Пламя и цветок - Вудивисс Кэтлин - Страница 41

— Неужели будет еще холоднее, Брэндон? — с легким испугом спросила Хэзер. Брэндон рассмеялся.

— Разумеется, мадам. Мы взяли курс севернее обычного, на Ньюфаундленд, так, чтобы возместить задержку с отплытием из Англии. И все-таки в Америке мы будем не раньше чем к Новому году, хотя у меня есть причины надеяться, что мы поспеем к Рождеству.

Помощник капитана и эконом, по-видимому, были рады приглашению на ужин и в особенности присутствию Хэзер на борту корабля. Даже если они и знали о прошлом Хэзер, то ничем не выдали этого. Войдя в каюту, они представились и обменялись с Хэзер похвалами в адрес «Флитвуда», а затем сердечно поблагодарили ее за приглашение. Казалось, Брэндон ошеломлен тем, что оба мужчины сочли, что приглашение исходит от Хэзер, и насмешливо наблюдал, как Хэзер с невозмутимым видом принимает благодарности.

За столом гости развлекали Хэзер рассказами об английском дворе. Казалось, они прилагали все усилия, чтобы сделать свой визит приятным: оба мужчины даже разыграли шутливую борьбу за право поднять оброненную Хэзер салфетку и помочь ей придвинуть стул поближе к столу. В очередной раз взглянув на Брэндона, Хэзер вдруг заметила морщинку у него на лбу и почувствовала его раздражение, хотя не могла понять его причину. Она вспомнила его реакцию, когда юноша в лавке мадам Фонтено осмелился смотреть на нее; в какую ярость он пришел, когда два негодяя пытались купить у него Хэзер на постоялом дворе; как он рассвирепел, когда она заявила, что попросит слугу застегнуть ей платье. И вместе с тем он всем своим видом давал ей понять, что не испытывает любви к ней. Скорее он считал ее обузой. Тогда почему же он злился? Из жадности? Вряд ли. Хэзер уже успела убедиться, что Брэндон человек щедрый, пример тому — ее роскошный гардероб или этот обильный ужин. На столе стояли лучшие вина, Брэндон курил дорогие сигары. Нет, жадности тут ни при чем. И тем не менее странный гнев одолевал его каждый раз, когда Хэзер вела даже самую невинную беседу с другими мужчинами. Что за удивительный характер у ее мужа! Какой будет жизнь с ним — обычной и заурядной или сплошной загадкой, которую Хэзер ни за что не отгадать?

Ужин был закончен, со стола убрали. Извинившись перед Хэзер, мужчины закурили сигары и заговорили о делах. Мистер Бонифейс поинтересовался, не лучше ли будет взять курс к югу. Потягивая вино, Брэндон на минуту задумался и ответил:

— За неделю до того, как мы подняли якорь, в Чарльстон вышли два торговых судна с набитыми трюмами. Оба они направились южным курсом. Если они доберутся до порта раньше нас, нам придется продать свой груз за полцены — если, конечно, его вообще удастся продать. Я надеюсь опередить оба судна. Это мое последнее плавание, и я намерен извлечь из него неплохую прибыль.

— Это вполне справедливо, капитан, — усмехнулся Тори Мак-Тевиш: этот человек любил деньги.

Джеймс Бонифейс поддержал его.

— Мы с Джеффом вложили в это дело немалые суммы, — продолжал Брэндон. — И я не прочь вернуть их вдвойне. Если нам удастся опередить оба судна, прибыль окажется в нашем кармане.

Мистер Мак-Тевиш пригладил пальцем свои густые, лихо закрученные усы.

— Да, капитан, игра стоит свеч. Моя доля тоже вырастет, если мы прибудем в порт вовремя.

— И моя, — с улыбкой подтвердил эконом.

— Хотелось бы знать, последует ли Джеффри вашему примеру теперь, когда вы женились, капитан? — спросил Мак-Тевиш, поблескивая блекло-голубыми глазами.

Брэндон бросил быстрый взгляд на Хэзер, усмехнулся и покачал головой.

— Насколько мне известно, Мак-Тевиш, он предпочитает холостяцкую жизнь, несмотря на все уговоры Хетти.

— Может, он передумает, увидев вашу избранницу, капитан, — отозвался Мак-Тевиш, поворачиваясь к Хэзер с теплым, дружеским выражением.

Порозовев, Хэзер ответила ему улыбкой. Брэндон пристально взглянул на нее, словно проверяя, справедливо ли замечание помощника. У Хэзер задрожали руки, когда их взгляды встретились.

Бонифейс и Мак-Тевиш обменялись понимающими взглядами и молча решили не стеснять своим присутствием капитана. Но как только дверь за ними закрылась, Брэндон вновь уселся за стол, а Хэзер с вышиванием устроилась поближе к жаровне. Маленькая жаровня не могла обогреть всю каюту, и Хэзер часто ерзала в кресле, пытаясь придвинуться поближе к теплу. Наконец ее движения отвлекли Брэндона. Он отложил перо и повернулся. Некоторое время он смотрел на жену, подперев подбородок ладонью, затем поднялся и встал с ней рядом, заложив руки за спину и слегка расставив ноги. Он стоял неподвижно до тех пор, пока Хэзер не встревожило его необычное внимание. Она отложила вышивание и подняла голову.

— Что-нибудь случилось, Брэндон? — спросила она, не в силах больше выносить его пристальный осмотр.

Брэндон, казалось, не слышал ее. Он направился к своему сундуку и поднял крышку. Перебирая вещи, он нетерпеливо выбрасывал их прямо на пол, пока не нашел то, что искал.

— Может, вначале вы сочтете эту одежду неудобной, мадам, но надеюсь, вскоре оцените ее по достоинству.

Хэзер опасливо развернула небольшой сверток и застыла в изумлении, увидев его содержимое. Усмехнувшись при виде ее ошеломленного лица, Брэндон потянулся, поднял один из странных предметов и расправил его в руках.

— Милорд, вы сомневаетесь в моей честности? — наконец выговорила Хэзер. — Вы хотите, чтобы я это носила?

Плечи Брэндона затряслись от смеха.

— Да, я хочу, чтобы ты носила под юбкой эти мужские панталоны, только для того, чтобы не мерзнуть.

У Хэзер округлились глаза.

— Ты даже не представляешь, каких трудов стоила мне эта одежда, — усмехнулся Брэндон. — Все портные смотрели на меня как на помешанного, услышав, что мне понадобилось. Похоже, ни один из них не поверил, что я собираюсь нарядить в эти панталоны женщину. Мне пришлось выложить за них кругленькую сумму.

— Вы хотите сказать, что я должна носить их под платьями? — недоверчиво спросила Хэзер.

Брэндон кивнул, забавляясь ее удивлением.

— Если, конечно, ты не предпочитаешь мерзнуть. Уверяю, я и в мыслях не держал ничего дурного, можешь не опасаться, я не пытаюсь подшутить над тобой. Просто хочу согреть тебя.

Хэзер в замешательстве оглядела панталоны и робко улыбнулась.

— Спасибо, — пробормотала она. Прошло еще пять дней, и с каждым днем становилось все холоднее. Хэзер больше не сомневалась в удобстве одеяния, предложенного ей Брэндоном. Теперь она была благодарна ему. В первый день, надевая панталоны, она чуть не расхохоталась — еще никогда она не испытывала такого странного ощущения. Панталоны доходили ей до щиколоток и завязывались шнурками на талии. Хэзер они казались невероятно смешными и нелепыми. Когда Брэндон пришел к обеду, Хэзер со смехом приподняла юбки, показывая ему новый наряд, и заметила, с каким удовольствием он оглядел ее ноги.

Теперь она расставалась с панталонами только на ночь, в постели, но там ее согревало тело Брэндона. От него веяло жаром, и Хэзер во сне невольно придвигалась к нему ближе, а проснувшись по ночам, обнаруживала, что прижимается к его спине. Несколько раз оказывалось, что она спала, положив голову на плечо Брэндону, а ноги переплетала с его ногами. Всякий раз, поймав себя на этом, Хэзер раздраженно вспыхивала, сердясь на свою забывчивость. Однажды ночью проснулся и Брэндон. В тот вечер, продрогнув до костей в холодной каюте, они легли пораньше. Койка с теплым одеялом казалась им уютным гнездом, согревающим так, как не могла согреть жаровня. Этой ночью Хэзер рассказала мужу о том, как жила до их встречи, хотя и подозревала, что Брэндон многое узнал о ней от лорда Хэмптона. Он внимательно слушал ее, время от времени задавая вопросы.

— Но как же ты очутилась в Лондоне той ночью, когда мы познакомились? — спросил Брэндон, когда Хэзер закончила свою историю. Приподнявшись на подушке, он смотрел на Хэзер и играл блестящим локоном на ее плече.

Хэзер тяжело вздохнула и отвела глаза.

— Я приехала в Лондон с братом тети Фанни, — пробормотала она. — Он хотел помочь мне устроиться на работу в школу для девочек, но в Лондоне он повел меня на ярмарку, и тут я потерялась.