Петля «Анаконды» - Вудс Стюарт - Страница 32

— Это случилось во флоте. Меня направили из колледжа на офицерскую службу во флот. Нас было четверо взводных — трое из Морской службы подготовки офицеров резерва и один из Морской Академии, по имени Хеджер. Хеджер смотрел на нас, как на обычных юнцов из колледжа: сверху вниз, и считал, что нам далеко до него. Его мнение разделял и наш командир, который дослужился до звания майора и сам был выходцем академии.

— Теперь вы понимаете, — продолжал он, — что только сумасшедший может уцелеть в морском корпусе, а если вы нормальны, вы должны каким-то образом заставить себя немножко свихнуться. Бэрри Хэджер стал моим пунктиком. Я должен был побеждать его, везде и во всем. День и ночь я лез из кожи вон, чтобы обойти его на занятиях по тактике, в стрельбе из малокалиберного оружия, в единоборстве. Я даже умудрялся лучше его писать отчеты — то, что всегда особенно удавалось именно ученикам академии. Мой взвод побеждал его взвод на полосе препятствий и на стрельбищах. Даже в наших казармах было чище, чем у него.

Сержант нашего взвода знал, что происходило между мной и Хэджером, и еще сильнее подогревал моих ребят. Боже, они были в восторге от нашей борьбы! Наш командир все время подзуживал Хэджера. Как мог выходец из академии — один из первой десятки в классе — позволять, чтобы какой-то резервист со своим взводом постоянно брал над ним верх? В конце концов Хэджер не выдержал и однажды вечером в офицерском клубе предложил мне выйти на улицу и пригрозил, что сейчас начистит мне физиономию. Все выскочили из бара, мы сорвали с себя гимнастерки — и началось. Хэджер решил показать что-то вроде каратэ и крутился вокруг меня на полусогнутых ногах, размахивая руками и издавая свистящие звуки. Смешно, но в последний раз я дрался на кулаках только в школе, и сейчас я разок стукнул его под колено и разок ударил по лицу. И в результате сломал ему нос. Боже, кровищи-то сколько было, но тут вмешался какой-то полковник, прекратил драку, пожурил нас обоих и заставил протянуть друг другу руки. Докладывать о нас командиру он не стал.

Во время смотра мой взвод выиграл все серебро, а Хэджер шагал перед строем с заклеенным носом, слегка прихрамывая. И только потом я понял, что наделал. Я, случайный человек в армии, офицер без году неделя, который не чаял, когда вырвется на волю, издевался над хорошим офицером — не слишком хорошим парнем, но хорошим служакой — и дюйм за дюймом втаптывал его в грязь, безжалостно, смеха ради! Нет, я не сломал ему карьеру — его взвод обошел два других и уступил лишь моему, — но похвала в отчете значила бы для него куда больше, чем для меня. Когда я это понял, мне стало стыдно.

После этого мы получили разные назначения, и я больше никогда его не видел. И можете себе представить? Когда мне вчера звонил мой шурин, он сообщил, что Хэджер работает в посольстве в Боготе. И я могу с ним связаться, если мне понадобится помощь!

Мэг рассмеялась.

— Надеюсь, вы сумеете обойтись без него!

И принялась убирать со стола посуду.

— Отнесите бренди в гостиную, — сказала она.

Он наполнил два бокала и плюхнулся на большой диван. В тот же момент потух свет.

— Черт возьми! — проворчала она, устраиваясь рядом с ним и поджимая под себя ноги. — У них все время что-то с электричеством. Возможно, света не будет всю ночь.

— Не переживайте, — сказал он. — У нас есть другой источник света.

Над морем поднималась огромная луна, озаряя комнату мерцающими бликами.

Она села на колени, придвинулась к нему, взяла его лицо руками и поцеловала.

— Не думаю, что вы первым решились бы на это, — произнесла она.

— Хотел бы я, чтобы мне хватило храбрости, — ответил он, поцеловав ее в ответ. Он обнял ее, и его рука нащупала ее грудь. Она тихо вздохнула, и он не стал убирать руку.

Потом легким движением она стянула через голову свой халат и бросила его на пол. При свете луны ее тело светилось, как мрамор, когда она помогала ему снимать одежду. Они растянулись на широком диване, и их тела жадно прильнули друг к другу.

А когда, насытившись, они тихо лежали рядом, у Кэта появилось ощущение, что он решился на отчаянный прыжок через пропасть и благополучно приземлился на другой стороне. Он попытался разобраться в своем чувстве и не заметил, как уснул.

Проспал он довольно долго. Сейчас луна поднялась высоко над домом, и в комнате было темно; а веранда и пляж были залиты светом. Он подумал о себе, о том, как ему жилось все эти месяцы с тех пор, как умерла Кейти. Он нащупал обручальное кольцо на правой руке; он ни разу не снимал его с того дня, как женился.

Кэт тихонько отстранился от спящей Мэг и вышел на террасу. Он шел к берегу, и теплый ветерок обдавал его обнаженное тело. Подойдя к морю, он со слезами на глазах опустил правую руку в воду и с большим трудом стянул с пальца золотое кольцо. Он застыл на мгновенье, а потом размахнулся и зашвырнул кольцо как можно дальше в море, туда, где вечным сном спала Кейти. Ему давно уже не удавалось ясно представить себе ее лицо, но в тот момент в последний раз он увидел его очень четко. Наконец он мог отпустить ее.

— Прощай, Кейти! — громко крикнул он. — Спи спокойно.

Он повернулся и побрел обратно к дому.

Глава 17

Когда наутро он открыл глаза, в доме никого не было. Он сходил на море искупаться и, вернувшись, с радостью почувствовал приветливый запах жареного бекона.

— С добрым утром! — крикнула Мэг. — Мне нужно было смотаться за продуктами. Я не хотела будить тебя. Завтрак будет готов через десять минут.

Кэт принял душ и надел первые попавшиеся под руку шорты. Когда он вышел из своей комнаты, завтрак уже был на столе.

— С днем рождения! Ты проспал все утро, — рассмеялась она.

— Разве я виноват в этом? — возразил он. — Одна только игра в теннис могла измотать меня до потери сознания.

Она оторвала голову от своей тарелки.

— Я у тебя первая женщина с тех пор, как умерла твоя жена?

— Да.

— Хорошо, — сказала она и снова принялась есть.

— Это было что-то вроде подарка на день рождения, — сказал он без тени иронии.

После завтрака он спросил, где у нее телефон.

— Хочу проверить, как продвигаются дела у Родригеса.

— В моем кабинете. Надо пройти через эту комнату.

Ее кабинет представлял собой маленькую редакцию. Полкомнаты занимала видеотехника, и во всем чувствовалась аккуратность и профессионализм.

Он заказал отель «Карибы» и попросил к телефону Родригеса.

— Простите, а кто его спрашивает?

— Мистер Эллис.

— Минуточку, — ответила телефонистка и исчезла на несколько минут. Наконец Кэт снова услышал ее голос:

— Мистера Родригеса не удалось найти.

— Тогда попросите его, чтобы он перезвонил мне, — сказал Кэт и дал свой номер телефона.

Кэт послонялся по дому, немного почитал, сделал небольшую пробежку вдоль берега, пока Мэг занималась своим репортажем о хулиганах в Санта-Марте. А когда в пять часов Родригес не перезвонил, Кэт снова набрал номер отеля, и ему снова ответили, что Родригеса все еще не удалось найти.

В тот же вечер они поехали в Картахену и поужинали в одном замечательном местечке в Старом Городе — в ресторанчике под открытым небом. Несмотря на вечер, стояла ужасная жара, но еда и вино были великолепны. Кэт почувствовал, что они с Мэг сблизились. Она была уже не просто любовницей — она стала другом. Вернувшись домой, они опять занялись любовью, и на этот раз все было даже лучше, чем в прошлую ночь. Они начинали узнавать друг друга. Наутро он позвонил Родригесу и получил тот же ответ.

— По-моему, меня водят за нос, — сказал он Мэг.

— Давай я попробую, — предложила она.

Мэг позвонила в отель и на испанском языке попросила позвать Родригеса. Он моментально подошел к телефону. Она передала трубку Кэту.

— Здравствуйте, мистер Родригес, — сказал Кэт. — Это мистер Эллис. Мне с большим трудом удалось найти вас.