Пепел на ветру - Вудивисс Кэтлин - Страница 81

— Прошу прощения, Эл, — наконец произнес Коул. — Меньше всего мне бы хотелось…

— Эл? — изумленно переспросила Кэролайн. — Вы хотите сказать, это она… — Гостья замолчала, словно боясь произнести вслух свое предположение, однако миссис Дарви закончила за нее:

— Значит, это и есть тот самый Эл, который… ошпарил вас?

Бреггар заерзал на стуле, ошеломленное выражение на его лице сменилось задумчивостью: ему Коул так часто рассказывал про Эла! А еще он помнил, что одного имени «Эл» было достаточно, чтобы привести Роберту в ярость.

Кэролайн когда-то больше всего смеялась над тем, как Коул пригрозил Элу содрать с него штаны и хорошенько отшлепать. Эти слова и теперь не выходили у нее из головы. Она с любопытством посмотрела на Коула. Все присутствующие в нетерпении умолкли, ожидая его ответа, и даже Элайна довольно откинулась на спинку стула, решив больше не произносить ни слова, — ей тоже было любопытно узнать, как ее муж сумеет выпутаться из сложного положения, в которое он сам себя поставил. Коул не спеша огляделся.

— Да, вы не ошиблись. — Он вынул изо рта не раскуренную сигару. — Чтобы избежать преследования северян, Элайна переоделась в мужскую одежду. В то время я был для нее всего-навсего еще одним янки. Я отвез ее в дом дяди и в тот же день познакомился с Робертой. Тайну Эла я узнал только после того, как женился на кузине Элайны.

— Вот так история! — Бреггар еще сильнее заерзал на своем стуле.

— Какой ужас! — Кэролайн сморщила носик и перевела взгляд на Элайну. — Так вы одевались в мужскую одежду?

— Бедняжка! — воскликнула Элеонора. — Как много вам пришлось вынести! Теперь я вовсе не виню вас за то, что вы ненавидите северян…

Элайна с улыбкой посмотрела на пожилую даму.

— А разве Коул не рассказывал вам о том, что случилось в конюшне? — невинным тоном спросила она. — Или о том, как мы чуть не утонули в канаве? А еще о том, как Дульси спасла меня от порки?

— Бедное дитя! — Элеонора рассерженно обернулась. — Коул Латимер, вы просто чудовище!

Хозяин дома зажал в зубах сигару, чиркнул спичкой и глубоко затянулся, не сводя глаз с жены. Элеонора замахала рукой, отгоняя дым.

— Ей-богу, не понимаю вашего пристрастия к этому отвратительному занятию!

Тем временем Элайна решила, воспользовавшись случаем, незаметно улизнуть, однако, направляясь к двери, она обнаружила, что муж внимательно смотрит ей вслед.

Мистер Берр тоже поднялся.

— Завтра мне рано вставать, — извиняющимся тоном произнес он. — Как только что-нибудь прояснится, я сообщу вам, мистер Латимер, и, конечно, постараюсь уладить все затруднения, о которых вы говорили. — Он обменялся с Коулом крепким рукопожатием. — У вас замечательные друзья и прелестная жена. С нетерпением буду ждать случая вновь побывать у вас. — С этими словами он вышел.

Проводив поверенного, Коул направился в свой кабинет, однако когда он заметил, что Бреггар ждет его у дверей, его лицо стало непроницаемым, но он все же жестом пригласил ирландца войти.

В гостиной миссис Дарви болтала без умолку, в то время как Кэролайн, погрузившись в раздумья, пыталась припомнить все подробности пребывания Коула в Новом Орлеане.

Внезапно в кабинете раздался звон стекла, и затем послышался раздраженный голос Коула:

— Черт побери, я сказал, довольно!

— Но послушай же…

— Вон! Убирайся из моего дома, пока я тебя не вышвырнул!

Женщины испуганно вскочили. Элайна поднялась и последовала за гостьями в холл, на ходу велев Майлсу принести их одежду.

В этот момент Бреггар, пулей вылетев из кабинета, стремительно пересек холл — его лицо было красно от гнева, глаза метали молнии.

— Самоуверенный болван!

Натолкнувшись на встревоженный взгляд Элайны, он замолчал, а затем, вполголоса извинившись, быстро вышел из дома. Элеонора последовала за ним. Кэролайн попыталась что-то сказать, но, махнув рукой, повернулась и выбежала вслед за матерью. Закрыв за ними дверь, Майлс потушил свет в гостиной и с достоинством удалился в глубину дома.

Элайна смотрела на мужа, застывшего в дверях, по его лицу пытаясь угадать, что же все-таки произошло, однако Коул только пренебрежительно повел плечами и, войдя в кабинет, захлопнул дверь.

Немного постояв в раздумье, Элайна поднялась к себе в спальню. Если хозяин дома предпочитает дуться в одиночестве, то это его дело.

Жизнь в доме вновь потекла медленно и размеренно. Слуги убрали в гостиной, Питер запер заднюю дверь и ушел домой. Ни одного звука не доносилось и из спальни хозяйки — если не считать тихих скрипов, какие часто слышны в старых домах. Даже каминные часы тикали как-то приглушенно.

Напряжение вечера медленно угасало. Неподвижно сидя у камина, Элайна смотрела в огонь, размышляя о том, что ей теперь предстоит. Она уже истратила почти все деньги, в кошельке у нее осталось всего несколько монет, а между тем ей недоставало самого необходимого. Ветхую ночную рубашку приходилось то и дело штопать, и она ничем не напоминала одеяние, приличествующее молодой жене. Коул требовал, чтобы она носила купленную им одежду — все эти роскошные, элегантные платья, к которым ей так не терпелось прикоснуться. Но зачем? Чтобы устроить очередной маскарад и убедить весь мир в том, что они — счастливая пара?

Она знала, что мучает ее. Ей никак не удавалось забыть о том, что произошло в отеле, ее память запечатлела каждое прикосновение, каждый поцелуй, и от этих воспоминаний она вспыхивала, словно ожидая продолжения.

В коридоре послышались неровные шаги, и Элайна вздрогнула, прислушиваясь к сбивчивому ритму собственного сердца. С чем он идет к ней на этот раз — с гневом или с насмешкой? Может, Коул просто хочет встать у кровати и смотреть на нее, спящую?

Шаги затихли, и дверь распахнулась. Коул шагнул через порог. Его губы были крепко сжаты, брови сошлись на переносице. Расстегнутая до пояса шелковая рубашка открывала широкую грудь. Стоя неподвижно, он пристально вглядывался в глаза жены.

С губ Элайны сорвался сдавленный вздох, и тут Коул, шагнув ближе, заставил ее вспомнить о том, как ненадежна защита ветхой ткани.

— Вы хотели о чем-то поговорить со мной? — Она прошла мимо, якобы для того, чтобы закрыть дверь, а затем, вернувшись к камину, осторожно присела на краешек стула, пытаясь унять дрожь в ногах.

К ее удивлению, Коул заговорил негромко и мягко:

— Сегодня вечером ты была неотразима.

Не дождавшись ответа, он кончиком трости приподнял подол нижней юбки, которую она только что повесила на ручку дверцы, а потом открыл набитый роскошной одеждой шкаф.

— Когда ты спускалась по трапу с парохода, мне подумалось, что Эл уже не прячется где-нибудь в складках твоей юбки, но кажется, я ошибся.

Подбородок Элайны слегка задрожал.

— А по-моему, до этого просто никому не должно быть дела.

— Черт побери! — Коул распахнул вторую дверцу. — В твоем распоряжении целый гардероб роскошных нарядов, а я, придя сюда, вечно застаю тебя в обносках!

— Все верно, сэр. Но какими бы ветхими они ни были, они принадлежат мне. — Элайна с независимым видом выпрямилась на стуле. — Разве я разочаровала вас сегодня вечером или поставила в неловкое положение перед гостями?

— Разумеется, нет! Ты оказала мне честь…

— Благодарю вас. — Элайна с облегчением вздохнула. Успокоившись, Коул принялся внимательно осматривать комнату жены. Здесь царил идеальный порядок.

— Но что тогда вызвало ваше недовольство? — негромко поинтересовалась Элайна.

— Ты имеешь в виду напыщенного болвана и это неожиданное бегство Бреггара Дарви… который весь вечер увивался вокруг тебя? Несомненно, он увлекся тобой с самого начала… — Коул неодобрительно посмотрел на жену. — Запомни, я не намерен делить тебя с ним.

Элайна вспыхнула:

— Доктор Латимер, я не игрушка и не вещь, предназначенная для удобства кого бы то ни было! — Вскочив, она быстро прошлась по комнате и, остановившись перед мужем, ехидно спросила: — Ну скажите, что вы за человек? Кем надо быть, чтобы сначала пригласить гостей к ужину, а затем выгнать их из дома? Ваши манеры оставляют желать много лучшего — вы вели себя, как капризный ребенок!