Корабли Мериора - Вурц Дженни - Страница 172

— Оно наступит, но для этого ты должен выжить и поправиться, — говорил он каждому из них. — Не сомневайся, у тебя еще будет возможность отомстить и помочь мне восстановить справедливость.

Получившим тяжелые увечья он предлагал переехать вместе с семьями в Авенор, где их никогда не оставят заботой. Умирающим он шептал слова утешения, становясь на колени перед их носилками.

На город опустились ранние осенние сумерки. Воздух все еще пах дымом, и в нем носился пепел. На лодках зажгли факелы. Теперь из темной воды вылавливали и поднимали на борт только закоченевшие трупы. При свете походных фонарей офицеры Лизаэра подсчитывали размеры потерь. В особый список заносились корабли, которые еще можно было восстановить.

Вечером изможденные наемники вернулись на взмыленных лошадях в город.

— Магия, — коротко ответил на вопрос Сканта рослый, крепко сбитый офицер. Он с подозрением косился на привычные вечерние тени, удерживая взмыленную лошадь. — Нигде никаких следов, ни малейшего признака. Мы не нашли даже головешки от костра. Если эти проклятые корабли привели в гавань люди, а не призраки, остается лишь предположить, что злодей построил им мост из теней и они перебрались на остров Полумесяца или куда-нибудь еще. Если бы они ушли по суше, мы бы наверняка обнаружили хоть какие-то следы.

Скант отмел безрассудные фантазии своего офицера, и его доклад принцу и городскому совету Верпонта звучал уже по-другому. Заседание происходило в одном из прибрежных складских строений. Прислонившись к дверному косяку, Скант торопливой скороговоркой сообщил:

— У злоумышленников наверняка было припрятано несколько лодок и какой-нибудь рыбачий парусник. Они бежали морем. На суше мои собачки наверняка бы их учуяли.

Диган вскочил, готовый увязнуть в дотошных расспросах, но Лизаэр слегка дернул его за рукав.

— Я и не ждал, что наши дозорные кого-нибудь захватят в плен. Аритон слишком хитер и умен, чтобы оставить нам зацепки. Но для капитанов это важно. Они должны знать, что мы намеревались схватить злодеев и сделали все возможное. Сегодня они разочарованы исходом поисков, зато завтра станут нашими надежными союзниками, и их не надо будет уговаривать плыть в Мериор.

Скант покинул заседание, старательно пряча презрительную усмешку. Остальным предстоял долгий разговор, грозивший растянуться до глубокой ночи.

— Что даст ваша погоня за Аритоном? — вскричал сухощавый начальник верпонтской гавани. — Того и гляди ударят морозы.

Сердито скрючившись, он едва сдерживался, чтобы не плюнуть на пол в присутствии наследного принца.

— У нас не осталось ни одного неповрежденного судна. Как вы рассчитываете плыть на кораблях со сгоревшими мачтами и парусами? Армия, которую вы сюда привели, может двигаться только по суше, но там свои сложности. Зимой прибрежные дороги почти непроходимы.

Провиантщики, сидевшие тесной кучкой, мрачно переглядывались и молчали. Как ни тяжело принцу, но, скорее всего, он будет вынужден отказаться от продолжения марша и распустить свою армию. Зимним бурям наплевать на его войну во имя защиты справедливости и избавления Этеры от Повелителя Теней. Да и голодных солдат не насытишь воодушевляющими речами. Почти все запасы продовольствия, имевшиеся в Верпонте, уже израсходованы на прокорм матросов, и никакие высокие цели не изменят этого печального обстоятельства. Хотя город и не пострадал от пожара, он не может отдать Лизаэру последнее и обречь своих жителей на голодную смерть.

Заседание застопорилось. Городские власти обвиняли армейских офицеров; в ответ те выкрикивали свои обвинения и стучали кулаками по столу. Бесплодные препирательства доконали Лизаэра. Он вскочил и гневно обвел глазами спорящих.

— Очнитесь! Вы забыли, что у нас не погиб ни один солдат? Вместо препирательств мы должны благодарить Эта, сохранившего нам армию. Да, мы поставлены перед трудным выбором, однако у нас есть кому воевать. Так давайте разумно сохраним то, что возможно. Если мы не согласны отдать победу Повелителю Теней, нужно здраво оценить оставшиеся у нас возможности и искать такой выход, который избавит нас от необходимости новой войны.

С прежними замыслами было бесповоротно покончено. Принц и его штаб принялись разрабатывать новые.

Лизаэр рассчитывал получить поддержку от Джелота и Алестрона. В Миндерль срочно отправили гонца, наказав ему передать послания надежным капитанам, которые доставят их в оба города.

— Какая численность войск должна быть у нас для удара по Мериору? — спросил Лизаэр под конец заседания.

Волосы нависали над воспаленными глазами принца. Он невыразимо устал, однако голос его звучал твердо и решительно. Никто и не догадывался о том, что творится у него в душе. Офицеры и городские власти видели перед собой человека, который не сник под ударами трагедии, а преодолел ее и стал еще сильнее.

— Мериор — жалкая рыбачья деревушка, где нет ни единого солдата. Вдобавок она находится в труднодоступном захолустье. Авенорские отряды — самая опытная и закаленная часть армии. Они выдержат зимний переход. И среди итарранцев найдется немало крепких солдат. Нам нужно выбрать корабли, годные к починке, и найти капитанов и матросов, у которых не остыло желание отомстить Повелителю Теней. На этих кораблях мы отправим наши отборные части.

Уверенность Лизаэра заразила всех остальных. Городские сановники и офицеры, забыв о недавних стычках и о сне, вместе с принцем погрузились в создание новой стратегии: простой, ясной и продуманной до мелочей. Это напоминало чудо, но к рассвету были приняты все необходимые решения, и от слов перешли к делу. Лизаэр почти не спал и забывал перекусить. Его присутствие требовалось везде. Немало времени уходило на выслушивание нескончаемых претензий торговцев. Принц понимал, что многие из них просто выплескивают свою досаду и раздражение, однако себе он не позволил ни одного резкого слова или обидного замечания. Утихомирив очередных жалобщиков, Лизаэр спешил к постелям раненых или уединялся, чтобы написать еще несколько писем вдовам погибших. Мелочей для него не существовало.

Сломленных, разочарованных или охваченных злобой людей он преображал, и они уходили, исполненные новых надежд. Принц возвращал им смысл жизни.

За эти неполные два дня Лизаэр ни одной минуты не потратил впустую. Вряд ли он заметил, что и этот день уже клонится к вечеру. Отведенные ему покои были завалены морскими и сухопутными картами. В углу громоздилась стопка прочитанных срочных донесений. Тут же стояли тарелки с обглоданными рыбьими костями и корками черствого хлеба. Мягкие ковры вобрали в себя песок и грязь множества сапог. Лизаэр вызывал к себе командиров, выслушивал донесения гонцов и, конечно, ободрял и успокаивал недовольных торговцев, сумевших прорваться и сюда. Его глаза жгло от утомления, лицо огрубело на холодном соленом ветру, а сам он охрип от бесконечных разговоров.

Наконец Диган не выдержал и приказал караульным никого больше не пускать. Когда он вернулся, Лизаэр отрешенно сидел в кресле. Он выглядел почти больным. Совсем недавно ему пришлось проявить чудеса дипломатии, произнеся речь перед командирами ратанских гарнизонов. Они ни за что не поверили бы, что с ними говорит глубоко разочарованный, раздавленный поражением человек. Командиры видели перед собой мудрого полководца, образец выдержки и уверенности.

Только Диган знал, каких душевных мучений стоило все это самому принцу, сколько обещаний, данных Лизаэром, пошло прахом. Надежды долгих восьми лет были безжалостно уничтожены огнем и коварством Аритона.

Завтра они начнут расформировывать армию, иначе солдат ждет голодная зима. Слушая речь Лизаэра, Диган ежеминутно опасался, что гарнизонные командиры не выдержат и разразится буря негодования. Умом он понимал: армия есть армия, и у подчиненных не спрашивают, нравится ли им полученный приказ и согласны ли они этот приказ выполнить. Но что должны испытывать эти люди, уставшие от трех долгих месяцев пути? Верпонт был их надеждой; этим словом они подбадривали друг друга и своих солдат. Теперь же им предстояло, лига за лигой, проделать весь путь в обратном направлении. Никто не говорил о суровой погоде и возможных болезнях, которые непременно соберут свой зловещий урожай. Командиров угнетало не это. Только-только их отряды по-настоящему ощутили себя армией, и теперь — поворачивать назад. Уходить без единого сражения, так и не обнажив мечи. Диган представил, какой шум поднимется в Итарре, когда узнают о впустую потраченных средствах. А кто сосчитает напрасно потраченные силы? Кто назовет стоимость рухнувших устремлений?