Пламя и цветок - Вудивисс Кэтлин - Страница 23

— Вы хотите сказать, что мы не будем… близки? — изумленно спросила Хэзер.

— Ты удивительно понятлива, дорогая. Но об этом тебе незачем беспокоиться: из-за тебя я страдать не собираюсь. Ты — всего лишь одна женщина из множества, и мне не составит труда удовлетворить свои желания.

Хэзер вздохнула с облегчением и улыбнулась, радуясь своей удаче.

— Сэр, уверяю вас, лучшего подарка вы не могли бы мне сделать.

Брэндон холодно усмехнулся.

— Да, теперь я вижу, как ты довольна. Но твои муки только начинаются, миледи. Жить со мной не так приятно, как ты думаешь. С моим горячим нравом я способен стереть тебя в порошок. Так что будь осторожна, красавица. Не искушай меня. Веди себя смирно, и, может быть, останешься жива, понятно?

Хэзер покорно кивнула.

— А теперь ложись спать. Вскоре и я последую твоему примеру.

Не желая раздражать Брэндона, Хэзер торопливо улеглась и натянула одеяло до подбородка, глядя, как Брэндон прошелся по комнате к двери балкона. Открыв дверь, он долго смотрел на луну. Хэзер осторожно перевернулась на бок и незаметно наблюдала за ним. Брэндон стоял как матрос, глядящий на море, и луна заливала призрачным светом его лицо и плечи. Смуглая гладкая кожа поблескивала. Так, глядя на него, Хэзер заснула.

Она проснулась внезапно, от того, что Брэндон улегся на подушку рядом с ней. Хэзер вскочила со сдавленным криком и протянула руку, словно пытаясь оттолкнуть его. Брэндон усмехнулся и уложил ее обратно.

— Замолчи, глупая! — прошептал он, вытягиваясь рядом. — У меня нет никакого желания проводить ночь в кресле.

От его прикосновения по телу Хэзер прошла дрожь. Брэндон склонился над ней, и его теплое дыхание коснулось ее лица.

— Я не хотела кричать, — поспешно прошептала она. — Просто испугалась…

— Ради Бога, прибереги испуг для следующего раза, — фыркнул он. — У меня врожденное отвращение к тюрьмам.

— Но лорд Хэмптон не станет… — начала она.

— Черта с два не станет! Твоя репутация восстановлена, ты получила мое имя, но если он считает неразумным отдавать тебя мне, то воспользуется любым предлогом, чтобы разлучить нас и упрятать меня в тюрьму. Так что если ты хочешь, чтобы у нашего ребенка был отец, не давай лорду Хэмптону такой возможности.

— Я и не собиралась, — шепотом ответила Хэзер.

— Можешь не притворяться, — возразил он.

— Боже мой, ну почему меня угораздило встретиться с вами?! — прошипела Хэзер, стараясь вырваться из его рук. — Вы… вы отвратительны!

Брэндон тихо рассмеялся, опрокидывая ее на подушку.

— Многие женщины не согласились бы с тобой, дорогая!

— Негодяй! — еле слышно выпалила Хэзер. — Грубиян, невежа, бесчестный насильник, осквернитель женщин! О, как я вас ненавижу!

Брэндон пригвоздил ее к подушке, угрожая раздавить своим весом, и молча сжал так, что у Хэзер хрустнули кости.

— Поосторожнее, красавица, если не хочешь пострадать. Заткнуть тебе рот я смогу запросто, и это не доставит мне неудобства.

Хэзер резко вздохнула от боли, думая, что сейчас не выдержит тисков его грубых рук. Она ощущала, как дрожат ее ноги, и понимала, что почти не одета. Ночная рубашка была слабым утешением — она сбилась, и теперь грудь Хэзер была открыта, прижатая к груди Брэндона. В его намерениях Хэзер не сомневалась.

— Прошу вас, не надо, — выдохнула она, — я буду молчать. Мне больно!

От его усмешки дрожь прошла по телу Хэзер. Внезапно он выпустил ее, и она упала на подушку.

— Спи. Я не стану трогать тебя.

Трясущимися пальцами Хэзер подтянула одеяло к подбородку и свернулась на боку. Луна ярко освещала комнату, и Хэзер видела, что Брэндон с открытыми глазами лежит на спине, подложив руки под голову и глядя в потолок. Даже в полутьме Хэзер разглядела, как подрагивает в гневе его щека.

— Где вы живете? — неожиданно спросила она. Брэндон тяжело вздохнул.

— В Чарльстоне, штат Каролина.

— Там красивые места?

— Для меня — да. Но тебе там может не понравиться, — сдержанно отозвался он.

Хэзер не решилась продолжать расспросы о его доме — ее неожиданная смелость иссякла.

Холодный ветер из открытой балконной двери разбудил ее перед рассветом. Проснувшись, она никак не могла вспомнить, где находится, но вскоре узнала мужчину, к которому прижалась, чтобы согреться. Во сне она положила левую руку поперек его груди, на черные жесткие волосы, а щекой прижалась к его плечу. Брэндон крепко спал, повернувшись к ней лицом.

Не двигаясь из боязни разбудить его, Хэзер принялась разглядывать его лицо — прямые, плотно сжатые губы, теперь чуть расслабленные во сне, длинные темные ресницы.

«Он хорош собой, — подумала она. — Неплохо, если сын будет похож на него».

Брэндон зашевелился и отвернулся, и Хэзер осталось только рассматривать его затылок и широкую спину, на которой лежала ее рука. Заметив на собственном безымянном пальце кольцо, она удивилась тому, как ярко блестит золото. Кольцо на ее руке выглядело странно, но еще более странным было чувство, которое вдруг испытала Хэзер. Внезапно она осознала, что действительно стала женой этого человека. Как он сказал, теперь она навсегда принадлежит ему.

— Даже в вечности я останусь его женой… — пробормотала Хэзер.

Очень медленно и осторожно, чтобы не разбудить его, Хэзер накинула одеяло на его грудь, но тут же поняла, что сделала ошибку: не просыпаясь, Брэндон сбросил одеяло полностью, вызвав густой румянец на щеках Хэзер.

Теперь все его тело было открыто взгляду Хэзер, и она не отворачивалась, хотя ее лицо горело от стыда. Она оглядела его, удовлетворяя любопытство. Брэндон был сложен великолепно — как дикое сильное лесное животное. Под кожей вырисовывались длинные крепкие мускулы, живот был плоским и твердым, бедра узкими.

Встревоженная собственным странным возбуждением, Хэзер отстранилась и отодвинулась на край постели. Она отвернулась, стараясь забыть, как выглядит его тело, и увидела, что в дверь балкона ветром занесло лист. Съежившись под одеялом, она неожиданно испытала желание оказаться поближе к горячему телу мужа.

Каминные часы давно пробили девять, когда две смешливые горничные явились, чтобы помочь Хэзер одеться. Они тихонько постучали в дверь. Их хихиканье взбесило Хэзер. Вспыхнув, она выскользнула из постели, оглянулась через плечо на мужа и увидела, что он еще спит, сбросив одеяло. Хэзер на цыпочках подошла к постели и накрыла его простыней. Брэндон мгновенно проснулся, перепугав Хэзер. Она отдернула руки, словно от пламени, и покраснела еще больше, вспомнив о собственном прозрачном одеянии. Неторопливая, насмешливая улыбка изогнула его губы, заставив Хэзер вздрогнуть. Она направилась к двери, чувствуя на спине взгляд Брэндона.

Две горничные вошли в комнату со смешками и ужимками, одна из них несла поднос с завтраком. Девушки с любопытством оглядели комнату, словно надеялись разгадать тайны прошедшей ночи. Увидев, что Брэндон расположился на подушках, откинув простыню до пояса, они вновь принялись посмеиваться. Брэндона явно забавляла их нервозность, но Хэзер с трудом сдерживалась от желания ущипнуть горничных по очереди, особенно когда они уставились на ее мужа с откровенным любопытством. Девушки прошли к постели, и Хэзер с нетерпением ждала, пока они закончат хлопотать над Брэндоном, расстилая у него на коленях салфетку с доводящей до бешенства медлительностью и наливая ему чай. Брэндон насмешливо взглянул в рассерженное лицо Хэзер, и она резко отвернулась.

Наконец горничные вспомнили о своих обязанностях и принялись готовить ванну и свадебное платье — единственное платье Хэзер. Под пристальным взглядом Брэндона они сняли с Хэзер голубую рубашку и помогли ей забраться в ванну. Продолжая хихикать, горничные вымыли ей спину и руки, но когда перешли к плечам и груди, Хэзер не выдержала. Выхватив из их рук мочалку и мыло, она приказала девушкам оставить ее в покое, но тут же пожалела о своем решении: откинув голову, Брэндон звучно рассмеялся. Хэзер кипела от ненависти к этому человеку, но не осмелилась сказать ему ни слова, опасаясь, что он вновь заставит ее замолчать. Кроме того, Хэзер не хотелось, чтобы две хорошенькие молодые горничные узнали, что она и ее красавец муж питают друг к другу отнюдь не любовь.