Сержанту никто не звонит - Врочек Шимун - Страница 68

— Нет! — закричала Юлька. — Нет! Нельзя! Он ни в чем не виноват!

По лицу судьи потекли слезы.

— Что же ты со мной делаешь, девочка? — он размахнулся и ударил молотком так, что это прозвучало, как выстрел.

— Самое замечательное, — сказало чудовище Юльке. — Что я никогда не вру. Мне просто незачем. Люди за меня все делают сами.

— Это шаггурт. Настоящий шаггурт. Я чувствую его, — чародей потянул носом воздух. — Фиалка? Очень интересно. Странное дело, они всегда пахнут цветами.

— Но почему я его вижу? — спросила Юлька. — И вижу, что он делает! А остальные — нет. Они как слепые. Как куклы. Делают все, что он захочет...

Чародей склонил голову к левому плечу, и стал похож на старую птицу.

— Потому что вы наказаны, Ваше Высочество. Именно поэтому вы видите его истинный облик. Помните, что грозит нарушителю запретов? — сказал Филин-Редкозуб. — Не трогать единорога, не кормить животных, не поить кащея...

— Но я...

— Не жалеть шаггурта, — безжалостно продолжил Редкозуб. — Карается...

Юлька замерла.

— Чем карается? Чем?!

Редкозуб помолчал.

— Знанием, — сказал он наконец. — Знанием, девочка. Теперь ты понимаешь?

Как убить шаггурта?

— Марина, — позвал папа. — Марина!

Папа ходит по комнате, натыкаясь на вещи, и зовет маму. Он больше ничего не видит. У него седая борода, которую никто не расчесывает и седые волосы, которые никто не стрижет. Он болен.

Во рву — черная вода. И там кто-то шевелится. Иногда вверх взметаются черные щупальца. Вместо прозрачной ключевой воды и золотых рыбок. Хрустальный мост превратился в каменный. В корнях охранного дерева живут двухголовые змеи.

На небе исчезают звезды. Потом останутся только темные пятна.

На ветвях деревьев сидят откормленные черные вороны.

— Я буду сражаться, — сказал серый кот. — Я спасу вас, моя принцесса!

— Ты болен, — сказала Юлька, посмотрев на него. — И не можешь драться.

— Я плохо слышу, это правда, — ответил Серый Рыцарь. — И левый глаз ничего не видит. Это тоже правда. Но мои когти и зубы ещё при мне. И моя честь тоже. Поэтому я буду сражаться. Нет ничего выше чести. Даже сливки... нет, даже они... Ради сливок я живу, а ради чести — умру.

— Я не хочу, чтобы ты умер, — сказала Юлька и заплакала. Папа, мама, Виталька, Колька — все они уходили от неё.

— Я знаю, — сказал кот. — Но если не будет чести — не будет и меня, Ваше Высочество. Неужели вы хотите любить пустое место?

— Ты погибнешь, — сказал призрак Витальки. Он возник из ниоткуда — в куртке из желтой кожи, в летном шлеме и в круглых очках. Руки у него были в перчатках до локтя.

Сейчас он был очень похож на своего отца.

— Но ты погибнешь с честью, — продолжал Виталька, подняв голову. — Можно с тобой?

Серый Рыцарь помолчал. Потом встал и поклонился Витальке — как равный равному.

— Сочту за честь, мессир.

— Я с вами, — сказал Редкозуб, похожий на филина. — Я все-таки, ещё чародей.

Давным-давно, в замке, называемом Роза-на-Скале, жили король с королевой, и была у них маленькая дочка.

И было у них все хорошо.