Волшебный поцелуй - Вудивисс Кэтлин - Страница 57

— Дело прошлое, стоит ли вспоминать. К тому же ничего особенно страшного со мной и в самом деле не произошло.

— Да уж, — блеснув сапфировыми глазами, заметила Хетти, — хорошо еще, что Джеффри куда спокойнее, чем его брат. Страшно подумать, что бы устроил Брендон, окажись я на твоем месте. Однажды, еще до нашей с ним свадьбы, я убежала от него, но потом больше никогда не решалась повторить подобное. Если бы я осмелилась пуститься в бега, он устроил бы мне такую выволочку, словесную, разумеется, что и не знаю, опомнилась бы я когда-нибудь после нее или нет, — сказала Хетти и поежилась, представляя, как разозлился бы ее муж, если бы она отважилась на такую авантюру. — Но мне любопытно, что подвигло тебя на этот шаг, Рейлин? Если ты готова поговорить на эту тему, я могла бы утащить тебя в какое-нибудь уютное кафе, чтобы там поболтать за чашкой чаю.

Хетти, очевидно, не давала себе отчета в том, что теперь ее невестка работает на мистера Ива и не может распоряжаться собственным временем.

— Я бы рада пойти с тобой, — после небольшой заминки сообщила Рейлин, — но я должна остаться, чтобы закончить кое-какие дела…

— Чепуха, — отозвался Фаррел, подняв взгляд от нового каталога тканей, — он стоял неподалеку и без труда мог слышать разговор двух милых его сердцу дам. — Хетти, как будущей маме, надо всячески потакать в ее желаниях — в противном случае у вашей золовки может сложиться впечатление, будто я какой-то тиран-рабовладелец. Тогда моему бизнесу точно придет конец!

Хетти весело рассмеялась:

— Наконец-то я узнала, как меня здесь ценят.

В ответ Фаррел, как всегда, не скупился на комплименты. Хетти насмешила его преувеличенная восторженность, и она не без иронии кокетливо заметила:

— Я сочла бы за высокую честь ваши похвалы, мистер Ив, если бы не знала, как вы умеете кружить головы дамам. Не забывайте — я ведь ирландка, как и вы, и мне тоже палец в рот не клади.

Фаррел прижал руку к сердцу и совершенно искренне произнес:

— Именно потому, что вы, как и я, умеете видеть людей насквозь, я никогда не решился бы сказать вам неправду.

Не тратя больше сил на уверения, Фаррел взял обеих дам под руки и проводил к выходу. Рейлин едва успела накинуть плащ и чепец, как привратник распахнул перед ними дверь на улицу.

— Желаю вам приятно провести время, — пожелал напоследок хозяин ателье.

— Господи, — удивленно пробормотала Рейлин, не зная, как расценить действия Фаррела, неизменно загружавшего ее новой и новой работой, — ему так не терпелось выставить меня за дверь, что я и не знаю, как он мне юбку не прищемил.

Хетти в ответ рассмеялась и, взяв Рейлин под руку, повела ее в сторону ближайшей чайной.

— Думаю, ты не будешь против, если я немного обопрусь на тебя. Клянусь, эта малышка дерется так, будто хочет пробить мне ногами живот, но я не решаюсь сказать об этом Брендону, иначе он вообще не разрешит мне вставать с постели.

Рейлин встревоженно взглянула на подругу:

— Ты уверена, что ничем не рискуешь, уезжая далеко от дома, когда срок так близок?

— Возможно, и рискую, — согласилась Хетти, — но мне надо поговорить с тобой о Джеффри, а после того как малыш родится, сделать это будет еще труднее.

— Джеффри попросил тебя поговорить со мной от своего имени?

— Конечно, нет, дорогая! — воскликнула Хетти, удивленная такой постановкой вопроса. — Если бы ты лучше знала своего мужа, то не сомневалась бы, что свои проблемы он всегда решает сам. Он не нуждается для этого ни во мне, ни в своем брате, как бы настойчиво мы ни предлагали ему свое посредничество.

— Тогда откуда ты знаешь о моих подвигах в лесу?

— Кора все сказала мне.

Рейлин покраснела и с досадой протянула:

— Ну вот, в следующий раз она сообщит об этом последней деревенской сплетнице, чтобы уж ни у кого не осталось вопросов.

Хетти расхохоталась в ответ, и смех ее оказался столь заразительным, что Рейлин, не удержавшись, рассмеялась тоже. Две хихикающие дамы привлекали внимание прохожих, а многие почтенные матроны презрительно отворачивали носы, поскольку считали неприличным показываться в обществе, можно сказать, на сносях. Другие поглядывали на веселящихся дам со смешанным чувством зависти и высокомерия, полагая, что эти надменные богачи Бирмингемы наглядно демонстрируют свое презрение к закону, поскольку могут купить свободу Джеффри Бирмингема даже перед лицом неопровержимых улик. Третьи пялились на женщин просто потому, что не могли взять в толк, отчего, после того как жена младшего из братьев покинула мужа, жена старшего продолжает поддерживать с ней дружеские отношения.

Хетти, казалось, совершенно не обращала внимания на все эти косые взгляды, зато Рейлин приходилось труднее — как ни старалась, она не могла заставить себя не видеть их. В конце концов, это ее брак разваливался и ее мужа люди винили в преступлении.

— Удивительно, — заметила она, — как в таком большом городе может жить столько любопытных.

— А ты не позволяй им выставить тебя в невыгодном свете — пусть им кажется, что они для тебя не существуют. Что поделаешь, сплетни вносят приятное разнообразие в скучное существование кумушек, чья жизнь тускла и невзрачна; они дают пищу для воображения и повод для домыслов, чаще всего оказывающихся полной чепухой. Куда бы ты ни приехала, везде одно и тоже, и Чарлстон не исключение.

Владелец заведения приветствовал посетительниц радушной улыбкой и сразу провел к дальнему столику, расположенному в алькове, вдали от чужих глаз. Приняв заказ, он удалился и уже через пару минут вернулся с чаем и небольшим блюдом, наполненным бутербродами канапе.

Хетти сняла перчатки и налила чай сначала Рейлин, затем себе. Взяв с блюда бутерброд с гусиной печенью и зеленым салатом, она откусила кусочек и вопросительно посмотрела на Рейлин. Молчание не могло продолжаться вечно, однако Рейлин, судя по всему, не спешила его нарушить.

— Если интуиция мне не изменяет, ты немного не в себе, дорогая, — начала Хетти, — но, уверяю, тебе станет легче, если ты поделишься наболевшим с той, которая обещает никому ни о чем не рассказывать.

Рейлин все еще молчала, обдумывая это предложение. Есть она тоже не могла. Наконец, тяжело вздохнув, она произнесла едва слышно:

— Прежде всего, Хетти, я хочу, чтобы ты знала: я очень люблю Джеффри.

— Но в этом нет ничего удивительного, — несколько удивленно заметила Хетти. — Насколько я знаю, Джеффри всегда пользовался успехом у дам, а миссис Брюстер в его присутствии начинает вести себя просто неразумно, так как уже не один год тайно в него влюблена. Но были претендентки на его сердце и посерьезнее, чем миссис Брюстер. Честно говоря, я даже не знаю, как этому красавчику удавалось столь долго сохранять холостяцкую свободу. И дело не только в его внешних данных. — Хетти посмотрела Рейлин в глаза. — Скажи мне по крайней мере, что ты собираешься со всем этим делать?

У Рейлин внезапно защипало глаза.

— Боюсь, — сказала она, стараясь сморгнуть набежавшую влагу, — что если дело так пойдет и дальше, Джеффри потребует развода. Я ночами не сплю, все об этом думаю.

Хетти казалась удивленной.

— Давай все-таки разберемся, а то я в полном недоумении. Кора сказала, что ты убежала из Оукли вскоре после убийства Нелл, и, хотя она и не знала всех подробностей относительно твоего переезда в Чарлстон, все выглядело так, словно это была твоя идея. И вообще с чего ты взяла, будто Джеффри попросит развод?

— Но ведь это он отослал меня прочь, — тихо сказала Рейлин.

— Прости, дорогая, — растерянно пробормотала Хетти, — я не знала, что это инициатива Джеффри.

— Ну, на самом деле я действительно заговорила об этом первой, но только потому, что меня все еще преследовали кошмарные видения: словно наяву я видела, как Джеффри ножом убивает девушку. После того как он отыскал меня, мы укрылись от дождя в хижине Рыжего Пита. Там нас застал Одни Хайд. Тогда же Олни поклялся, что своими глазами видел, как Джеффри Бирмингем убил Нелл. Что я должна была подумать? У меня не было сомнений в том, что Олни сам способен на такое, но он говорил слишком убедительно.