щупальцами. При желании он мог разогнаться быстрее и без труда догнать преследуемого. Но он знал, что гонка и так скоро закончится, поэтому не видел причин спешить больше необходимого.

Вот они достигли развилки. Конечно же, существо не стало поворачивать налево, к заваленному ныне входу. Оно кинулось в правый тоннель, надеясь найти там путь наружу из подземного лабиринта. Однако охотник знал, что надежды напрасны, – он прекрасно видел, что коридор заканчивается тупиком. Жертва спешила навстречу своему концу, а преследователь, зная, что конец неизбежен, спокойно приближался к ней.

Ждать оставалось недолго. Скоро существо уперлось в глухую стену и беспомощно посмотрело на нее, сожалея о том, что у него нет достаточно мощного оружия, способного ее разрушить. Затем оно развернулось, надеясь проскочить обратно к развилке. В этот самый миг охотник спустился с потолка и предстал перед приговоренным во всей своей жути.

Страх пронзил существо насквозь, но оно постаралось скрыть это – оно не знало, что от того, кто гнался за ним, невозможно утаить подобные вещи. А затем вытащило маленькую черную коробочку – оружие, выпускающее из себя зеленую струю смертоносной жидкости. В отчаянии жертва снова и снова нажимала что-то на своей штуковине, однако все было напрасно. То ли жидкость в ней уже закончилась, то ли механизм заклинило, но из переднего отверстия не вырвалось ни единой зеленой капли. А охотник тем временем приближался к существу. Он двигался не торопясь, желая как следует насладиться страхом обреченного. Последняя искра надежды заставила того рвануться вбок, но преследователь тут же преградил путь, лишая несчастное создание всякого шанса.

Наконец, подобравшись вплотную, охотник выдвинул щупальце с ядовитым отростком на конце и вонзил его в мягкое тело существа. Он мог выпустить весь яд, чтобы принести жертве мгновенную смерть, но ему было нужно не это. Поэтому он ограничился малой дозой, погрузив существо в глубокий сон, из которого оно не выйдет до тех пор, пока ему не введут противоядие. И, закончив с этим, он с огромным удовольствием осознал, что тем самым можно считать законченным и его пребывание в низшем мире.

Обычно охотник представал перед Верховным Владыкой в виде энергоинформационной субстанции, которая и была настоящей формой его существования. Но сейчас он предпочел сохранить оболочку, в которой преследовал жертву. Он хотел, чтобы Владыка, взглянув на его отвратительный вид, в полной мере постиг тяготы, которые охотнику довелось испытать в том мире. Пойманное существо неподвижно лежало справа, и он желал поведать о выполненной задаче, однако не мог позволить себе заговорить прежде, чем повелитель произнесет первое слово. Чего же тот медлит? Стоило подумать об этом, как до охотника донеслась посланная мысль:

«Я вижу, ты отлично справился с заданием, которое я тебе доверил».

«Да, о Владыка! Как видите, я доставил приговоренного живым, хотя это и не было обязательным условием. Ничтожное существо в вашем распоряжении: поступайте с ним так, как считаете нужным. Могу ли я теперь остаться в нашем мире?»

Охотник рассчитывал еще и на награду, но просить о ней прямо было бы невежливо: так он мог только прогневить Верховного Владыку. Разумеется, тот все понимает и должен проявить щедрость – сам ведь подтвердил, что миссия выполнена успешно. Однако Владыка почему-то молчал. Охотник почуял неладное, но, прежде чем мысли оформились в нечто конкретное, он услышал:

«Я был бы рад ответить «да», однако за время твоего отсутствия обстоятельства изменились. В мире, который ты только что покинул, кое-что обнаружилось. Если это найдут его обитатели, то ход их истории может повернуться непредсказуемым и нежелательным для нас образом. Поэтому мы вынуждены еще раз вмешаться в их жизнь. И сделать это придется тебе».

В первый миг охотник ощутил раздражение: неужели ему опять предстоит покинуть высший мир? И похоже, новое задание обещает быть гораздо более сложным и долговременным. Где же справедливость? Разве он не заслужил награду? И разве у Владыки больше нет никого, кто мог бы справиться с новыми обстоятельствами? Но тут он подавил злость, которая, несомненно, была неуместна: ведь если Верховный Владыка доверяет ему столь важное задание – значит, считает его по-настоящему достойным и готовым к серьезным делам.

Ожесточение уступило место безграничной преданности. Охотник знал: что бы ни поручил ему Владыка, он сделает все наилучшим образом. И когда закончит, получит такую награду, о которой может только мечтать. Он еще раз напомнил себе, что в низшем мире нет существа, способного стать для него достойным противником, а значит, не может быть такой миссии, с которой он не справится. Что ж, он сделает все как надо и вернется назад с победой.

Думая так, охотник приготовился внимательно слушать Владыку.