Волшебный поцелуй - Вудивисс Кэтлин - Страница 21

— Хотела бы я угостить тебя яблочком, но, если ты согласишься меня сегодня покатать, обещаю, что принесу тебе целых два. Как ты на это смотришь?

Подув в протянутую ладонь, кобыла изогнула шею и тихо заржала. Рейлин засмеялась. Довольная, она продолжала гладить животное, даже не заметив того, что Джеффри подошел и встал рядом.

— Не думаю, что тебе следует выезжать на Ариадне, — со сдержанным опасением сказал он. — Ей нельзя доверять. Пойми, я просто не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

— Верховая езда была моим самым большим увлечением до того момента, как нашу семью постигло несчастье. Мы не только потеряли дом и всю прочую недвижимость, но вынуждены были стоять и смотреть, как королевские конюхи уводят за собой наших лошадей. Нам сказали, что их отдадут противникам моего отца, как только их обвинения подтвердятся. К сожалению, отец умер до суда, и все обвинения, выдвинутые против него, никто не подверг сомнению.

Джеффри слишком хорошо понимал, что прогулка на такой чудесной кобыле, как Ариадна, может развеять тоску и помочь забыть о душевной боли.

— Послушай, — он обнял жену за плечи, — месяца через два, когда с Ариадной хорошенько поработают и усмирят ее крутой нрав, ты сможешь на ней покататься, а сейчас, право, не стоит.

— Но почему не сегодня? Ей ведь нужна выездка.

— Пусть на ней пока выезжают люди более опытные. Они скажут, когда лошадь будет готова.

— Но мне кажется, что она словно создана для меня. Она сама ко мне подошла и ведет себя вполне миролюбиво.

— Тем не менее я вынужден настаивать на своем: не хочу, чтобы ты упала и, не дай Бог, сломала себе что-нибудь.

Рейлин сомневалась в том, что Джеффри можно заставить отступить, он знал, эту кобылу куда лучше, чем она. Будучи женой Джеффри, Рейлин должна была уважать мужа и не идти ему наперекор, как бы ей ни было обидно подчиняться: в конце концов, он умел быть добрым и внимательным и проявлял куда больше снисходительности, чем те мужчины, с которыми до сих пор сводила ее жизнь. В то же время он без колебаний отказывал ей в просьбах, которые считал неразумными.

— Так какую же лошадь ты посоветуешь выбрать, Джеффри? — спросила Рейлин, вспомнив наконец, что мнения мужа она до сих пор не спросила.

Он улыбнулся, довольный тем, что она не стала дуться из-за его отказа.

— У меня есть конь с весьма милым характером, как раз такой, какой нужен тебе для первой прогулки по плантации. — Сказав это, Джеффри обратился к О'Молли: — Седлай Звездочета. Не забудь, седло надо взять дамское, то, каким пользуется миссис Хетти, когда приезжает.

— Все будет тотчас исполнено, сэр, — ответил О'Молли и бросился выполнять поручение.

Всего через несколько минут к Рейлин подвели высокого статного жеребца из последнего загона по правой стороне. Чудные глаза, крутая шея, длинные мощные ноги и легкая танцующая походка — все в нем вызывало восхищение.

— Какой он чудесный! — радостно воскликнула Рейлин.

— Я знал, что тебе понравится, — скромно ответил Джеффри. — Он достаточно резвый, но характер у него покладистый, не в пример Ариадне.

— А вам Брута седлать? — спросил О'Молли.

— Нет, сегодня я хочу просто покататься рядом с женой, без сумасшедших прыжков, так что оседлай для меня Принца, пожалуйста.

О'Молли улыбнулся и отправился готовить коня к прогулке.

Подсадив Рейлин на Звездочета, Джеффри сел верхом на красавца жеребца по имени Принц и бок о бок с женой отправился на прогулку. Заметив, что Кора ждет возле дома с корзинкой и старым стеганым одеялом под мышкой, он остановился возле нее.

— Я подумала, — с улыбкой сказала чернокожая женщина, — что вам захочется устроить пикник, вот и решила собрать для вас корзинку. Здесь лимонный пирог, жареный цыпленок, кукурузные лепешки, охлажденный лимонад в пробковом кувшине, если пить захочется, и все такое. Отличный денек для выходного дня, — вздохнув, добавила Кора. — Вы, мистер Джеффри, не часто позволяете себе отдохнуть от работы, так что я подумала, почему бы вам не устроить себе настоящий праздник с пикником…

— Благодарю, Кора, ты просто клад. — Джеффри спрыгнул с коня. Взяв у Коры корзину и одеяло, он погрузил все это на Звездочета, а потом снова сел в седло.

Приноровив бег Принца к неспешной рысце Звездочета, Джеффри стал показывать Рейлин ближайшие к усадьбе поля, где зрел урожай хлопка. Коробочки были еще зелеными, но Джеффри, спешившись, открыл одну из них и продемонстрировал Рейлин, что находится внутри.

— Через несколько дней хлопок созреет, коробочки откроются и работники достанут белую вату. Собирать хлопок — тяжкий труд. Пальцы бывают исколоты в кровь, нередко люди теряют сознание под нещадно палящим солнцем.

За хлопковыми начинались рисовые поля. Здесь, где вода заливала землю, создавались наилучшие условия для выращивания этой культуры. Рейлин и Джеффри ехали по извилистой дороге, обозревая стада, пасущиеся по одну сторону тропинки, и кукурузные поля, расстилавшиеся по другую. Так прошло еще два часа, и, проехав мимо заросшей лесом лощины, они оказались на возвышенности, заросшей густой травой. Холм венчал раскидистый дуб. У подножия холма протекала неширокая, но быстрая речка.

Джеффри спрыгнул с коня и помог спешиться Рейлин. Задержав жену в объятиях, он дал ей соскользнуть вниз, касаясь его тела, пока ее губы не коснулись его губ. Он долго не хотел отрываться от ее рта, а когда наконец отпустил ее, она уже не могла стоять самостоятельно. Джеффри поступил единственно разумным образом: перекинул ее через плечо. У Рейлин, однако, хватило сил захихикать, когда Джеффри словно невзначай похлопал ее по ягодицам. Поддерживая жену одной рукой, другой он развязал подпруги, на которых крепились корзинка и одеяло.

С Рейлин на плече Джеффри отнес одеяло и корзинку в тень, кое-как расстелил одеяло, помогая себе носком сапога, а затем, уложив на него жену, прилег рядом с ней.

— Прекрасное местечко для упражнений на одеяле — Ты согласна, моя сладкая?

— Абсолютно согласна, — со смехом ответила Рейлин. Джеффри наклонился к ней и коснулся губами ее рта, но Рейлин вдруг вкрадчивым шепотом произнесла:

— Может, поедим? Я страшно проголодалась.

— Да ты сущая бестия, — простонал Джеффри.

Когда он поднялся на колени, Рейлин тут же подарила ему поцелуй, призванный рассеять его недовольство, и этот поцелуй разжег его страсть. Джеффри обнял ее и хотел притянуть к себе, но она со смешком увернулась. Прикусив губу, Рейлин скинула шляпку и бросила ее на траву, а затем демонстративно повернулась к мужу спиной и принялась распаковывать корзинку.

— Ах ты, маленькая плутовка, все дразнишь меня, — проворчал Джеффри и, быстрым движением схватив ее поперек живота, усадил к себе на колени, с видом собственника накрыв рукой ее грудь.

— Теперь, лиса, ты в моей власти и тебе не убежать!

Рейлин склонила голову набок, словно смирившись с судьбой, и, закрыв глаза, заулыбалась, едва не мурлыкая от удовольствия: Джеффри, трогая губами шею, одновременно поглаживал ее грудь. Почувствовав, как отвердели соски под платьем, он начал раздевать ее, умело справляясь с многочисленными крючками на спине.

— А как насчет еды? — прерывисто дыша, спросила Рейлин. Джеффри провел ладонями от талии вверх.

— Потом поедим, — прошептал он ей на ухо, торопливо расстегивая крохотные пуговицы нижней рубашки. Затем последовало белье, так что его рукам больше ничего не мешало наслаждаться. В ярком солнечном свете грудь Рейлин казалась необычайно бледной под его бронзовыми пальцами. Ласки Джеффри становились все более дерзкими, и она наконец стала просить утолить и ее голод. Джеффри с жадной готовностью тут же внял ее мольбам.

Потом они принялись за еду, по достоинству оценив яства, приготовленные для них Корой. Позже им пришло в голову искупаться в ручье. Они вошли в воду в первозданной наготе, но Джеффри чувствовал себя в костюме Адама гораздо свободнее, чем Рейлин. До сих пор она раздевалась донага лишь в спальне и боялась оставаться без одежды средь бела дня, поэтому, когда Джеффри отплыл подальше, оставив ее на берегу, она решила зайти поглубже в воду.