Пламя и цветок - Вудивисс Кэтлин - Страница 25

— Сумасшедший янки, — пробормотала тетя Фанни. Брэндон щелкнул каблуками и поклонился ей.

— Как приятно услышать такой комплимент от вас, мадам!

Фанни вскинула голову, намереваясь дать ему достойный отпор, но тут же передумала. Поджав губы, она отвернулась.

— Да будет вам известно, мадам, — сказал Брэндон ей в спину, — я сказал правду. Я способен позаботиться о своих близких и их долгах.

Хэзер не поняла его намека, но Фанни Симмонс заметно побледнела. Она так и не обернулась и молчала до тех пор, пока слуга не возвестил, что обед подан.

Глава 4

Холодный октябрьский ветер порывами налетал на Лондон. Колеса экипажа постукивали по булыжнику, взметали брызги из многочисленных луж, пока экипаж пробирался к порту. Хэзер тихо сидела рядом с леди Хэмптон. Леди Хэмптон пыталась вовлечь ее в разговор, время от времени любовно приглаживая ей волосы или прикасаясь к руке. Это были единственные признаки ее беспокойства, усиливающиеся по мере того, как приближалась минута прощания. Хэзер поглядывала на застывшее лицо мужа, который сидел напротив рядом с лордом Хэмптоном. Брэндон стоически переносил тряску, неторопливо оглядывая экипаж, время от времени останавливая взгляд на Хэзер и тут же отводя его. Лорд Хэмптон делал редкие попытки завязать с ним беседу, но наградой ему были только вежливые и односложные ответы.

Экипаж круто повернул и покатился по узкой портовой улочке, пересек грязную площадь и остановился возле здания, над дверью которого виднелась вывеска: «Склады компаний Чарльстона».

Брэндон вышел из экипажа и повернулся к Хэзер.

— У вас есть несколько минут, чтобы попрощаться. Я должен повидаться со своим агентом.

С этими словами он отошел. Ветер ерошил его волнистые волосы, трепал кружевные манжеты. Хэзер проследила, как он вошел в здание, затем повернулась к леди Хэмптон и увидела, что она плачет, не скрывая своего горя. Хэзер упала в объятия леди Хэмптон, и их сердца забились в унисон. Лорд Хэмптон хрипловато прокашлялся. Как только Хэзер вновь села на свое место, он осторожно взял ее за руки.

— Успокойся, детка, — попытался он утешить Хэзер. — В жизни многим из нас приходится расставаться навсегда. Кто знает, когда наши пути вновь пересекутся. Позаботься о себе, детка, как можно лучше.

Хэзер порывисто обняла его за шею и прикоснулась губами к морщинистой щеке.

— Разве вы не приедете попрощаться со мной перед отплытием? — умоляюще спросила она.

— Нет, дорогая, да этого и не стоит делать. Мы и так слишком долго испытывали терпение твоего мужа. Лучше будет, если мы простимся сейчас. Может, потом он простит нас, но сейчас я не стал бы на это надеяться.

Хэзер вновь обняла леди Хэмптон.

— Я буду скучать по вам, — прошептала она, не сдерживая слезы.

Ее светлость крепко прижала Хэзер к себе.

— У тебя будет муж, дорогая, а вскоре появится ребенок, и тебе не хватит времени вспоминать о нас. Но что-то подсказывает мне, что с этим человеком ты будешь счастлива. А теперь ступай, детка. Разыщи своего сердитого мужа. И потом… Хэзер, помни, что от ненависти до любви — один шаг.

Хэзер нехотя отстранилась от леди Хэмптон и стала пробираться к дверце ландо. Услышав снаружи голос мужа, Хэзер поняла, что он уже вернулся и теперь ждет ее. Поспешно смахнув слезы, она открыла дверцу и подобрала юбки, чтобы выйти из экипажа. Брэндон не замедлил помочь ей, обняв за талию. Их глаза встретились, и, к счастью, на этот раз Брэндон не стал смеяться над ее слезами. Он осторожно поставил Хэзер на землю, принял у леди Хэмптон плащи и сверток с подарками. Хэзер отошла в сторону, услышав, как Брэндон приглушенным голосом заговорил с Хэмптонами.

«Флитвуд» бросил якорь в гавани, в нескольких сотнях ярдов от причала. Как только Брэндон и Хэзер приблизились к причалу, от корабля отделился вельбот и поплыл им навстречу. Четверо матросов налегали на весла. Низенький пожилой, чем-то возбужденный мужчина стоял на корме лодки, несомненно, подгоняя гребцов замысловатыми ругательствами.

На причале шла своя жизнь, порождая хаос звуков, зрелищ и запахов. Праздные матросы громко переговаривались, рассказывая друг другу о приключениях прошлой ночи, между ними слонялись оборванные, немытые портовые шлюхи, надеясь заработать пару-другую шиллингов или же хотя бы получить возможность выспаться в кровати. Стая крыс дерзко суетилась вокруг отбросов, но разбежалась от камня, брошенного в них мальчишкой-беспризорником. Послышался визгливый смех, шайка грязных оборванцев прошлась по причалу, перепрыгнула через сточную канаву и исчезла среди толпы.

Хэзер передернулась, вспоминая о своем решении родить незаконного ребенка, обреченного жить на улицах. По крайней мере теперь ее ребенку не угрожала такая участь. И в конце концов не важно, даже если она сама никогда не будет любимой и желанной. У ребенка будут дом и отец, пусть даже такой, который вечно пропадает в плавании. Хэзер еще не знала, какую роль в жизни мужа предстоит сыграть ей, разве что быть матерью его ребенка. Возьмет ли Брэндон ее в следующее плавание или оставит дома — решать ему, и в таких делах Хэзер не будет иметь право голоса. Но с такой же обреченностью, с какой вдыхала запах моря, принесенный ветром, она должна была принять и жизнь — с высоко поднятой головой, довольствуясь теми маленькими радостями, которые позволит ей муж. Со временем, вероятно, она перестанет жалеть о том, что так и не познала любовь.

Все мысли Хэзер моментально улетучились, едва муж взял ее за руку. Брэндон подошел к ней сзади совершенно бесшумно. Заметив, что Хэзер дрожит, Брэндон набросил ей на плечи плащ.

— Пора спускаться в лодку, — сказал он.

Взяв Хэзер под руку, Брэндон повел ее мимо тюков с грузом, свернутых канатов и сетей к концу причала, туда, где пристал вельбот. Из него выпрыгнул пожилой матрос и поспешил навстречу Брэндону, стаскивая с головы берет. Хэзер с замиранием сердца узнала в этом человеке Джорджа, слугу Брэндона. Джордж почтительно поклонился и заговорил со своим хозяином:

— Мы ждали вас еще вчера, кэп, и уже начали тревожиться. Еще немного, и я бы собрал ребят и отправился бы с ними в город, думая, что с вами что-то случилось. Как вы нас напугали, кэп! — Джордж выпалил все это на одном дыхании и с поклоном повернулся к Хэзер: — Добрый день, мэм.

— Лорд Хэмптон пожелал ненадолго задержать нас, — объяснил Брэндон.

С кивком и очередным неловким поклоном Джордж водрузил берет на макушку, принял у хозяина ношу и вслед за ним направился к лодке. Брэндон спустился в лодку первым, затем помог спуститься жене и усадил ее рядом на скамью. Джордж передал им свертки, ловко спустился по трапу и занял свое место на корме.

— Пошевеливайтесь, ребята, — скомандовал он. — Теперь все в порядке. Отчаливаем! Спускайте весла, да осторожнее, чтобы без брызг! А теперь навалились разом!

Мэм совсем замерзнет, если мы будем еле тащиться. Так что шевелитесь, парни!

Повинуясь приказам Джорджа, лодка двинулась к темной громаде «Флитвуда». Ветер усиливался, в гавани поднимались мелкие волны, ледяные брызги попадали в лицо Хэзер, заставляя ее вздрагивать. Хэзер поплотнее завернулась в плащ и втянула голову в плечи. Но это мало помогло — казалось, стихия задумала лишить ее последнего утешения.

Вельбот подпрыгивал на каждой волне, ныряя носом. Эти судорожные движения разбередили желудок Хэзер, от каждого подъема и спуска на волне к ее горлу все сильнее подкатывала тошнота. Она с беспокойством взглянула на мужа, который сидел подставив лицо ветру, по-видимому, наслаждаясь солеными брызгами. Хэзер прижала ладонь к губам.

«Если меня стошнит, я навсегда возненавижу себя», — в отчаянии думала она.

Ее пальцы побелели, а лицо постепенно приобретало зеленоватый оттенок морской воды. Вельбот уже подплывал к кораблю, и битва Хэзер была почти выиграна. Она запрокинула голову, глядя на высокие мачты корабля, покачивающегося на волнах. От этого движения отчаянный стон сорвался с губ Хэзер и привлек внимание Брэндона. Увидев бледное, перепуганное лицо Хэзер и тонкую, прижатую ко рту ладонь, он мгновенно крепко обнял Хэзер, пригнул ее голову над бортом и держал в таком положении, пока море не получило свою дань.