Нерешительный поклонник - Вудивисс Кэтлин - Страница 16

Филана сложила руки на коленях, пытаясь унять предательскую дрожь и найти нужные слова, чтобы объяснить сыну, как обстоят дела. Не хватало еще снова прогнать его из дома на шестнадцать лет!

— Твой отец был убежден, что рано или поздно ты поймешь, как необходима тебе Адриана… что она одна способна стать тебе идеальной женой… поэтому упросил Саттонов подписать брачный контракт… отдающий ее тебе.

На этот раз Колтон не сумел скрыть презрительной ухмылки.

— Значит, побег из дома ничего не дал? Я по-прежнему несвободен.

— Это не совсем так, — едва слышно откликнулась Филана. — Если ты против договора, можешь его разорвать. Твой отец сделал все, чтобы включить в контракт эти условия. Они были там с самого начала, и он пытался объяснить это тебе, но ты отказался слушать. Тебе нужно всего лишь всерьез ухаживать за девушкой в течение трех месяцев, и если после этого срока ты все еще будешь против женитьбы, договор можно расторгнуть. Вот и все.

Колтон молча смотрел в напряженное лицо матери. Только сейчас он заметил, как сильно она состарилась за это время. И хотя по-прежнему оставалась красивой и элегантной, под глазами и вокруг рта протянулись тоненькие морщинки.

— Значит, три месяца? — вздохнул он.

— Да, но ты должен ухаживать за ней, — подчеркнула Филана. — На этом настоял твой отец.

Что же делать? Если он откажется от условий контракта, а заодно и от трехмесячного испытания, придется как-то возмещать Саттонам тяжелое оскорбление. Но не это его беспокоило. Он сможет выплатить Саттонам компенсацию из собственных сбережений, не трогая фамильного состояния. Но после этого он не сможет даже приблизиться к Адриане, а именно против этого восставало все его существо. Куда мудрее будет проверить, сумеют ли они стать достойной парой, или им лучше навсегда расстаться. Кроме того, она слишком красива, чтобы вот так, без борьбы, отказаться от нее, не говоря уже о том, что он устал от продажных женщин, наводнявших солдатские лагеря.

— Полагаю, если я сумел выдерживать тяготы войны в течение шестнадцати лет, переживу и три месяца ухаживания за прелестной молодой женщиной, — едва заметно усмехнулся он. — Но боюсь, мне придется заново учиться галантности. На войне это искусство совершенно ни к чему.

Филана опустила глаза, чтобы скрыть блеснувшее в них подозрение. Временами ее муж высказывал свои опасения относительно той жизни, какую вел его сын в минуты затишья. При каждом лагере имелись свои шлюхи и продажные женщины, и как бы ни был хорошо воспитан его сын, мужчине вдали от дома трудно оставаться безразличным к искушению. К сожалению, надеяться на что-то иное не приходилось.

— Адриана знает о договоре? — неожиданно спросил Колтон.

— Да, конечно.

Слишком хорошо он запомнил холодность девушки, проявлявшуюся в самые неподходящие моменты.

— Насколько я понимаю, она от него не в восторге.

— Адриана выполнит свою часть соглашения, чтобы угодить родителям.

— То есть согласится выйти за меня только ради них?

— Это благородный поступок…

— Хотя при этом не выносит меня?

— Это неправда…

— Но почему? — вскинулся Колтон. — Только не говори, что она позабыла те оскорбительные слова, которые в день отъезда я бросил ей едва ли не в лицо! Бьюсь об заклад, Адриана все еще злится.

— Скорее обижена, — поправила Филана. — Ведь именно ты был богом для нее и Саманты! Естественно, Адриана была оскорблена твоим жестоким отказом и посчитала, что ты возненавидел ее. Винила себя в твоем побеге и жестоко страдала, пока Седжуик не объяснил, что некоторым молодым людям требуется время для принятия важных решений и что ты — один из таких. Но ведь время обладает свойством излечивать старые раны! Пойми, тогда Адриана была всего лишь ребенком, а за столько лет кое-что могло и забыться!

— Будучи в Африке, я узнал, что слоны никогда и ничего не забывают. Поэтому и не сомневаюсь, что Адриана помнит каждую мелочь. Это видно по ее отчуждению.

— Скоро ты узнаешь, что Адриана куда более приветлива с друзьями, чем с поклонниками. Иногда мне кажется, что девушка так же не расположена к браку, как и ты сам. Но я уверена, что все изменится, как только она убедится в серьезности твоих намерений.

— Дражайшая матушка, хотя ты желаешь этого брака не меньше, чем отец, все же должна понять, что он может и не осуществиться. Я не свяжу себя с женщиной только потому, что ее выбрали мои родители. Между нами должно быть нечто большее…

— Дорогой, наш брак тоже был устроен родителями. Но прошло не так уж много времени, прежде чем мы поняли, как глубока наша любовь. Пойми же, вы с Адрианой предназначены друг для друга! Твой отец до самой смерти был в этом уверен. Вспомни, как он любил тебя! Неужели ты серьезно считаешь, что отец хотел бы для тебя несчастливой семейной жизни с женщиной, которую ты презираешь?

— Но Адриана была совсем ребенком, когда подписывался контракт, — запротестовал Колтон. — Как он мог предвидеть, что она станет такой красавицей?

— В ее жилах течет благородная кровь, а в семье не было уродов. Внешность девушки должна была претерпеть изменения, и, как видишь сам, так оно и случилось.

— Отец принял решение шестнадцать лет назад, когда она выглядела настоящим пугалом огородным! Никто, даже он, не мог вообразить, как изменится неуклюжая длинноногая девчонка!

— Тем не менее отец оказался прав! — упорно твердила мать.

— Пока, — сухо ответствовал Колтон. — Но это еще не означает, что мы с Адрианой обязательно полюбим друг Друга!

— Время покажет!

Колтон раздраженно вскинул руки к небу.

— Тут ты права, но пока я не буду твердо убежден в наших взаимных чувствах, не стану просить руки Адрианы. Потому что отказываюсь всю остальную жизнь сожалеть о выборе, сделанном не мной.

— Значит… значит, у тебя кто-то есть? — нерешительно осведомилась мать, боясь услышать ответ.

— Увы, я так и не нашел женщины, способной покорить мое сердце.

— Но все же нашел кого-то?

Колтон пожал плечами, не зная, как лучше объяснить:

— Вероятно, эти встречи просто заполняли пустоту, которой была до сих пор моя личная жизнь.

Филану так и подмывало ответить, что именно Адриана превратит его жизнь в чудо. Но, памятуя об упрямстве сына, мать мудро воздержалась от поспешных замечаний.

После долгого молчания она поставила чашку и поднялась.

— Я предоставляю решение тебе, но должна прежде сказать, что внешность Адрианы почти не повлияла на решение твоего отца. Он с самого начала предполагал, что девушка вырастет красавицей, хотя, может, и не такой ослепительной. Самое большое значение имели для него ее характер и ум. И она, и сестры получили прекрасное воспитание, но Адриана сверкает среди них, как драгоценный камень в королевской короне.

Чувствуя, что ловушка вот-вот захлопнется, Колтон хмуро оглядел комнату, пока не сообразил, что вновь уставился на портрет над камином. Сходство с оригиналом было изумительным. Художник сумел передать силу характера отца. Только Филана с ее мягкостью и женственностью была способна поколебать его в однажды принятом решении. Остается гадать, сумеет ли Адриана смягчить его сердце. До этого дня ни одной женщине это не удавалось.

Неожиданно Колтона захватил вихрь мыслей, терзавших душу. Каково бы пришлось ему, имей он столь же своевольного сына? Неужели настанет день, когда он прислушается к аргументам собственного отпрыска? Или будет до конца придерживаться своего мнения, как его отец?

Неизменная честность помешала Колтону искать аргументы в свое оправдание. Будучи офицером, он понимал, что на войне самое страшное — это мятеж подчиненных. Так зачем же он тогда пошел против отца?