Риск - Вулф Джоан - Страница 30

Неожиданно я споткнулась и натолкнулась на него, но он даже не пошатнулся — был тверд, как скала. Краска залила мои щеки.

— П-простите, милорд, — пролепетала я.

— Ничего, все в порядке, — отозвался он с невозмутимым спокойствием. — У вас неплохо получается.

Мы снова прошли под счет один тур вальса. На этот раз мне удавалось следовать за моим партнером гораздо свободнее, и он сказал, обращаясь к Кэтрин:

— Ну а теперь сыграй нам что-нибудь, Кэтрин.

Кэтрин взяла несколько аккордов — я узнала мелодию вальса, слышанного мною накануне вечером на балу, — и лорд Уинтердейл попытался повести меня за собой в танце, но я словно одеревенела и не двигалась с места.

— Будьте раскованнее, мисс Ньюбери, — тихо приказал он мне. — Не сопротивляйтесь, просто следуйте за мной.

Я покосилась на леди Уинтердейл: как-то она отреагирует на это замечание? Но та не смотрела на меня, пожирая глазами Кэтрин.

Я попыталась расслабиться и неожиданно почувствовала, что он притянул меня к себе чуть ближе. Мы протанцевали два шага, и лорд Уинтердейл вихрем закружил меня, сделав разворот. Я послушно повторяла все его движения.

Впервые в жизни я была так близка с мужчиной. Даже когда Фрэнк поцеловал меня — а он прижимал меня к себе гораздо крепче, чем теперь лорд Уинтердейл, — я не испытывала ничего подобного.

Я стала думать о Фрэнке.

«Боже мой, Джорджи, — сказал он мне тогда. — Я так тебя люблю. Нам обязательно надо пожениться».

Он обнимал меня за талию, а я прижалась щекой к его плечу. Меня охватила невыразимая печаль. «Это невозможно, Фрэнк, — ответила я ему. — Это невозможно».

Лорд Уинтердейл промолвил:

— У вас прекрасно получается, мисс Ньюбери.

Я тут же споткнулась. Он поддержал меня, обняв за талию.

— Вам не следовало хвалить меня, — вымолвила я, запыхавшись. — Это не к добру.

— Вы танцуете слишком близко друг к другу, — заявила леди Уинтердейл со своего наблюдательного поста. — Джорджиана должна следовать за партнером, а не виснуть на нем.

Я отскочила от лорда Уинтердейла как ошпаренная.

Лорд Уинтердейл остановился и обернулся к тетушке.

— Мисс Ньюбери споткнулась, — пояснил он. Кэтрин перестала играть.

— Не так-то это легко, как казалось вначале, — виновато призналась ж.

Леди Уинтердейл махнула рукой, делая нам знак продолжать.

— Не останавливайтесь. У вас еще целых полчаса, прежде чем Филип уедет в «Брукс». Нельзя терять ни минуты — чем больше ты потренируешься, тем лучше.

Лорд Уинтердейл глянул на меня сверху вниз, и мне почудилось, что в глазах у него мерцают насмешливые огоньки.

— Да, еще полчаса практики — и вы, надеюсь, больше не будете наступать мне на ноги, мисс Ньюбери.

«Черт побери», — уныло подумала я. Это отучит меня от комплиментов лорда Уинтердейла.

— Хорошо, милорд, — сказала я вслух. — Постараюсь не спотыкаться.

— Благодарю вас, — был ответ.

Он взял меня за руку и обнял за талию, Я положила руку ему на плечо. Кэтрин снова начала играть, и мы закружились по паркету.

«Вальс — танец безнравственный, — думала я. — Теперь понятно, почему леди Стэнтон не позволяла нам танцевать его на балах в Суссексе».

Леди Уинтердейл все-таки пригласила мне учителя танцев на следующий день. Поэтому, приехав на вечер в «Олмэкс», я по крайней мере была уверена, что не опозорюсь, если патронессы дадут мне свое высочайшее соизволение танцевать вальс.

И вот я снова готовилась к балу — чудесные минуты! Я и не думала, что так люблю красиво одеваться. До сих пор мне приходилось носить только простенькие платья из ситца, и я ни разу не ощущала себя по-настоящему элегантной. Платье из шелка цвета слоновой кости, которое я выбрала на этот вечер, было легче паутины и отделано золотой нитью. Застегивалось оно на спине и рукавах на позолоченные пуговки. К платью также полагался позолоченный веер, и Бетти вплела в мою прическу крохотные позолоченные розочки. Я сгорала от нетерпения попасть на бал.

Какое же меня ждало разочарование! Приехав в Лондон, я только и слышала что о бале в «Олмэксе», как будто это святая святых, и ожидала, что увижу нечто потрясающее. Однако, когда мы достигли наконец Кинг-стрит, Сент-Джеймс, моим глазам предстало ничем не примечательное здание с простым фронтоном с ионическими колоннами. На втором этаже виднелось шесть окон под полукруглыми арками, которые, как сообщила мне леди Уинтердейл, украшали бальную залу. Все это выглядело ужасно скучно.

Внутри оказалось не лучше. Когда мы поднялись наконец в знаменитую залу, я увидела огромную комнату с прескверным паркетом.

— Почему же все так стремятся сюда попасть? — тихо спросила я у лорда Уинтердейла, который, ко всеобщему изумлению, согласился сопровождать нас на первый бал в «Олмэкс».

На нем был костюм, который комитет дам-попечительниц требовал от джентльменов, посещавших клуб: короткие, до колен, панталоны, белый галстук, черный фрак с длинными фалдами. Но когда он окинул залу надменным взглядом, я интуитивно почувствовала, что его повадку хищника не смог до конца скрыть даже внешний светский лоск.

Он ответил мне с откровенным цинизмом:

— Они стремятся сюда, потому что патронессы принимают лишь избранных. Просто диву даешься, какое влияние они имеют в свете. Они несколько раз отказывали даже пэрам Англии, а однажды не позволили войти сюда герцогу Веллингтону, потому что он был одет не так, как требовалось.

— Ну а вам-то как удалось сюда проникнуть? — вырвалось у меня. Я в испуге прижала ладонь к губам. — О Господи, я не хотела этого говорить. Простите, милорд. Не знаю, что на меня нашло. Прошу вас, извините меня.

Он печально усмехнулся — я почувствовала, как слезы наворачиваются на глаза.

— Деньги Уинтердейлов — лакомый кусок, и к тому же я не женат, — ответил он. — Недаром «Олмэкс» называют ярмаркой невест — патронессы не так глупы, чтобы отказать мне. Наоборот, им бы хотелось, чтобы я чаще появлялся здесь, но, откровенно говоря, я терпеть не могу этот дом.

Я молчала. Что тут можно сказать?

Передо мной неожиданно возник молодой человек с сияющей улыбкой на лице.