Пепел на ветру - Вудивисс Кэтлин - Страница 30

Обернувшись, капитан Латимер удивленно посмотрел на нее, но ничего не сказал. Война продолжается, и рано или поздно Роберте придется понять, что он себе не хозяин.

— Мама! — обернулась Роберта к матери за поддержкой.

— Капитан должен уйти, дорогая, — мягко заметила Лила.

— Папочка! Скажи ты!

Но Энгус, напротив, узнав, что янки покидает его дом, испытал облегчение и потому не торопился утешить свое единственное дитя.

— Работа превыше удовольствий, дочка, — наставительно произнес он, но, вдруг вспомнив о священнике, покраснел и закашлялся. — Пожалуйста, не задерживай капитана.

— О! — простонала Роберта. — Вы все сговорились против меня! — Истерически всхлипывая и причитая, она выбежала из комнаты.

Проснувшись после короткого сна, Элайна услышала мужские голоса во дворе и бросилась к окну: первым делом ей пришло в голову, что Коул разгадал трюк с переодеванием и приказал арестовать ее.

В этот момент из-за двери в комнату влетела мужская одежда и неопрятным комом упала на пол. Девушка быстро натянула ее на себя, вымазала лицо и волосы сажей и поспешила к лестнице, не обращая внимания на Дульси, которая, стоя в холле, качала головой.

Шагнув на порог гостиной, она небрежно прислонилась к дверному косяку, стараясь не смотреть на Коула. В парадном мундире капитан был просто великолепен, однако лицо его оставалось хмурым. Интересно, что он помнит из происшедшего ночью, и откуда взялась вся эта одежда? Вопросов было куда больше, чем ответов, однако Элайна постаралась скрыть тревогу.

— Что здесь за суета? — невинным тоном спросила она.

— Эл, неужели ты даже не умылся? — возмущенно воскликнул Коул.

Девушка насмешливо прищурилась:

— А тебе какое дело, янки?

— Придержи язык! — рявкнул Энгус, потеряв остатки терпения. — На нас и без того свалилось достаточно бед!

— Бед? — Элайна оглядела лица присутствующих, задержавшись на нахмуренных бровях Коула. — Каких еще бед? Я всего лишь привел его сюда после того, как…

— Что? — взревел Энгус, вскакивая со стула. — Ты привел сюда этого янки? В мой дом? Да ты хоть понимаешь, что натворил?

Элайна беспомощно пожала плечами: напряженное молчание Коула все больше озадачивало ее. Она предприняла еще одну попытку хоть что-то объяснить:

— Должно быть, капитан где-то напился, его ограбили и бросили в реку. Я вытащил его и привел сюда в одних подштанниках. — Она перевела взгляд на Латимера. — Сэр, вы что, не знаете, что бродить по ночам по городу небезопасно даже для офицера-янки?

Энгус в сердцах выругался и шагнул вперед, но Лила удержала его за руку:

— Успокойся, Эл ни в чем не виноват.

— Да? А этот янки? — простонал ее муж. — Уж лучше бы он утонул! — Теперь Энгус твердо знал, кто является источником всех его несчастий. Глаза почтенного джентльмена вспыхнули гневом, и он с ненавистью уставился на Элайну, которая неуверенно переминалась с ноги на ногу. — И в первый раз его сюда привел тоже ты! — Праведный гнев придал Энгусу сил. — Если бы не ты, этого брака не было бы…

— Энгус! — в ужасе воскликнула Лила, но тот лишь что-то пробормотал в бессильном бешенстве и, пройдя через всю комнату, тяжелыми шагами направился в свою спальню.

— Брака? — Элайна насторожилась. — О каком браке идет речь? — Она перевела настороженный взгляд на Коула. — Значит, вам удалось-таки кого-то подцепить на крючок?

— И не далее как сегодня утром, — хмуро отозвался Коул.

Щеки Лилы вспыхнули.

— Капитан Латимер и Роберта сочетались браком на рассвете. Энгус послал за преподобным Лайменом…

— Черт!

Кофейная чашка священника громко звякнула о блюдечко: по мнению Лаймена, парнишка был еще слишком мал и ему ни в коем случае не следовало так выражаться. Священник решил, что, когда обыск кончится, он поговорит об этом с миссис Крэгхью.

Когда Элайна, быстро повернувшись, выбежала из комнаты, Лила совсем растерялась:

— Что это с ним? Преподобный Лаймен поднялся.

— Похоже, его прогнал отсюда стыд. Его смутили события предыдущей ночи.

Коул озадаченно почесал все еще гудящую голову. Ему померещилось или в серых глазах Эла он действительно заметил слезы?

— Парню давно пора узнать, как устроена жизнь, — для своего возраста этот юноша слишком наивен.

Преподобный Лаймен сухо возразил:

— Судя по его способу выражаться, это не совсем так.

— Давайте будем снисходительны! — примирительно заметила Лила. — Вчера ночью доктор Брукс сообщил, что старший брат Эла значится в списках пропавших без вести. Его родителей тоже нет в живых, как и среднего брата. Мальчик просто не в себе.

Коул устало прикрыл глаза. Теперь он мог понять, почему Эл чуть не расплакался — потеряв всех, кого любил, он имел на это право.

Сидя в своей комнате, Элайна судорожно мяла в руках шляпу, пытаясь сдержать рвущиеся из груди рыдания. Снизу доносились притворные причитания Роберты, и это еще больше усиливало ее горе. Только теперь ей стало ясно, что произошло, — Роберта просто удачно воспользовалась случаем и невольной помощью кузины.

Со двора послышался голос капитана Латимера, и Элайна, с трудом поднявшись, выглянула в окно. Солнце уже показалось из-за верхушек деревьев, и небо приобрело ярко-оранжевый оттенок. О чем-то поговорив с сержантом, капитан вскочил на коня и покинул двор дома Крэгхью. Как только он удалился, Роберта тут же прекратила стонать и отправилась к себе в комнату. Лила тоже вернулась в свою спальню, и вскоре весь дом затих.

Глава 13

Только через час Элайна покончила с купанием: на этот раз ей никто не мешал, даже Дульси. Чернокожая служанка выглядела необычно присмиревшей и неразговорчивой — она никак не могла взять в толк, как ее хозяин согласился принять в семью какого-то янки. В доме царила напряженная тишина, и Элайна не сомневалась, что утренние события до крайности утомили все семейство Крэгхью.

Печально вздохнув, девушка расправила черное платье, которое ей приходилось надевать слишком часто для ее возраста, достала шляпку с черной вуалью, туфли на каблуках и корсет. Сегодня утром она не смогла заставить себя отправиться в госпиталь и вместо этого решила пойти на похороны Бобби Джонсона. На кладбище она молча помолится не только за северянина, но и за брата: ей казалось, что после этого она сможет продолжать жить, оставив позади печали. Взбодрившись, Элайна даже велела Джедедайе запрячь в экипаж жеребца — судя по всему, никто из обитателей особняка в этот день не собирался куда-либо ехать.

Не доезжая до места несколько кварталов, она вышла из коляски, опустила вуаль и оставшийся путь проделала пешком. На кладбище ей бросился в глаза целый ряд свежевырытых могил. Элайна направилась туда, где собралась небольшая толпа, и вдруг ее сердце дрогнуло: она заметила вдалеке высокую фигуру доктора Латимера. Несмотря на то что на кладбище собралось немало людей в мундирах, отчего-то ей хотелось смотреть только на него — в этот миг он казался ей близким, почти родным человеком. Помедлив, она решила подойти ближе: даже если Коул заметит ее, он ни за что не узнает в ней ни вечно грязного мальчишку Эла, ни женщину, которую любил вчера ночью.

Неподалеку ей бросился в глаза длинный ряд простых сосновых гробов, укрытых флагами союзников. Для некоторых солдат это место упокоения было временным — до тех пор, пока родные не перевезут их тела поближе к дому.

Как только капеллан закончил читать молитву над первым усопшим, гроб тут же опустили в землю, и присутствующие двинулись к следующей могиле. В этот момент капитан Латимер, оглядевшись, заметил застывшую возле одного из гробов хрупкую женскую фигурку. Дама была одета в черное; прочитав молитву, она положила на гроб букетик полевых цветов, а затем, отступив в тень громадного дуба, встала неподвижно, ожидая окончания церемонии. Капитан никак не мог припомнить, где и когда видел эту женщину, но в мальчишеской порывистости ее движений ему почудилось что-то знакомое.