Жгучее желание - Вулф Джоан - Страница 43

Я не горжусь тем, что тогда сделала, но я пребывала в полном отчаянии, и надо же было чем-то его пронять.

Мои глаза вдруг наполнились слезами, которые медленно потекли по щекам.

В комнате воцарилась убийственная тишина.

— Не надо, Деб, — хрипло пробормотал Рив. — Пожалуйста, не надо.

— Не могу, — жалобно ответила я. — Я так тебя люблю, а ты пытаешься меня бросить.

— Нет. — Он покачал головой. — Не пытаюсь. Ты знаешь, что я тоже тебя люблю, Деб. Пожалуйста, не плачь!

Раньше я клялась себе, что не стану заставлять Рива чувствовать себя в чем-то виноватым, но теперь, когда меня зажали в угол, я изо всех сил разыгрывала эту карту.

— Если с тобой что-нибудь случится, я этого не переживу, — всхлипнула я.

— Я боюсь, что с тобой что-нибудь случится, Деб, — с мукой в голосе сказал Рив. — Разве ты этого не понимаешь?

— Я все прекрасно понимаю и вижу, что ты до сих пор винишь себя за смерть матери, а теперь боишься, что подставил меня под удар Роберта и окажешься виноватым, если он меня убьет.

Лицо Рива стало совершенно белым. Пристально глядя на меня, он молчал.

— Когда в тот роковой день ты правил каретой, тебе было всего пятнадцать, и единственным, кто обвинил тебя, был твой отец, — напомнила я. — Даже лорд Брэдфорд заявил мне вчера, что это был лишь несчастный случай и что твоя мать, должно быть, сошла с ума, когда позволила тебе взять поводья. — Рив собрался что-то сказать, но я продолжала:

— Ты должен забыть это, Рив. Нельзя, чтобы память о прошлом ломала тебе жизнь. Твоей вины в этом не было! То, как с тобой потом обращался отец, просто отвратительно — так считают все.

Он недоверчиво покачал головой.

— Это правда! — настаивала я. — В результате в тебе настолько развились чувство вины и страх причинить по тому, кого любишь, что ты даже готов покончить с собой, лишь бы избежать этого.

В печальных глазах Рива вновь вспыхнули искорки гнева.

— Я рад, что ты так хорошо меня понимаешь, — попытался отделаться шуткой он.

— Да, понимаю.

Притворные слезы уже перестали литься по моему лицу.

— И думаю, что ты ведешь себя очень глупо, — добавила я.

Гнев Рива усилился. Теперь это уже были не просто искры — в глазах бушевало настоящее пламя.

— Отойди от двери, Деб, — потребовал он. — Я ухожу.

— А тебе не приходило в голову, Рив, что, может быть, я уже ношу ребенка? — спросила я.

Подбородок Рива дернулся, словно его ударили.

— В конце концов, ты сам говорил, что для этого бывает достаточно одного раза, — напомнила я. В ответ — молчание.

— Согласись, тогда я окажусь в любопытной ситуации. Без мужа, беременная наследником графского титула и с Робертом за спиной!

Снова молчание.

— Подожди хотя бы несколько недель, Рив, и выясни этот вопрос, прежде чем предпринимать новую попытку.

Расставив ноги, он стоял посреди комнаты, мятая одежда плотно прилегала к его сильному телу. Глаза Рива были темны от обуревавших его чувств, но я не могла понять каких.

— Теперь можешь звать Хаммонда, — решив, что дала ему достаточно пищи для размышлений, сказала я. — Пойду вниз — прогуляюсь с мамой в саду.

Спустившись, я, однако, обнаружила, что к нам прибыли с визитом Шарлотта и Ричард. Я послала к Риву лакея с известием о том, что у нас гости, и через двадцать минут он спустился вниз, безупречно одетый, с тщательно повязанным галстуком. Лицо его было непроницаемым.

Мы вчетвером спустились в сад, и Ричард сообщил, что получил неопровержимые доказательства, уличающие его дядю.

Все те восемнадцать лет, что Джон Вудли управлял имением Линли, он систематически обкрадывал племянника, набивая собственные карманы.

— Я чувствую себя полным дураком, — признался Ричард. — Из-за того, что дядя Джон вел бухгалтерские книги еще со времен моего раннего детства, мне казалось… невежливым задавать ему какие бы то ни было вопросы. Шарлотта ободряюще похлопала его по плечу:

— Здесь нет твоей вины, Ричард.

Глядя в ее привлекательное, немного скуластое лицо с большими зелеными глазами, я решила, что она мне очень нравится.

— Он нанес имению серьезный ущерб? — спросил Рив. Ричард вздохнул:

— Несколько лет мне придется восполнять то, что он украл, но в целом урон нельзя назвать непоправимым. К счастью, отец Шарлотты проявил полное понимание и собирается выдать мне вперед деньги из приданого, которые пойдут на оплату самых неотложных счетов.

— Какой же отъявленный негодяй! — проворчал Рив. — Подумать только, в какой нужде из-за него жили Деб и миссис Вудли!

— Да. — Ричард повернулся ко мне, лицо его было очень серьезно. — Худшее из всего, что он сделал, — то зло, которое причинил вам с мамой.

Вздохнув, я повторила слова Шарлотты:

— Здесь нет твоей вины, Ричард. Подойдя к фонтану, мы остановились.

— Рив говорил тебе, что я собираюсь выплачивать миссис Вудли годовую ренту? — спросил мой брат.

— Да, говорил. А ты можешь себе это позволить, Ричард? — глядя в его ясные карие глаза, спросила я.

— Я считаю это своей первейшей обязанностью, — нахмурился он. — В конце концов, она была женой моего отца. И у меня самого остались после общения с ней самые счастливые воспоминания. Она была такая милая и веселая! Собственную мать я совершенно не помню, а твою очень любил. — Глаза его были печальны, — Я очень по ней скучал. И по тебе тоже, Дебора. Я сразу потерял отца, мачеху и младшую сестру. — Его красиво очерченные губы дрогнули. — Это было нелегко.

Я никогда раньше не задумывалась о том, каково пришлось ему. Несмотря на все невзгоды, у меня была мама, а у бедного Ричарда — лишь дядя Джон.

Поддавшись внезапному порыву, я поцеловала его в щеку.

— Ну, теперь, когда мы нашли друг друга, постараемся больше не потеряться.

— Было бы неплохо, — задумчиво улыбнулся Ричард.

— Если возникнут проблемы, помни, что у тебя есть родственник, который всегда поможет, — сказал Рив тем грубоватым тоном, каким говорят мужчины, когда стесняются своих чувств.

— Спасибо, Рив! — искренне ответил Ричард.

Мы с Шарлоттой обменялись понимающими и немного насмешливыми взглядами, говорившими: Ох уж эти мужчины!

В этот момент раздался звук шагов, и, обернувшись, мы увидели направляющегося к нам Гарри. Он сообщил, что его послали пригласить нас на чай, который был накрыт в столовой. Все дружно двинулись к дому. Рив с Ричардом шли впереди, погруженные в дружескую беседу, Гарри отстал, а Шарлотта была рядом со мной.

— Ты говорила с ним? — тихо спросил он, не отрывая взгляда от широкой спины Рива.

— Да.

— И что же? Я вздохнула:

— Не думаю, что он снова попытается покончить с собой, Гарри. По крайней мере в ближайшее время. Но нужно что-то сделать с Робертом!

— Я знаю, — печально кивнул Гарри. — Но что именно? Он не совершил никакого преступления.

— Но он опасен! — чуть не закричала я. — Мы все знаем, насколько он опасен.

— Согласен. Но ты не можешь арестовать человека только за то, что считаешь его опасным, Дебора, Он должен что-то совершить.

— Он пытался меня изнасиловать!

— Ты действительно намерена тащить Роберта в суд и предъявлять ему обвинение? Ты хоть представляешь себе, что тогда будет с добрым именем нашей семьи?!

— К черту доброе имя нашей семьи! — прошипела я, стараясь, чтобы меня не услышали впереди.

— Смотри на вещи реально, Дебора, — увещевал меня Гарри. — Неужели ты думаешь, что Рив позволит тебе рассказать всему миру о том, что произошло?

— Не позволит, — мрачно согласилась я. Взяв меня за руку, Гарри замедлил шаг, так что Ричард, Рив и Шарлотта оказались далеко впереди.

— Дебора, — тихим голосом сказал он, — я считаю, что вы с Ривом должны проигнорировать летний праздник и отправиться в Эмберсли. Не стоит подвергать вас обоих такой опасности.

Должна признаться, что летний праздник беспокоил и меня, но я знала, что Рив будет настаивать на участии в скачках и, возможно, в лодочных состязаниях.