Зимняя роза - Вудивисс Кэтлин - Страница 64

Однако радость Ирены сильно омрачилась, когда она подумала, как отреагирует на ее новый облик муж. Впереди их ждал долгий путь в Лондон, к тому же она не знала, где им придется ночевать, и предпочла бы не привлекать к себе чрезмерное внимание лорда Сакстона.

Эджи не скрывала своего восторга.

— Вы выглядите великолепно, мэм. Теперь любой поймет, почему вы очаровали хозяина. Вы красавица. Настоящая красавица. И вам вовсе не повредит, если вы улыбнетесь.

Ирена попыталась выдавить из себя улыбку.

Экономка с упреком покачала головой.

— Мэм, если мне будет позволено сказать, устрицы в кастрюле это делают лучше.

Тэсси закусила губу, чтобы сдержать смех, а Ирена зарумянилась. Она снова попыталась улыбнуться, после чего миссис Кендалл, бросив на нее печальный взгляд, со вздохом направилась к дверям.

— Если это лучшее, на что вы способны, то не стоит напрягаться.

Ирена смутилась. Зная, как сильно Эджи предана хозяину, Ирена начала подозревать, что экономка нисколько не сочувствует ей, а, наоборот, пытается подтолкнуть в объятия лорда Сакстона.

Некоторое время спустя Ирена получила новое доказательство тому, что экономка всеми силами хочет наладить супружеские отношения между хозяином и хозяйкой.

В карету грузили вещи, а лорд Сакстон стоял рядом и разговаривал с Таннером.

Стоило Ирене выйти из особняка, как она полностью завладела вниманием мужа. Он даже не ответил на вопрос, который задал ему Таннер. Затем появилась Тэсси, которая, закутавшись в толстый шерстяной плащ, заняла место рядом с Банди.

Ирена вопросительно посмотрела на мужа, полагая, что это он велел служанке там ехать.

Неверно истолковав ее взгляд, лорд Сакстон пояснил:

— Вам понадобится помощь Тэсси, когда мы остановимся у Лестеров. — Из-под маски раздался смешок. — Если, конечно, вы не согласитесь, чтобы я помогал вам принимать ванну.

Ирена не доставила ему удовольствия увидеть, как она краснеет, и сухо заметила:

— Милорд, Тэсси могла бы ехать с большими удобствами в карете вместе с нами.

— О нет, мэм. — Горничная решительно замотала головой. — Миссис Кендалл взяла с меня слово, что я поеду здесь, вместе с Банди.

Предположения Ирены относительно Эджи полностью подтвердились. Ну ничего, на первой же остановке она сведет на нет старания экономки. Несомненно, Тэсси с готовностью примет ее предложение пересесть в карету, после того как посидит между двумя мужчинами.

В этот раз Ирена первая выбирала место в карете, после чего в экипаж забрался ее муж, снял плащ и уселся напротив. Откинувшись на спинку, он устроился поудобнее и вытянул увечную ногу вперед. Ирена украдкой взглянула на нее. На вид больная нога ничем не отличалась от здоровой.

Пытаясь избежать случайного соприкосновения, Ирена забилась в угол, но при каждом толчке кареты она вновь сползала на середину сиденья. Лорд Сакстон не делал попытки отстраниться, и они некоторое время ехали почти касаясь друг друга, пока она снова не забивалась в угол.

— Это глупо, — раздался наконец его глухой голос, и Ирена вздрогнула.

— Что глупо, милорд?

Он даже не взглянул в ее сторону.

— Всякий раз шарахаться от меня, как от прокаженного. Это глупо.

Ирене нечего было возразить, потому что это была чистая правда. Она его жена, и со временем ей придется родить ему наследника, как бы отвратительна ни казалась ей эта мысль. Сопротивляться неизбежному — все равно что плыть против течения бурной реки. Придет день, когда ей придется уступить ему и позволить выполнить то, чего он так страстно желает.

За короткий период их совместной жизни она хорошо усвоила, что разум — лучший помощник в общении с лордом Сакстоном. При всех физических недостатках его тела голова у него была в полном порядке. Он с легкостью читал ее мысли и, казалось, видел насквозь, что ставило Ирену в невыгодное положение, поскольку она о нем совершенно ничего не знала. Она подумала, что если хочет прожить в браке и не повредиться рассудком, то должна сначала понять его как человека, а потом, возможно, принять как мужа.

Ирена осторожно подняла глаза. Ей предстояло так много узнать о нем! Поскольку она не обладала его даром читать мысли, ей для этого придется прибегнуть к более традиционным способам. Борясь со страхом, она набрала полные легкие воздуха и задала вопрос, который давно волновал се:

— Я не представляю, милорд, как вам удалось уцелеть в огне пожара? Восточное крыло сгорело дотла — значит, пожар был очень сильный. Как вы сумели выбраться?..

— Я не привидение, мадам, — сухо ответил он.

— Я никогда не верила в привидения, милорд, — пробормотала Ирена.

— Но в то, что я человек из плоти и крови, вы тоже не верите. — Он замолчал. — Вы боитесь, что в постели я окажусь уродливым чудовищем?

Ирена густо покраснела и опустила глаза.

— Я не хотела вас обидеть, милорд, — тихо сказала она, разглядывая свои перчатки.

Он неопределенно пожал плечами.

— Всем женам любопытно узнать о прошлом своих мужей. А у вас для этого еще больше причин.

— Я спрашиваю, — нерешительно начала она, — не потому, что ответ поможет мне разделить с вами постель, но… — Внезапно она сообразила, что он неправильно может истолковать ее слова, и закусила губу.

Его реакция была именно такой, как Ирена предполагала. Ом с готовностью ухватился за ее слова.

— Так может, вы согласитесь, чтобы я сегодня ночью пришел к вам в спальню? Мне будет приятно доказать вам наконец, что я настоящий муж. Я закажу для нас в гостинице одну комнату, и мы можем согреть друг друга этой ночью.

— Я бы предпочла… разные комнаты, милорд, — испуганным шепотом ответила она.

Лорд Сакстон кивнул.

— Как пожелаете, любовь моя.

У Ирены отлегло от сердца, и дальнейший путь они провели в спокойном молчании.

При въезде в Мобри им пришлось остановиться у моста: путь им преградила толпа народу. Люди выстроились у перил и смотрели в воду. Когда карета приблизилась, толпа расступилась, но на другом конце моста, перекрывая путь, стояла телега. Ирена с любопытством посмотрела в окошко, выискивая знакомых, затем ее взгляд упал на противоположный берег реки, где стояли несколько мужчин. Она увидела, к чему приковано их внимание, и ее глаза расширились от ужаса. На берегу, неестественно раскинув руки, лежал человек. Его голова и туловище были в крови, а глаза, не мигая, смотрели в свинцовые небеса. Полураскрытые губы, казалось, навсегда застыли в страшном крике.