Врата - Вилсон (Уилсон) Фрэнсис Пол - Страница 62

— Чего тут плохого? — спросила Семели. — По-моему, хорошо.

— Хорошо? Что может быть хорошего? Свет всегда шел сквозь песок и воду и даже при этом вон что с нами сделал. Теперь ничего не стоит у него на пути.

— И прекрасно, — усмехнулась она.

— Ничего прекрасного. Страшно.

Опустившись на колени, Джек всматривался в глубину. Не нравятся ему глубокие дыры, по крайней мере с нынешней весны, после нехорошей встречи с одной на Лонг-Айленде. Впрочем, та была бездонной, а эта...

Он нашел камень размером с указательный палец и бросил. Услышал успокоительный плеск, увидел далеко внизу рябь на воде.

Определенно есть дно.

Однако надолго ли?

— Что за свет? — спросил он.

Девушка присела рядом. Он быстро оглянулся, заметив, что остальные побрели прочь. Они остались у дыры вдвоем.

— Ты ничего подобного в жизни не видел, — с благоговением прошептала она. — Я хочу сказать, кто когда-нибудь слышал, чтобы из-под земли шли огни?

Минувшей весной он видел бивший из-под земли свет.

— Какого цвета?

— Как бы розовато-оранжевого. Но как только подумаешь, что угадал, цвет обязательно переходит в другой, изменяется, хоть и самую чуточку. Не поверишь, пока не увидишь.

Джек поверил — уже видел свет, отвечающий описанию.

— Часто он появляется? — спросил он, заранее зная ответ.

— Дважды в год.

— Шутишь? Когда следующее представление?

— Нынче ночью.

— Но... — Джек прикусил язык. По словам Ани, узловые точки открываются в дни равноденствия, а равноденствие наступит будущей ночью. Точно, сам проверял. Если проговориться, Семели поймет, что он знает больше, чем нужно.

— Что «но»? — нахмурилась она.

Что сказать?

— Но это слишком скоро, — пробормотал он. — Не успею привезти аппаратуру...

— Какую аппаратуру?

— Да разве не ясно? Сфотографируем тот самый свет, продадим снимки в газеты, в «Нэшнл джиографик»...[42]

— Стой-стой-стой, — замахала она руками. — Почему ты решил, что будешь фотографировать? Огни никто никогда не сфотографирует.

— Без исключений?

— Абсолютно. Собственно, я тебе даже не дам посмотреть — разболтаешь.

— Не разболтаю.

Джек не испытывал никакого желания смотреть на огни, но и не хотел, чтобы она подумала, будто он спешит уйти. Возможно, для этого лучше всего притвориться, что хочешь остаться.

Семели покачала головой:

— Возможно, но рисковать не стану. По крайней мере, пока. Может, когда познакомимся лучше...

«Когда», не «если», отметил Джек.

— Можно прямо сейчас познакомиться. Поедем в город, выпьем, поговорим серьезно.

— Не сегодня, не завтра и не послезавтра, если на то пошло.

— Почему?

— Огни идут три ночи. Поэтому я должна быть здесь. А после воскресенья... — она придвинулась ближе, он уловил приятный мускусный запах, — все время будет в нашем распоряжении.

Как тебе угодно, сестричка.

Поосторожнее... не дергай черта за хвост и так далее.

Тут он заметил черную раковину, висевшую у нее на шее на шнурке. Таких же размеров и формы, как найденная в отцовской больничной палате. Даже с просверленной в створке дырочкой. Наверняка та самая.

— Откуда у тебя эта раковина?

Семели изумленно вытаращила глаза, схватилась за ракушку. Судя по взгляду, досадует, что он увидел. Значит, еще раз побывала в палате, что ему абсолютно не нравится.

Если не хочешь, чтоб кто-нибудь видел, зачем носить под расстегнутым воротом?

— Что за вопрос?

— Я нашел эту раковину в больнице у койки отца после твоего визита. Когда ты ее забрала?

— Я... ее не забирала. — Семели по-прежнему сжимала раковину в кулаке. — У меня было две.

— А. — Джеку стало немного полегче, если это правда. — Значит, наверно, я нашел другую.

— Где? — Она схватила его за руку. — Где ты в последний раз ее видел?

Он хотел вырвать руку, сказать, что оставил ракушку на тумбочке и, по всей вероятности, ее выкинули уборщицы, но передумал, чувствуя крепкую хватку, видя напряженный взгляд девушки.

— Точно не помню. Надо подумать...

Что такого драгоценного в проклятой ракушке?

Он оглянулся — садовника нигде не было.

— Карл! — Джек стряхнул с себя руку Семели, вскочил на ноги, осматривая берега лагуны. — Эй, Карл! Где ты?

— Забудь о нем, — сказала Семели, тоже поднявшись. — Где раковина?

Он отошел от нее, от дыры и направился к хижинам. Вокруг маленького костра сидели мужчины, выпивали, курили, Карла среди них не оказалось.

Черт возьми, куда он делся?

Джек окликал парня, не получая ответа; спросил сидевших у огня, не добившись внимания.

В душе зашевелилась тревога. Если с Карлом что-нибудь случится, он будет виноват, уговорив его ехать в лагуну.

К костру подошел Люк. Мужчины вопросительно подняли косые глаза, он ответил кивком.

— Где Карл?

Люк не посмотрел на Джека, даже не оглянулся, словно его тут не было.

Беспокойство переросло в ярость. Он выхватил «глок» и выстрелил в костер. Мужчин осыпало пеплом и углями, они завертелись, попадали, Люк пригнулся.

Теперь на него обратили внимание.

— Еще раз повторю, и на сей раз надеюсь услышать ответ. Где Карл?

— Там, где должен быть, — сказал Люк. — С нами.

— Он не хочет быть с вами. Ушел от вас, помнишь?

— Возможно. Теперь передумал и хочет остаться.

Джек почуял движение за спиной, разглядел краем глаза с десяток членов клана, направлявшихся к нему с ружьями и обрезами. Следовало догадаться, что у них есть оружие — в здешних местах без охоты не проживешь.

Впрочем, подмога не сильно обнадежила Люка под нацеленным в грудь «глоком».

— Я от него хочу это услышать.

Люк стрелял глазами по сторонам. Хотел было что-то сказать, но тут прозвучал голос Семели:

— Не бойся, он тебя не убьет.

Она стояла слева в нескольких шагах, улыбаясь Джеку.

— Разумеется, мистер, — облизнулся Люк. — Ведь тогда тебя самого продырявят.

— Ну, ты тоже умрешь.

— Нет, — возразила Семели. — Я знаю, и ты это знаешь.

Она права. Не время убивать. Джек слегка опустил пистолет.

— Возможно, и нет. Но ты даже не представляешь, в какую кашу пуля разнесет колено.

Люк вспотел. Видимо, пуля в колено страшила его больше выстрела в грудь.