Пламя и цветок - Вудивисс Кэтлин - Страница 58

— А как насчет Луизы? — спросил Джефф, не поднимая головы. — Сегодня в городе она вцепилась в меня, как кошка в мышь, пожелав узнать, когда будут выплачены ее долги. Я сказал, что об этом ничего не знаю.

Хэзер почти не прислушивалась к разговору обоих братьев до тех пор, пока не было упомянуто имя Луизы. Брэндон заметил ее внимание и беспечно ответил:

— Она приезжала ко мне на «Флитвуд», обсудить свое финансовое положение. Я предложил выплатить ее долги и сверх того дать ей кругленькую сумму за землю, но она, как обычно, заупрямилась. Из приличия я заплатил за разную мелочь, которую она понакупила, когда еще считалась моей невестой, но с крупными долгами у нее ничего не выйдет, пока она не согласится продать мне землю. Конечно, она бы хотела, чтобы я освободил ее от обязательств, хотела бы сама распоряжаться землей, но на такие условия я не пойду. Я сообщил Луизе о своем решении и встретился с людьми, которые давали ей кредит до моего возвращения. Теперь к этому делу я смогу вернуться только после того, как решится вопрос с лесопилкой. Кстати, а ты не хотел бы вложить в это дело небольшую сумму?

— Я уж думал, что ты никогда не спросишь, — усмехнулся Джефф.

Разговор продолжался еще долго, и когда ужин был закончен, Джефф поспешил помочь Хэзер встать, прежде чем успел подняться из-за стола Брэндон. Не обращая внимания на хмурое лицо брата, Джефф провел Хэзер в гостиную, остановился под люстрой, поднял голову и задумчиво проговорил:

— Бедняжка… Висит здесь целый день, и, похоже, без пользы.

Хэзер подняла голову и увидела, что с люстры свешивается одинокая ветка омелы. Джефф прокашлялся и улыбнулся.

— А теперь, мадам, вернемся к обещанному вами подарку.

Он обнял Хэзер, не обращая внимания на ее встревоженное лицо, и поцеловал ее отнюдь не братским поцелуем. Недовольство Брэндона столь кощунственным поступком брата мгновенно отразилось на его лице. Джефф отстранился, но не убрал руку с талии Хэзер и усмехнулся брату.

— Не волнуйся, Брэндон, просто я еще никогда не целовал замужних дам, и мне захотелось попробовать.

— Знаешь, ты заставил меня задуматься: не опасно ли будет оставлять ее с тобой на время моего отъезда? — возразил Брэндон. — Не будь она порядочной женщиной, я мог бы многое подозревать.

Джефф рассмеялся и насмешливо поднял бровь.

— Брэндон, я не верю своим ушам! Мне казалось, что ты никогда не был одержим ревностью!

Недели пролетели почти незаметно, и до отъезда Брэндона осталось всего несколько дней. Все это время Брэндон был занят подготовкой корабля, долгами Луизы и лесопилкой, которую решил купить, а потому почти не бывал дома. Несколько раз он оставался ночевать на «Флитвуде» и не возвращался домой по три-четыре дня. Дома же большую часть времени он проводил в кабинете, с бесконечными расходными книгами, бумагами и счетами. Обычно с Хэзер они встречались только по субботам, когда бывали в церкви.

В этот день, вскоре после ленча, Брэндон отправился на прогулку верхом на Леопольде. Было уже далеко за полдень, когда конь вернулся без седока, вызвав немалую тревогу у обитателей дома. Хэзер не находила себе места до тех пор, пока слуги не обратили ее внимание на отдаленную фигуру Брэндона, приближающуюся к дому. Наконец он появился, весь в грязи и слегка прихрамывая. Заметив Брэндона, Леопольд, по-видимому, повеселел, замотал головой и зафыркал, словно подвергая сомнению способности хозяина к верховой езде. Брэндон выругался, отшвырнул хлыст и утомленно опустился на скамью.

— Значит, он опять вас сбросил, мастер Брэн? — с тревогой спросила Хетти.

Брэндон снова чертыхнулся и запустил в негритянку шляпой, но она увернулась и поспешила прочь. Джефф весело рассмеялся.

— Одно я знаю точно: на этот раз, Брэндон, ты упал спиной, достаточно взглянуть на твой сюртук и бриджи.

Джордж отвернулся и прокашлялся, скрывая улыбку, но тут же посерьезнел под гневным взглядом хозяина.

— Что случилось, Брэндон? Вы хромаете! — с беспокойством воскликнула Хэзер.

— Эта чертова зверюга застала меня врасплох, бросившись под низкую ветку, — нехотя отозвался Брэндон. — А хромаю я из-за мозолей — эти сапоги не предназначены для ходьбы.

С этими словами он повернулся, выставив на всеобщее обозрение заляпанную грязью спину, и направился к дому. Заметив это, Леопольд вновь вскинул голову и, заплясав на месте, разразился пронзительным ржанием.

— Когда-нибудь я пристрелю тебя, чертов мул! — сжав кулаки, пригрозил ему Брэндон и вошел в дом.

— Лучше я поскорее приготовлю ванну — похоже, она ему понадобится, — со смехом заметил Джордж.

Ужин в этот вечер прошел в мрачном молчании, поскольку резкие реплики Брэндона не располагали к беседе. Было нетрудно понять, что уязвленная гордость причиняет ему больше боли, чем мозоли и синяки. На следующий день его настроение почти не улучшилось, и поэтому Хэзер долго стояла перед дверью его кабинета, не решаясь постучать. Брэндон сидел за столом, обложившись книгами и бумагами.

— У вас не найдется несколько минут, Брэндон? — неуверенно спросила Хэзер. Прежде она никогда не беспокоила мужа во время его работы, и теперь смущенно переминалась с ноги на ногу.

— Да, — коротко отозвался Брэндон.

Он вытянулся в кресле и указал Хэзер на стул возле стола. Хэзер неловко поерзала на краешке стула. Она собиралась с мыслями и почти вздрогнула, когда Брэндон спросил:

— Вы хотели поговорить, мадам? — Да… я хотела узнать, надолго ли вы уезжаете. Я имела в виду… успеете ли вы вернуться до рождения ребенка?

Брэндон слегка нахмурился.

— Я собираюсь отсутствовать не больше месяца, — отозвался он резко, досадуя, что его оторвали от дел из-за такой мелочи. — И по-моему, я уже говорил вам об этом. — Он вновь углубился в работу.

— Брэндон, — поспешно заговорила Хэзер, — можно ли за время вашего отсутствия подготовить детскую?

— Разумеется, — кивнул он. — Пусть Этан соберет слуг и сделает все, что вам понадобится.

Считая разговор законченным, он было углубился в работу, но Хэзер перебила его:

— И потом… понадобятся некоторые переделки в гостиной…

Брэндон вскинул голову.

— Дорогая моя жена, вы можете перестроить весь дом, если пожелаете, — саркастически сообщил он.

Хэзер взглянула на сложенные на коленях руки. Брэндон помедлил. В комнате воцарилось молчание, но Хэзер не уходила.

— Вам нужно что-нибудь еще, мадам? — осведомился Брэндон, воткнув перо в чернильницу.

Хэзер прямо взглянула в сердитые зеленые глаза мужа, вскинула голову и быстро проговорила:

— Да, сэр. Пока в гостиной будет идти ремонт, я хотела бы пользоваться вашей спальней, когда вас не будет дома.

Брэндон хлопнул ладонью по столу, вскочил и раздраженно зашагал по комнате, находя нелепым, что его жена спрашивает, можно ли ей спать в постели, по праву принадлежащей им двоим.

— Черт побери, Хэзер, тебе вовсе незачем спрашивать разрешения на что-либо в этом доме! Я уже сыт по горло этой глупой игрой! Этот дом твой, и у меня нет ни времени, ни терпения выражать согласие на любой твой каприз. Прошу тебя, брось эти глупости и будь хозяйкой в доме! Если уж ты не желаешь делить со мной постель, я с радостью соглашусь делить все остальное. А теперь меня ждет работа, мадам, и вы это отлично знаете. У меня нет времени, а посему убедительно прошу вас покинуть эту комнату.

Последняя фраза была почти громовой. Хэзер побледнела и отпрянула, выслушав эту тираду. Она поднялась и почти выбежала из комнаты, но за дверью остановилась, наткнувшись на Джеффа и Джорджа, а за их спинами увидела и Хетти. Все уставились на Хэзер огромными глазами — видимо, отповедь Брэндона они слышали до последнего слова. По щекам Хэзер заструились слезы, она бросилась в свою комнату и упала на постель, содрогаясь от рыданий.

Брэндон вышел из кабинета, уже раскаиваясь в резкости, желая утешить жену и смягчить свою вспышку. Вместо этого он натолкнулся на гневный взгляд Джеффа и ощутил упрек всех троих невольных свидетелей сцены. Хетти фыркнула и обратилась к Джеффу: