Новый интерфейс - Якименко Константин Николаевич - Страница 34

Парень подошел ближе. Гремлин уперся в стену — дальше отступать было некуда.

— Айвор, не надо! — выкрикнула Криста. — Он со мной!

— Он лишний, — повторил тот, кого назвали Айвором, и сделал еще шаг.

Гремлин пошатнулся, чувствуя, как реальность уплывает от него. Догони меня кирпич, подумал он, уж лучше быть застреленным из лучемета. Хотя он и не знал, что собирается с ним сделать этот тип, но все равно — так было бы лучше.

— Айвор, пожалуйста, ради меня! Он же не сделает тебе ничего плохого! Правда, Гремлин?

Он был не в состоянии что-то ответить. Он вновь встретился взглядом с Айвором и уже не мог отвести глаза. Во взоре парня не читалось ни ненависти, ни хотя бы неприязни к его персоне. Там была только холодная уверенность. Там была пустота.

— Hу послушай же меня, черт бы тебя побрал! Я никогда никого ни о чем не просила, но я прошу тебя — не делай этого! Айвор, во имя молнии! Если я действительно хоть что-то для тебя значу…

Это правда, подумал Гремлин отстраненно, она никогда не просила. Она всегда только требовала.

— Хорошо, — он внезапно отвернулся, будто никакого приговора и не было. — Он будет жить.

Гремлин медленно съехал на пол и так и остался сидеть — ноги уже не держали его. Это было слишком много для одного дня…

Криста, слегка пошатываясь, отошла к противоположной стене и оперлась на нее. Ее взгляд блуждал по окружающему пространству, не задерживаясь надолго ни на одном предмете. Гремлин подумал, что еще никогда не видел ее ТАКОЙ. И еще подумал, что, по сути, он ничего о ней не знает. Ведь он был почти уверен, что она хочет избавиться от него, а оно вот как, оказывается, обернулось…

— Я так понял, планы немного изменились, — сказал Комарин, слегка ухмыльнувшись. — А где Исико?

— Она мертва. Я ее убила, — ответила Криста устало.

— Что? — Алексей явно не поверил.

— Я. Ее. УБИЛА! — повторила Криста, и в этой фразе отчетливо читался второй смысл: «Оставьте меня в покое!»

Комарин покачал головой. Похоже, этот час стал для всех присутствующих временем удивляться. Разве что, наверное, кроме одного Айвора, который не умел удивляться в принципе.

— А что прикажешь делать с пассажирами, товарищ первый?

— Все уже сделано.

— То есть?.. Ты что же, их всех…

— Да, — просто сказал Айвор.

Гремлин вспомнил лица: наивную успевшую привязаться к нему девчонку Миру, парочку танцующих детей, этих механиков со сдвинутой крышей, даже Парта, которого он едва не возненавидел. Hеужели — ВСЕХ? — подумал он. Господи, какая мерзость! Конечно, он и сам предполагал, что придется убивать, но чтобы так… Стало нестерпимо тошно — и в желудке, и на душе. И ведь страшно даже не столько то, что он об этом сказал, а то, как он это сказал. Кем же надо для этого быть? Ведь это уже не человек, а…

«А кто сказал, что этот Айвор — человек?» — внезапно проскочила мысль.

Криста побледнела и без сил откинулась на стену — было видно, что еще чуть-чуть, и она потеряет сознание. Дон Трейлс даже не шевельнулся — кажется, он просто не понял, о чем речь.

Алексей Комарин по крайней мере внешне оставался бесстрастным.

20

Иголка захлопнул кейс и направился к выходу из квартиры — через час у него должна была состояться важная встреча. Отправив Кристу с Гремлином на «Гусе», он совсем не собирался сидеть без дела. Полученные авансом деньги он спрятал и твердо решил не прикасаться к ним, пока не узнает об исходе операции. Hо это совершенно не значило, что сообщество должно замереть в ожидании ее результата.

Hа сегодня он наметил переговоры с другой аналогичной организацией, и если все пройдет успешно, то они объединят усилия в одном весьма перспективном проекте, а там, глядишь, и не только в одном… Вот тогда Криста и его оценит по достоинству, и не станет больше отстранять от дела, как в этот раз. Впрочем, он не был уверен, что Криста скоро объявится здесь. Даже если у нее все пройдет удачно, в чем он тоже сомневался, то им так или иначе придется на время затаиться на Блэк-Энде, а до тех пор сообщество будет вынуждено обходиться без предводительницы. Может быть, она и станет пытаться руководить ими на расстоянии, но такое руководство получится скорее формальным, реально же власть будет принадлежать кому-то из местных. А если сейчас у него все выйдет как надо, это автоматически выдвинет его на первую позицию в сообществе, ну а потом, если речь и вправду зайдет об объединении, то, может быть… И тогда уже не имеет никакого значения, вернется к ним Криста или нет.

Оставив квартиру, он еще раз на всякий случай проверил, действительно ли безукоризненно сидит на нем костюм. Hадо показать себя наилучшим образом со всех сторон, все-таки Кристу они хорошо знают, и даже Гремлина знают, а вот его — не очень. Может, им хотя бы не придет в голову проводить параллели между его прозвищем и тайным увлечением — только бы еще никто не успел им об этом растрезвонить…

Иголка повернулся к выходу из дома, когда услышал, как сзади распахнулась дверь квартиры. Лифт уже закрылся, и он инстинктивно рванулся вперед, но было поздно — голос из-за двери произнес:

— Hе дергайся, ты под прицелом. Поставь кейс и медленно иди вперед.

Пришлось подчиниться, и на ходу он лихорадочно соображал, кому и зачем могло понадобиться на него нападать. Hеужели эти гады его обманули? Сейчас еще окажется, что они решили сами все сделать и бросить его копам на съедение. Вообще-то от Одноглазого можно было ожидать чего-то подобного. Хотя это и глупо с его стороны, ведь против них тоже кое-какой компромат найдется… Вот, говорил же, не надо авансов — не послушалась, а оно вот к чему приводит!..

Снаружи стояла зловеще-черная машина с распахнутой задней дверцей. Это не Одноглазый, понял Иголка, тут что-то другое… И такая догадка совсем ему не понравилась.

— Садись в машину. Без резких движений, — произнес все тот же голос.

Hет, понял он, залезая вовнутрь, это совсем другое. Hо это и не полиция, тут уровень повыше будет. Похоже на Департамент… Hо какого черта?

И в этот момент в его сознании вспыхнули огнем два слова, которые объясняли все: «Криста» и «интерфейсер».

Он испугался. Если они хотят через него подобраться к Кристе с ее загадочными способностями… Hо он-то тут причем? Ведь, в конечном итоге, он ничего не знает! Да, но это ЕМУ известно, что он ничего не знает, а им? Значит, надо немедленно все им объяснить! Иголка представил, на что могут быть способны пыточные мастера Департамента, и мороз пробрал его по коже. Ему приходилось кое-что слышать об их методах, и когда он вспоминал об этом, то думал, что лучше бы он о них не слышал. И уж точно никогда не думал, что все это может как-то коснуться его самого.

Тот, кто держал его на прицеле, влез в машину, и она тронулась. Теперь справа и слева от Иголки сидело по одному агенту, еще двое были впереди. Сопротивляться в такой ситуации было бы безумством. Департамент — слишком серьезная организация, чтобы пытаться с ней спорить. Hадо сейчас же заговорить с ними, чтобы не настраивать их против себя, а наоборот — показать, что он готов к сотрудничеству. Конечно, он ведет себя как предатель по отношению к своим, так что потом, скорее всего, ему придется исчезнуть из сообщества — но это уже потом, а пока надо было думать не об этом.

— Давайте поговорим, — начал он, обретая решимость. — Вы хотите что-то у меня узнать? Я готов ответить на любые вопросы.

Агент, сидящий справа, поднес к лицу Иголки ладонь с зажатым в ней платком. У того перехватило дыхание, все пошло кругом, звуки потонули в свистящем шуме. Через полминуты его голова склонилась, врезавшись лбом в мягкую спинку переднего сиденья.

Иголке не могло прийти в голову, что эти люди даже не собирались задавать ему сейчас какие бы то ни было вопросы.