Мой принц - Вулф Джоан - Страница 50

— Я не ребенок! — заявила она с вызовом. Август едва заметно улыбнулся:

— Я рад это слышать, дорогая.

Он еще крепче обнял ее, и она почувствовала его губы на своих волосах.

«Я люблю вас, Август, — подумала она, прижимаясь щекой к его плечу и вдыхая запах его тела. — Я люблю вас, я люблю, люблю…»

Ее волосы, которых он касался губами, были словно шелк. Его рука скользнула под шелковый водопад и легла на ее изящную шейку.

— Я не хотел причинить вам боль, Чарити, — прошептал принц. — Никогда, ни за что на свете.

Голова, уткнувшаяся в плечо, чуть приподнялась.

— Вы причините мне боль, Август, только если отвернетесь от меня, — сказала она приглушенным голосом.

Он провел ладонью по ее щеке, затем склонил голову и поцеловал ее в губы. Она обвила руками его шею и крепко прижалась к нему.

Она была такой нежной, и было так сладостно обнимать и целовать ее. Август чувствовал, как ее тело прижимается к нему все крепче, и сердце его билось все быстрее.

— О Чарити… — Он принялся покрывать поцелуями ее лицо и шею.

Его поцелуи становились все более страстными, и он все крепче прижимал ее к себе. Ему потребовалась вся сила воли, чтобы поднять голову — убедиться, что он не напугал ее.

— Дорогая, вы… не боитесь?

Чарити моргнула, затем на лице ее расцвела чудесная улыбка.

— О, мой Август, — задыхаясь от волнения, пробормотала она. — Мой Август…

Он улыбнулся ей в ответ:

— Означает ли это… Вы хотите, чтобы я продолжил?

Она дважды кивнула.

— Минутку, дорогая.

Август поднялся и принялся стаскивать с себя фрак. Бросив его на пол, он вновь стал целовать жену. Он чувствовал ее робкие ласковые руки, и ощущение от этих прикосновений было восхитительным. В какой-то момент она стала отвечать на его поцелуи, и тело ее затрепетало.

Чуть отстранившись, он скользнул рукой под ее ночную сорочку и начал ласкать ее груди — они были необыкновенно гладкими и шелковистыми. Август почувствовал, как отвердели ее соски, и из горла его вырвался стон.

Снова отстранившись, он посмотрел ей в лицо. Ее глаза были полузакрыты, а губы чуть припухли от его поцелуев. Из-под полуопущенных век ее золотистые глаза внимательно наблюдали за ним.

— Вы не возражаете, если я разуюсь? — прошептал он.

Чарити покачала головой, и ее прекрасные волосы рассыпались по подушке. Потом она вдруг лукаво улыбнулась и сказала:

— Действуйте.

Август сорвал с себя рубашку. Затем стащил ботинки, чулки и бриджи. Бросив все это на пол рядом с фраком и галстуком, принц вновь склонился над женой; он решил, что будет целовать ее и ласкать до тех пор, пока она, одурманенная страстью, не захочет, чтобы он сделал с ней то, что ему хотелось совершить немедленно.

Внезапно принц заметил, что в глазах жены промелькнул страх.

— Не бойся, Чарити, — проговорил он с ласковой улыбкой. — Не бойся, доверься мне. Все будет хорошо.

Вытянувшись рядом с ней, он снова принялся целовать ее; он пытался успокоить ее, чтобы она забыла о своем страхе и позволила ему сделать то, что он должен был сделать.

Сначала он покрывал поцелуями ее шею и плечи. Затем, расстегнув лишние пуговицы ночной сорочки, обнажил груди и принялся целовать ее соски. Он почувствовал, как она тихонько вздохнула, а затем выгнулась ему навстречу. И тотчас же рука его скользнула под ее сорочку, и он стал поглаживать ноги Чарити. Когда же пальцы его прикоснулись к ее лону, она напряглась и вздрогнула. Но он продолжал целовать ее и ласкать и вскоре почувствовал, что она раскинула ноги. Когда же ее бедра начали подниматься ему навстречу, Август понял, что уже не может сдерживаться. Он осторожно лег на Чарити и вошел в нее. В следующее мгновение из горла ее вырвался крик, но Август тотчас же поцеловал ее в губы и прошептал:

— Не бойся, дорогая, теперь все будет хорошо. Не бойся…

Пот лил с него ручьем, и Август закрыл глаза.

— Обхвати меня ногами, — попросил он.

Она сделала так, как он просил, и вскоре Август почувствовал облегчение.

Потом он какое-то время лежал без движения, лежал, тяжело дыша и по-прежнему сжимая Чарити в объятиях. Наконец отстранился и сел на постели. Внимательно посмотрев на жену, Август вдруг увидел, что по щекам ее текли слезы.

— О Чарити! — воскликнул он в ужасе. — Тебе было так больно?

— Это было не так уж плохо, — прошептала в ответ она. Ресницы ее дрогнули, и она, взглянув на мужа, попросила: — Пожалуйста, обними меня.

— Да-да, конечно, дорогая. — Август лег рядом с женой, обнял ее и нежно поцеловал, — Прости, если сделал тебе очень больно. Я знаю, что женщине всегда тяжело… в первый раз. Обещаю, что тебе больше не будет больно.

Чарити прильнула к нему и прошептала:

— Сначала было очень приятно.

Август поцеловал ее в висок:

— Ты прелесть, дорогая.

Она казалась такой маленькой, такой хрупкой, когда лежала, крепко прижавшись к нему. Он подумал об отваге, которая потребовалась от нее, чтобы довериться ему. И при этой мысли в нем проснулись чувства, которые он никогда раньше не испытывал к женщине, — желание защитить ее и всю жизнь заботиться о ней.

Она вдруг пошевелилась в его объятиях и проговорила:

— Мне так нравится лежать рядом с тобой, Август. Ты сейчас собираешься в свою постель?

— А ты хочешь, чтобы я ушел?

— Нет-нет, я хочу, чтобы ты остался здесь, со мной.

Он улыбнулся:

— Тогда я никуда не уйду.

После ночи, проведенной с мужем, все в жизни Чарити изменилось. Теперь она наконец-то почувствовала себя настоящей женщиной. Она ходила по-другому и говорила по-другому; изменилось даже выражение ее лица.

Разумеется, она любила Августа и раньше, но это была любовь молоденькой девушки к мужчине, которого она возвела на пьедестал. Теперь же Чарити любила мужа так, как любят настоящие женщины. И конечно же, она нисколько не сомневалась в том, что Август испытывает к ней столь же сильные чувства — разве могло быть иначе? Изредка ей вспоминались беседы с бабушкой и матерью Августа — они особо подчеркивали, что принц должен иметь наследника. Чарити, разумеется, об этом не забывала, но теперь подобные мысли совершенно ее не тревожили; она не сомневалась: все будет так, как должно быть.