Так велика моя любовь - Вудивисс Кэтлин - Страница 18

Слишком уставшая, чтобы спорить, Илис никак не отозвалась на ее выпад, и Раймонда, схватив свечу, вышла и заперла за собой дверь. Илис с облегчением опустилась на кровать, довольная тем, что ей не пришлось отвечать на оскорбления. Дело было вовсе не в том, что она боялась Раймонды, хотя та была на голову выше и фунтов на двадцать пять тяжелее ее. Просто она хорошо помнила совет сына кухарки: если ты не можешь избежать драки, то выбери место и время так, чтобы это давало тебе преимущества.

Илис сняла башмаки и свернулась калачиком под одеялом. Теперь только она поняла, насколько устала. Она чувствовала себя опустошенной и вымотанной без меры. Ее веки смежились, и она еще некоторое время пребывала в полудремот-ном состоянии, пока не погрузилась в глубокий сон.

Внезапно Илис обнаружила, что смотрит на низкий потолок и прислушивается к шорохам, а глаза ее обыскивают тесную каморку в поисках причины, прервавшей ее сон. Вдруг ровно горевшее пламя свечи заметалось, словно его толкнул поток воздуха. Взгляд девушки переместился к двери — единственному источнику сквозняка, — и она увидела, как та стала медленно открываться. Ее сердце бешено застучало. Единственной ее мыслью было то, что вокруг несчетное количество дверей и неизвестно, что находится за ними.

Илис едва не издала громкий вздох облегчения, когда в комнату вошла Раймонда. Она продолжала лежать неподвижно и из-под опущенных век пристально следила за женщиной, которая поставила на стол доску с нарезанным мясом и хлебом и кружку с каким-то пойлом. Потом глаза Илис опять устремились к двери. И опять ее сердце едва не выскочило из груди. Ей выпал шанс бежать, и она должна немедленно воспользоваться им. Каковы бы ни были последствия, попробовать стоит.

Воодушевленная Илис не колебалась ни минуты. Вскочив на ноги, она бросилась к двери, на бегу толкнув Раймонду. Хотя она намеревалась вложить в удар всю свою силу, хватило легкого прикосновения, чтобы женщина, в руках которой был тяжело нагруженный поднос, отлетела к стене. Илис не стала останавливаться, чтобы взглянуть на результаты своего отважного поступка, а выскочила за дверь и, захлопнув ее, повернула торчавший в замке ключ. И только после этого позволила себе перевести дух и попытаться утихомирить дрожь, внезапно охватившую ее тело.

В горле пересохло. Девушка с трудом сглотнула и заспешила к лестнице. Ее трясло от страха, так как она не представляла, кого может встретить на нижних этажах. Она слишком хорошо запомнила предупреждение Раймонды о том, что надо соблюдать тишину на втором этаже, и молила Бога, чтобы он позволил ей незамеченной пробраться через зал.

В самом низу Илис побежала медленнее и осторожно подкралась к двери. Прижав ухо к дереву, она прислушалась и, к своему разочарованию, услышала в коридоре шаги и приглушенные голоса мужчин. Она решила подождать, надеясь, что они войдут в комнату и откроют ей путь к спасению, Шаги приблизились к двери, и Илис со страхом ждала, что сейчас дверь откроют. Тысячи вопросов вихрем пронеслись у нее в голове. Что ей делать? Где спрятаться? Куда она может пойти, если у нее даже нет надежды добраться до верхнего этажа, прежде чем мужчины появятся здесь? Она подняла глаза, моментально оценив расстояние. Возможно это или нет — это ее единственный шанс!

Ее крохотные ножки замелькали по ступенькам, ее сердечко забилось в том же ритме, но — увы! — подобный подвиг оказался ей не под силу. Еще до того как она добралась до середины лестницы, дверь внизу распахнулась, и, словно одного этого было недостаточно, чтобы ее душа ушла в пятки, раздался вопль Фича:

— Эй! Это она! Она убегает!

Тяжелые шаги сотрясли ветхую лестницу, и Илис в панике оглянулась. Впереди всех бежал высокий светловолосый незнакомец, за ним почти вплотную — Спенс. Последним ковылял Фич, тащивший на спине сундук.

Илис вложила всю свою силу в заключительный бросок, но длинноногий незнакомец, перепрыгивавший через три ступеньки, догнал ее. Длинная рука обхватила девушку за тонкую талию и приподняла. Илис оказалась прижатой к широкой и твердой груди. Однако она не собиралась молча и покорно сносить подобное обращение. Принявшись колотить незнакомца голыми пятками, она разразилась гневной тирадой.

Ее вопли эхом разнеслись под низкими потолками, слившись в один звук, от которого у Фича от ужаса волосы встали дыбом. Он живо представил себе вливающуюся через нижнюю дверь толпу ухмыляющихся мужчин, горящих желанием обратить в бегство всех и каждого. Любому приличного вида человеку грозило быть немедленно оглушенным дубинкой, прежде чем он смог бы что-либо объяснить или снять подозрения. С растущим беспокойством Фич повернулся, чтобы убедиться, что дверь все еще закрыта. При этом он совсем забыл о сундуке, который стукнулся о стену. Почувствовав, как сундук сползает по спине, он подставил другую руку, чтобы подхватить его, но потерял равновесие. Беспомощно балансируя на краю ступеньки, он видел, как сундук рухнул на лестницу и загромыхал вниз. Секунду спустя с его губ сорвался жалобный и заунывный стон, и он последовал за сундуком.

Широкая ладонь зажала Илис рот, чтобы заглушить ее вопли. Несмотря на ее сопротивление, незнакомец отнес ее наверх и, пройдя через зал, остановился у двери каморки, отодвинувшись немного в сторону, чтобы дать Спенсу возможность отпереть замок. Раймонда отскочила от окна, где она, преисполненная стольких надежд, несла свою вахту, и с отчаянием уставилась на ту, которую ожидала увидеть на улице. Взлохмаченные волосы скрывали лицо девушки, но Раймонде не надо было смотреть на нее, чтобы убедиться в полном провале отважного замысла.

Незнакомец выругался и резко отдернул руку, пытаясь уберечь ладонь от острых зубов. Он поставил Илис на ноги и тут же отшатнулся, так как в воздухе мелькнул ее крохотный кулачок. Незнакомец одной рукой сгреб тонкие запястья, что лишило Илис всякой возможности вырваться.

Она откинула с лица волосы и взглянула в обрамленные бледными ресницами голубые, как лед, глаза, в которых плясали чертики. Незнакомец был одет как знатный господин — в бархатный дублет и темно-синие, отделанные золотой тесьмой короткие панталоны на вате. Он осмотрел ее с ног до головы, и ее щеки залились румянцем, когда его взгляд остановился на ее вздымающейся груди. Илис подняла на него глаза и увидела на его лице улыбку, которая совершенно явно свидетельствовала, что он удовлетворен результатами своего осмотра.

— Теперь мне понятно, — как бы разговаривая с самим собой, пробормотал он, потом, уже громче, представился: — Капитан фон Райан из Ганзейского союза, к фашим услугам, фрейлейн. — Его речь, в которой слышался германский акцент, звучала забавно. — Или, если у фас есть желание познакомиться поближе… Николас, для фас и для моих друзей.

— Ты… Ты, обезьяна! — гневно бросила Илис. — Отпусти меня!

— Nein, nein[9]. — Капитан фон Райан помахал перед ее носом длинным тонким пальцем. — Нет, пока не запру фас на ключ.

Взглянув на Спенса, он знаком отправил того помогать Фичу, который карабкался по лестнице. Вскоре он появился в каморке. Сначала в дверном проеме возник его зад, а потом весь он, согнувшийся в три погибели, волоча за собой сундук.

— Отойди, — попросил Спенс.

Когда его приятель отхромал в сторону, он взялся за ручку сундука и втащил его в комнату. Морщась от боли, Фич бросился к двери и закрыл ее, потом прислонился к ней и отер пот, заливавший его красное от натуги лицо. Его шляпа была смята, а из-под полей во все стороны торчали волосы, и казалось, будто во время его полета вниз по лестнице его испугали стоны духа, который предвещал смерть.

— К фашему удовольствию, фрейлейн, — улыбнулся капитан фон Райан, отпуская свою пленницу.

— Будьте вы все прокляты! — отскочив, закричала Илис. Она потерла затекшие запястья и набросилась на капитана: — А ты! Несмотря на дорогую одежду и обходительные речи, ты не лучше этих мерзавцев, которые выполняют твои приказания!