Пепел на ветру - Вудивисс Кэтлин - Страница 69

— Неужели мысль о супружеском ложе тебе настолько отвратительна?

— Будь наш брак настоящим, а не фиктивным, я вела бы себя совсем иначе. — Ей, наконец, удалось успокоиться, и она сняла плащ. — Но ведь дело обстоит по-другому. Мы заключили временную сделку, не так ли?

Элайна отвернулась, приглаживая волосы.

— Надеюсь, я не разочаровала вас?

— Напротив, действительность превзошла мои самые смелые ожидания. Просто я задумался о том, какой фурор ты произведешь в обществе, когда я представлю тебя как свою жену. — Коул с любопытством посмотрел в ее сторону.

— Если вы никому не рассказывали обо мне, сэр, вряд ли кто-нибудь мной заинтересуется…

— А мне кажется, все будут гадать, каким образом я ухитрился заполучить в жены такую красавицу, не покидая города.

Заметив, как вспыхнула Элайна, он рассмеялся.

Обойдя стол, Коул расположился на кушетке напротив нее.

— Сказать по правде, я считаю, что ты перещеголяла кузину во всех отношениях.

Не зная, принимать ли ей эти слова как комплимент или как оскорбление, Элайна усмехнулась:

— Не хочу показаться невеждой, сэр, но что вы имели в виду, говоря «во всех отношениях»? Может, вы просто перепутали меня с Робертой?

Коул налил себе бренди и отхлебнул глоток янтарной жидкости.

— К сожалению, я слишком поздно понял, что страсть чужда Роберте — в отличие от той девушки, с которой, сам того не ожидая, провел ночь в доме Крэгхью.

Элайна отвернулась, не в силах сдержать дрожь.

— Если вы не возражаете, я хотела бы умыться с дороги. — Проговорив это, она быстро покинула гостиную. Ее щеки раскраснелись, глаза сверкали, кровь кипела в жилах. Как он посмел упомянуть о ее потерянной чести, когда сам был виноват в этом! Теперь ей не терпелось отомстить мужу, и она прикидывала, какой удар будет для него самым сокрушительным.

Заперев дверь, Элайна сняла платье и вымыла лицо и плечи. Однако холодная вода не остудила ее пыл. Тщательно расчесав волосы, она разделила их прямым пробором, а затем упрятала в бледно-серую шелковую сетку. На грудь и на мочки ушей Элайна, не удержавшись, нанесла капельки духов, присланных Коулом, — ее уже прежде очаровал этот тонкий, обольстительный аромат.

Наконец настал черед платья из серебристо-серого шелка, вынутого из плетеного саквояжа. Коул будет изумлен, обнаружив, что она отнюдь не нищенка. Этот наряд, прежде принадлежавший подруге миссис Хоторн, она ухитрилась купить на деньги, заработанные тяжким трудом. Лиф его отличался изяществом, был отделан плетеной темно-серой лентой, лацканы покрывала вышивка, рукава заканчивались длинными манжетами.

Придирчиво оглядев себя в зеркало, Элайна победно улыбнулась — в таком платье ее вряд ли можно будет принять за бедную родственницу.

Дожидаясь, когда жена покончит с туалетом, Коул Латимер удобно развалился на кушетке, однако едва Элайна показалась на пороге гостиной, он порывисто вскочил: растерянный взгляд против воли выдавал его замешательство.

— Не припомню, чтобы я покупал тебе такое платье…

— У меня было немного своих денег, — пояснила Элайна, краснея от удовольствия. Ей и вправду было чем гордиться: тщательно выбрав наряд, она сумела хотя бы отчасти отомстить мужу.

Отчего-то именно сейчас у нее мелькнула мысль, что этот брак она воспринимает совсем не так, как следовало бы. Роберта оказалась гораздо хитрее: она охотно воспользовалась преимуществом, предоставленным ей кузиной, поэтому ее действия быстрее достигали цели. Приоткрытая грудь, трепещущие ресницы, милые глупости, которые произносит прелестный ротик, без труда делают мужчину покорным и услужливым. Но все же Элайна подозревала, что провести мужа ей будет не так-то просто.

Шагнув к ней, Коул протянул руку и коснулся пальцем ее щеки, потом его палец двинулся вниз, к груди, дотронулся до блестящей капли в теплом гнездышке…

— Я думал, ты давно перестала носить этот медальон.

Элайна медлила с ответом, опасаясь утратить завоеванные позиции. Пальцы Коула обжигали ее, она никак не могла собраться с мыслями.

— Я ношу его как напоминание о былой глупости, сэр.

— Глупости? — Коул с любопытством взглянул на нее. — Твоей или моей?

— Считайте как вам удобнее, — пожала она плечами.

Не сводя глаз с румяных щек жены, Коул опустил золотой медальон обратно в теплую ложбинку и неторопливо поправил цепочку. Элайна стояла неподвижно, изо всех сил стараясь удержать на лице насмешливую улыбку. В памяти ее отчетливо запечатлелись слова Энгуса: «Этот человек — янки, он уже погубил мою бедную Роберту. Я был бы плохим опекуном, если бы не предупредил тебя. Ни доктор Брукс, ни миссис Хоторн не в состоянии взять на себя такую ответственность. Она лежит на моих плечах».

Однако на то, чтобы притворяться слишком долго, у нее просто не было сил. Когда Коул провел ладонью по ее груди и дотронулся до бедра, у нее перехватило дыхание.

— Доктор Латимер, по-моему, мы договорились о том, что наш брак будет фиктивным. Или вы забыли об этом?

— Не помню, чтобы я об этом договаривался, к тому же я ума не приложу, чем обернется для нас такая пытка. — Он с сомнением покачал головой.

Элайна неожиданно засмеялась, живо напомнив Коулу ту давнюю ночь и гибкое тело в его объятиях.

— Запретный плод сладок, не так ли? — Она небрежным жестом отстранила его руку. — Но мое целомудрие уже давно стало добычей янки.

— И, разумеется, теперь ты жаждешь мести. — Коул с трудом сдерживал жар в чреслах. Чтобы не наделать глупостей, ему даже пришлось отойти к окну.

— Мести, милорд? — язвительно переспросила Элайна. — Ради Бога, объясните, каким образом леди-южанка может отомстить мужу-янки?

— По-моему, здесь нечего объяснять — каждой женщине это отлично известно.

Элайна почувствовала, наконец, что нашла трещинку в его доспехах, но ей еще предстояло разобраться, что скрывается под ними.

Внезапный стук в дверь заставил ее вздохнуть с облегчением — судя по всему, ей предстояла небольшая передышка, во время которой она могла собраться с мыслями.

— Если вы кого-то ждете и вам предстоит деловой разговор, я могу уйти…

Однако ее чопорность, по-видимому, уже начинала бесить Коула.

— Ты останешься здесь, — решительно заявил он. — Когда я захочу побыть один, то не забуду тебя об этом предупредить.

Элайна остановилась на полдороге и с видом обиженного ребенка скрестила руки на груди. В ту же минуту дверь открылась и в комнату вошел тучный мужчина. Отдуваясь, он поставил на пол небольшой саквояж и, быстро оглядев молодую женщину с ног до головы, перевел взгляд на хозяина дома.

— Должно быть, это и есть ваша жена, — произнес он и повернулся к Элайне: — Вы не поверите своим глазам, мадам, увидев, что ваш муж заказал для вас! Такого сокровища больше нигде не найти! — Гость подхватил саквояж на руки и медленно открыл его.

Элайна застыла в изумлении: на темном бархате была разложена маленькая коллекция ювелирных украшений, достойных разве что королевы. Широкое золотое кольцо, искусно инкрустированное бриллиантами и рубинами, окружали несколько длинных нитей жемчуга; рядом с изумрудным ожерельем лежали такие же серьги и еще целое созвездие бриллиантов в изысканной золотой оправе, кулон с подобранными к нему изящными серьгами.

Опираясь на трость, Коул подошел к жене и принялся внимательно разглядывать украшения.

— Они бесподобны, сэр. — Ювелир, казалось, сам не мог оторвать от принесенных им драгоценностей восхищенного взгляда. — Я сам их все проверил. Взгляните на эти бриллианты. Вы когда-нибудь видели такой блеск? Может быть, мадам примерит их?

Коул взял одну из вещиц и повернулся к Элайне. Не в силах больше сопротивляться, она покорно позволила ему надеть ожерелье. Когда руки мужа сомкнулись вокруг ее шеи, она еще острее ощутила его близость и тепло.

— Превосходно. Элайна, дорогая, не могла бы ты принести мой сюртук? — Коул кивнул в сторону спальни.

— Конечно, — прошептала она, неожиданно присмирев. Коул, следуя всем правилам приличия, разумеется, не того ждал от нее, и это было справедливо.