Полицейская сага - Вудс Стюарт - Страница 81

Они неторопливо прошлись по дому. Гостиная, отдельная столовая, три спальни, одну из которых можно по желанию превратить в кабинет, просторная деревенская кухня. За домом – гараж и еще одна постройка, использовавшаяся как хлев.

– Уорт построил этот дом в начале тридцатых годов. Тогда он занимался фермерством, но вскоре стал работать на железной дороге. В этом году ушел на пенсию. Они с женой купили квартиру в Панама-Сити. Переехали в прошлом месяце. Вместе с домом продается участок в пять акров. Владелец молочной фермы Хосс Спенс купил у Уорта семьдесят акров, но за дом не хотел давать ничего, и потому Уорт ему дом не отдал, а заодно и участок по эту сторону ручья. Таким образом, граница владения проходит по ручью, шоссе и железной дороге вон там, за деревьями. Если не считать двух поездов в день, тут очень тихо.

– Сколько он просит?

– Двадцать восемь. Думаю, сойдемся на двадцати пяти.

– Как он относится к тому, что продает черным?

– Его беспокоит только одно: найти покупателя. Пару лет назад он заменил угольную печь на водяной обогреватель с насосом. Колодец во дворе. Канализация тупикового типа. Уорт был мастер на все руки и содержал все в порядке. Для сбора пекановых орешков можно будет нанять ребят-издольщиков. И еще тут растут штук шесть персиковых деревьев. Будете обеспечены домашним вареньем и мороженым.

– Как насчет финансирования?

– Могу обеспечить двадцать тысяч из расчета шести процентов годовых. Тогда первый взнос составит пять тысяч.

Такер поглядел за Элизабет. Она вся дрожала.

– Мне тут очень нравится, – сказала она.

– Ну, что ж, можете передать мистеру Уорту, что покупатель нашелся.

– Отлично. Если дадите мне пятьсот долларов задатка, то оформим все на будущей неделе. Хозяин оставил одному местному юристу доверенность.

Такер выписал чек. Холмс вручил ему связку ключей.

– Тут ключи от парадной двери и черного хода. От чего остальные, увидите сами. Мне надо ехать в банк, так что оставляю вас на новом месте. Уорт сказал, что имеющийся на участке инвентарь входит в общую сумму. Тут, похоже, есть газонокосилка и кое-что еще. Так что, по-моему, покупка удачная.

– Тогда, как договорились, я выхожу на работу пятнадцатого.

– Вы уже включены в ведомость на зарплату. Так что рассматривайте свободное время до пятнадцатого, как рождественскую премию. Приезжайте ко мне в любое время, если что-то нужно, ставьте меня в известность.

Холмс пожал им руки и уехал. Элизабет стала бегать по дому и заглядывать в шкафы и ящики. Она вернулась со шваброй и мусорным ведром.

– Давай, Так, наведем тут порядок!

Он рассмеялся.

– Погоди, давай посмотрим, что надо сделать по дому.

Они обошли дом. Краска была, в основном, в хорошем состоянии. Элизабет не понравились обои в основной спальне. Такер дернул за край, и они сразу же отошли.

– Почему бы нам просто тут не покрасить? – спросила Элизабет.

– Я не против.

– Тогда не стой, как столб, а поезжай за краской.

– Прямо сейчас? Но ведь мы еще даже не приобрели этот дом?

– Можно считать, что уже приобрели. – Она отодрала кусок обоев и указала на кремовое пятно между цветами. – Купи галлон точно такого цвета, кисти и все прочее. К вечеру дом будет подготовлен к переезду.

Такер поцеловал ее и уехал. Свернув на шоссе, он двигался медлительно и неторопливо, сидя за рулем новенького «олдсмобиля-98», который они купили в качестве подарка самим себе по случаю демобилизации. Переехав через мост, являвшийся границей города Делано, Такер сбросил скорость до тридцати пяти миль в час. К его величайшему удивлению, с ним поравнялась полицейская машина, и сидевший за рулем знаком велел ему съехать на обочину и остановиться. Он не включал ни «мигалки», ни сирены.

Такер повиновался и тихо сидел в машине. Полицейская машина остановилась спереди, и грузный, светловолосый полицейский с трудом выволок свою тушу из-за руля. Вместо того, чтобы подойти и остановиться, он стал разглядывать машину со всех сторон. Когда же, наконец, он показался у окошка водителя, Такер нажал, кнопку, и стекло бесшумно поехало вниз. Такер вжался в сиденье и глядел прямо перед собой.

– Ну и ну! – проговорил молодой «коп». – Еще и электрические окошки! Слушай, парень, ну и машинку ты себе отхватил!

Такер не сказал ни слова.

– Конечно, это твоя машина. Конечно, ты ее не отогнал от чьего-то дома. Не так ли? – Но это был вовсе не вопрос. – О'кей, парнишка, прочь из машины!

Такер медленно повернул голову и поглядел на полицейского.

– А с какой стати? – ровным голосом произнес он.

На лице «копа» появилось растерянное выражение.

– С какой стати? А с такой, что я так велю, вот и все.

Такер покачал головой.

– Эта причина не является достаточной. Я не превышал скорость. И у вас нет оснований предполагать, что я совершил какое-либо преступление.

Не веря своим ушам, «коп» уставился на него. Сунул руку вбок, достал огромный пистолет и направил Такеру в голову.

– А как насчет этого? Чем не причина? Ну-ка, черножопый, вылезай из машины и делай, сукин сын, то, что я велю.

Такер степенно вышел из машины и с высоты своего роста стал разглядывать полицейского. На Такере был синий костюм с галстуком. «Коп» похлопал его под мышками, проверяя, нет ли у него при себе оружия, затем отошел назад и положил свой пистолет в кобуру.

– Почему вы не спрашиваете у меня права и документы на машину? – поинтересовался Такер.

– Это я задаю тут вопросы, парень. А теперь, ну-ка, покажи права и документы на машину.

Такер передал их «копу», и тот бегло взглянул на них.

– Ладненько, Марвин, – заявил «коп». – Сейчас я сяду в свою машину и поеду в участок, а ты поедешь следом, как миленький. – В правах Такер был записан, как он числился в армии, Марвин Т. Уоттс. – А там уж мы посмотрим, твоя ли это машина. И, кстати, я замерил по секундомеру, что ты давал все пятьдесят пять в тридцатипятимильной зоне.

– Чушь собачья.

– Еще раз разинешь пасть, и я проделаю тебе в башке дырку, понял? А теперь садись в этот новенький, хорошенький автомобильчик и поезжай за мной, да не вздумай свернуть по дороге. – Располневший молодой человек подтянул штаны и пошел к своей машине. Такер сел в свою и поехал вслед за ним в участок.

Перед участком стояли еще две полицейские машины, а когда полицейский с Такером вошли внутрь, то обнаружили в служебном помещении еще троих сотрудников. Один из них разговаривал по телефону, положив ноги на стол и ковыряя в зубах зубочисткой; другие двое гонялись друг за другом по комнате и стреляли друг в друга из водяных пистолетов.

– Кого притащил, Жиртрест-Мясозаготовка? – спросил тот, что разговаривал по телефону.

– Лихача, оказавшего сопротивление при аресте, Бобби. И, может быть, угонщика.

Бобби вновь заговорил в трубку.

– Послушай-ка, милая, тут мне сейчас надо зарегистрировать одного цветного джентльмена, которому предъявлена куча обвинений. Но примерно в двенадцать я у тебя буду. Так что как следует раскочегарься, поняла? – Он положил трубку, встал на ноги, потянулся и зевнул, затем вихляющей походкой приблизился к стойке, разделявшей приемную и служебное помещение, и вытащил из ящика бланк, а из кармашка рубашки – шариковую ручку. Взглядом, полным тоски и скуки, он посмотрел на Такера.

– Ну, ладно, любитель веселых прогулок, как твое имя?

Жиртрест пустил по стойке права и документы о регистрации.

– Его зовут Марвин, Бобби. Просто и мило. Верно, Марвин?

– Меня зовут Такер Уоттс, – проговорил Такер, выкладывая на стойку раскрытый бумажник со значком и служебным удостоверением. – Но вы ко мне можете обращаться просто «начальник».

Хью Холмс вышел из банка и поехал в полицейский участок не без внутреннего трепета. Он все время откладывал встречу с сотрудниками полиции, на которой должен был объявить им о назначении нового начальника, но больше тянуть было нельзя. Пора было предать это дело гласности, и начинать следовало именно с полицейского участка.