Мой принц - Вулф Джоан - Страница 5

Девушка сделала реверанс и, приблизившись к гостье сказала:

— Я счастлива видеть вас, ваше высочество. Надеюсь, вы здоровы.

Принцесса с улыбкой кивнула и тут же нахмурилась.

— Я крайне недовольна, что Август собирается жениться на твоей сестре, — заявила она.

Чарити виделась с принцессой довольно часто — во всяком случае, гораздо чаще, чем все остальные члены семьи, — и она всегда посмеивалась над тщеславием Екатерины — разумеется, мысленно.

— Очень жаль, что вы недовольны, ваше высочество, — с серьезнейшим видом проговорила Чарити.

Принцесса открыла свой ридикюль и извлекла из него листок бумаги.

— Сегодня я получила от него известие — вот! Он приезжает в Англию, чтобы подписать договор и увезти Лидию в Юру — там они и обвенчаются.

Чарити молча пожала плечами. Принцесса же, немного помолчав, воскликнула:

— Представляешь, я узнала об этом только сегодня утром! Он посоветовался со мной? Он просил совета у матери? А ведь я постоянно думаю о его благополучии! Скажи, что ты об этом думаешь?

Чарити была весьма благоразумной девушкой, поэтому хранила молчание.

— Мой сын совершенно со мной не считается. — Принцесса смотрела на Чарити так, словно обвиняла ее в чем-то. — Да, совершенно не считается!

Чарити покачала головой, однако и на сей раз промолчала.

— Август точно такой же, как его отец, — с мрачным видом констатировала принцесса. Вздохнув, она засунула письмо обратно в ридикюль.

— Мой отец полагает, что принц Август поступил как мудрый политик, — высказалась Чарити, и весьма опрометчиво.

Екатерина вспыхнула и заявила:

— Август — плохой сын!

Чарити молча потупилась.

Принцесса же поднялась и принялась расхаживать по гостиной. Наконец, остановившись у окна с красными бархатными шторами, окинула взглядом комнату и, изобразив удивление, пробормотала:

— Что это за стиль?

— Это китайский стиль. Мама совсем недавно тут все переделала.

Екатерина поморщилась:

— Мне ужасно не нравится.

Чарити с трудом удержалась от смеха:

— Мне очень жаль, ваше высочество, что вам не нравится.

Принцесса вновь принялась осматривать комнату. Потом вдруг уставилась на девушку и спросила:

— Сколько тебе лет?

— Уже семнадцать. — Чарити вежливо улыбнулась.

— Семнадцать?! — Принцесса окинула взглядом старенькое платье Чарити — она носила его с пятнадцати лет. — У тебя что, совсем нет груди?

Чарити почувствовала, что заливается румянцем.

— Может, это из-за платья? — продолжала принцесса. — Ведь у тебя под ним должно быть хоть что-то…

Чарити прижала к груди книгу и, потупившись, пробормотала:

— Да, что-то есть, ваше высочество.

Екатерина взглянула на собственную роскошную грудь и с сожалением в голосе заметила:

— Возможно, англичан не волнует, что у их женщин нет бюста.

Дверь гостиной распахнулась, и раздался звонкий голос леди Бофорт:

— Принцесса, как мило, что вы навестили нас.

Это был тот редкий случай, когда Чарити обрадовалась появлению матери.

Принцесса по-прежнему стояла у окна.

— Почему вы так ужасно одеваете ее? — спросила она, покосившись на девушку.

Леди Бофорт взглянула на дочь:

— Дорогая, у тебя ведь есть более подходящее платье, чем это?

— Я не ожидала встретить гостей, мама, — с достоинством ответила Чарити.

Леди Бофорт тут же забыла о младшей дочери. Попытавшись улыбнуться, она проговорила:

— Может, присядете и выпьете чего-нибудь освежающего, Екатерина?

Принцесса, судя по всему, не собиралась отходить от окна, — очевидно, она понимала, что прекрасно смотрится на фоне красного бархата штор.

— У меня письмо от сына. Он сообщает, что приезжает в Лондон, чтобы жениться на вашей дочери, и намерен остановиться у меня. Должна прямо сказать, что это невозможно. Я все у себя в доме… перекрашиваю.

Чарити взглянула на мать и закашлялась, чтобы не рассмеяться.

Принцесса же с невозмутимым видом продолжала:

— Сейчас уже поздно писать Августу, но, когда он приедет, я объясню ему, что он должен остановиться здесь, в вашем доме.

Смех кипел в груди Чарити, словно ведьмин котел, и она изо всех сил старалась побороть его.

— Но ведь не все же комнаты в вашем доме красят одновременно, — сказала леди Бофорт.

— Уверяю вас, все… и одновременно, — заявила принцесса. — Так что я не смогу принять Августа. К тому же… Поскольку он женится на вашей дочери, он должен остановиться здесь.

Чарити поняла, что таким образом принцесса хотела наказать сына.

— Я буду счастлива оказать гостеприимство моему будущему зятю, — проговорила герцогиня ледяным голосом.

Принцесса снова оглядела гостиную.

— Бедный Август… — пробормотала она. — Но, может быть, ему не придется сюда заходить?

— А что вам не нравится в этой комнате?! — Герцогиня в ярости взглянула на гостью.

Принцесса наконец-то отошла от окна и приблизилась к софе, обтянутой красным шелком. В очередной раз осмотревшись, она пробормотала:

— Как. странно…

— Екатерина проследовала к двери, потом остановилась и, повернувшись к хозяйке, объявила: — Теперь я ухожу.

Герцогиня промолчала.

Чарити же сделала реверанс и, едва удержавшись от смеха, сказала:

— До свидания, ваше высочество.

Принцесса выплыла в холл, и Чарити услышала, как она потребовала, чтобы перед ней открыли парадную дверь. Герцогиня подошла к двери гостиной, закрыла ее и воскликнула:

— Какая ужасная женщина! Надеюсь, что Август не похож на свою мать.

— Она сказала мне, что он весь в отца, — сообщила Чарити и наконец-то рассмеялась.

Герцогиня нахмурилась:

— Нет причины веселиться, Чарити. Меня очень раздражает, что ты находишь забавным то, в чем нет ничего смешного.

Девушка взглянула на свою грудь.

— Мама, она сказана, что у меня нет груди.

Леди Бофорт пожала плечами.

— Полагаю, это не относится к делу. — Она оглядела гостиную. — Екатерина не в состоянии оценить то, что по-настоящему элегантно. И она никогда не умела одеваться. Не обращай на нее внимания.

— Хорошо, мама.

— Но знаешь… Меня не интересует твоя грудь, но хотелось бы, чтобы ты была повыше ростом. — Леди Бофорт подошла к лакированному столику, который перед уходом рассматривала принцесса, внимательно оглядела его и заявила: — Не понимаю, что в нем плохого?