Обман - Вулф Джоан - Страница 19

Когда я надевала голубое платье во время первого визита мистера Кроуфорда, я была так худа, что оно болталось на мне как на вешалке. Сейчас, однако, оно сидело очень хорошо. И все это благодаря кулинарному искусству миссис Ноукс.

Я сидела в гостиной в одном из стоявших там вычурных кресел, когда в дверях появился мистер Ноукс и объявил о приезде гостя, который вошел в комнату следом за ним.

— Миледи, — поприветствовал меня мистер Кроуфорд, молодой шотландец, отличавшийся исключительной аккуратностью и серьезностью в делах. После смерти отца Адриан отравил на пенсию предыдущего поверенного и нанял мистера Кроуфорда. Мистер Кроуфорд был человеком благородного происхождения, но в то же время имел несчастье быть одним из девяти детей в семье, а родители его, по-видимому, не отличались богатством. По этой причине он был страшно благодарен лорду Грейстоуну за то, что тот предложил ему должность поверенного в делах, и всегда говорил об Адриане с благоговением.

— Бедный, — сказала я, окинув взглядом его озябшую фигуру. — Поднимайтесь скорее наверх. Камин в вашей комнате уже разожгли, а Роберт принесет вам туда горячего чаю.

Мистер Кроуфорд благодарно улыбнулся в ответ, пробормотал несколько обычных фраз по поводу моей любезности и зашагал вверх по лестнице, направляясь в комнату, которую он всегда занимал, посещая Лэмбурн-Мэнор.

Через час, снова появившись в гостиной, он выглядел уже гораздо лучше, и мы с ним приступили к обеду. Мистер Ноукс и Роберт подали великолепного цыпленка в винном соусе, приготовленного миссис Ноукс. Роберт ежедневно появлялся в доме, чтобы помочь мистеру Ноуксу, однако жил со своей престарелой бабкой в одном из небольших коттеджей, стоящих на территории поместья. Из прислуги в доме работала еще Нэнси, которая тоже жила в коттедже. Она приходила в усадьбу каждое утро вместе со своим отцом, который присматривал за садом.

— Я говорил о вас с графом, миледи, — сказал мистер Кроуфорд, отпив маленький глоток вина из бокала.

Я в то время была занята тем, что с интересом рассматривала шишку на лбу Роберта, которую тот заработал, поскользнувшись на льду и неудачно упав, однако слова мистера Кроуфорда, естественно, разом заставили меня забыть о Роберте.

— Обо мне? — переспросила я. К моему немалому огорчению, голос мой при этом восклицании «дал петуха». Я покашляла, прочищая горло.

— Да, о вас. Он уполномочил меня раз в три месяца выплачивать вам содержание. Я привез деньги, полагающиеся вам в качестве первой выплаты.

От неожиданности у меня отвисла нижняя челюсть. Сделав над собой усилие, я закрыла рот.

— Он не… — Мне пришлось снова прокашляться. — Он вовсе не должен этого делать. Мне не нужны никакие деньги.

— Нет, миледи, деньги вам нужны, — возразил мистер Кроуфорд, глядя на меня глазами испуганной газели. — Если бы графа не вызвали в срочном порядке в Париж, он позаботился бы об этом до своего отъезда.

Гость лгал мне с такой вдохновенной серьезностью, что у меня не хватило духу вступить с ним в спор. Тем не менее я знала, что Адриан не вступал второй раз в армию и что никто его в срочном порядке в Париж не вызывал. Он уехал во Францию по собственной воле и как гражданское лицо. Мне было об этом известно из его же короткой записки, которую я от него получила. Официально причиной его возвращения во Францию было то, что герцогу Веллингтонскому якобы была нужна его помощь в урегулировании трений, то и дело возникающих между французским гражданским населением и оккупационной армией. Не была для меня секретом и настоящая причина отъезда Адриана в Париж: он отправился туда, чтобы быть как можно дальше от меня.

— А что, его светлость намерен и дальше оставаться в Париже? — озабоченно спросила я.

Мистер Кроуфорд взглянул на меня с искренним сожалением.

— Боюсь, что это так, миледи.

Очевидно, бедняга думал, что сообщает мне весьма прискорбную весть.

— О, — произнесла я, боясь, как бы даже это короткое междометие не сделало очевидным обуревавший меня восторг. Я чувствовала себя счастливой в Лэмбурне и, пока Адриан оставался в Париже, могла наслаждаться ощущением того, что у меня есть дом.

— Герцог Веллингтонский считает помощь графа просто неоценимой, — заверил меня мистер Кроуфорд. — Сам герцог человек весьма… прямолинейный. С другой стороны, лорд Грейстоун умеет быть дипломатичным. Когда имеешь дело с французами, это очень важно.

«Что ж, мистер Кроуфорд принес мне прекрасную новость. Пускай Адриан остается в Париже и занимается дипломатией», — думала я. Однако мне все же не хотелось принимать от него деньги, о чем я и заявила Кроуфорду.

— Насколько я понял со слов миссис Ноукс, вам нужна новая зимняя мантилья, — сказал мистер Кроуфорд.

— Моя мантилья в полном порядке! Возможно, она немного поношенная, но зато очень теплая.

— Миледи, графиня Грейстоунская не может ходить в «немного поношенной одежде».

— Меня здесь никто не видит.

— Вас видят арендаторы, жители деревни. Подумайте, в какое положение вы ставите графа, если люди встречают его супругу в обносках.

— Возможно, они просто решат, что я — эксцентричная особа, — парировала я. Мне все еще не хотелось сдаваться.

— Нет, люди будут плохо думать о лорде Грейстоуне. С вашей стороны несправедливо позорить супруга перед его же людьми.

Это как-то не приходило мне в голову. Я задумалась, разглядывая край своей тарелки, а потом спросила:

— Вы уверены, что он в самом деле хочет платить мне содержание?

— Совершенно уверен, миледи, — улыбнулся мистер Кроуфорд. Когда на лице его появлялась улыбка, он превращался в очень приятного и симпатичного молодого человека.

— Ну что ж, очень хорошо, — сказала я и сглотнула. — В таком случае я согласна принять эти деньги.

— Скоро Рождество. Может быть, вы хотите купить какие-нибудь подарки?

Мысль, высказанная мистером Кроуфордом, мне понравилась. В свободное время я вышивала, чтобы к Рождеству преподнести вышивку в подарок миссис Ноукс, но мое обращение с иголкой и ниткой оставляло желать лучшего. Я сообразила, что, если у меня будут деньги, я смогу купить для миссис Ноукс подарок в деревне. Кроме того, там же я могла приобрести что-нибудь для мистера Ноукса, Роберта, Нэнси, Уилли и Джорджа. Более того, я даже могла послать какой-нибудь подарок кузине Луизе! Просияв от этих мыслей, я горячо повторила, порядком смутив моего собеседника: