Апостол зла - Вилсон (Уилсон) Фрэнсис Пол - Страница 36

Слова женщины сразили Ренни.

Откуда ей, черт возьми, знать? Как она догадалась?

Да, будь он проклят, он его тоже слышал. Он испытал это сводящее с ума переживание пять лет назад, — Господи Иисусе, почти пять лет прошло с того растреклятого дня! — сняв трубку после такого же нескончаемого звонка. Он его слышал. И никогда не забудет. Как можно забыть? Этот голос звучит во сне каждую ночь.

Он по-новому, с уважением разглядывал Лизл Уитмен. Проницательная дамочка. И симпатичная.

Внешность и ум убийственная комбинация. Ренни знает, ему надо быть начеку. Здесь, в Северной Каролине, у него нет официальных полномочий, а он еще выдает себя за сотрудника полиции штата. Это molto[16] незаконно.

— Нет, по правде сказать, нет, — соврал он, зная, что врет не совсем удачно. — Мне столько раз его описывали, что теперь кажется, будто я сам его слышал.

— Она равнодушно кивнула. Можно было с уверенностью сказать, что не поверила.

— Кто стоит за всем этим? — спросила Лизл.

— Очень опасный человек. Мы пытаемся его выследить.

Она взглянула ему прямо в лицо и сказала:

— А это... это был настоящий ребенок?

— Нет, — ответил Ренни, надеясь, что глаза его не выдадут. — Это запись. Это должна быть запись.

— А как же телефонный провод?

— Что с ним такое?

— Вам не сообщили? Он был отсоединен.

Он не помнил, чтобы в докладе телефонной компании упоминалось об этом.

— Я не понимаю.

— Телефон... он не был включен в стенную розетку, когда я отвечала на звонок. Разве это возможно?

«В этом деле, леди, до чертиков всякого невозможного».

— Нет, — сказал он. — Он, должно быть, отсоединился, когда вы закончили разговор.

— Да нет же. Я точно помню, как посмотрела на пол и вижу — провод, свернувшись, лежит на ковре, шагах в двух от аппарата.

По спине Ренни пробежали мурашки. Она наверняка ошибается. Но после того, что он повидал пять лет назад, Может ли быть что-нибудь невозможное?

Надо взять себя в руки. Нельзя так рассуждать. Он всегда следует правилу старика Шерлока Холмса — отбрасывать невозможное. А то, что она говорит, невозможно, черт побери. Если принимать в расчет такие вещи, только воду замутишь.

Ренни покачал головой и сменил тему.

— Если я правильно понял, инцидент произошел не здесь?

И поздравил себя — до чего официально это прозвучало.

— Нет, — подтвердила она. — В доме Рафа Лосмары. Об этом тоже должно быть сказано в донесении.

— Верно, сказано. Только всякий раз, как я звоню мистеру Лосмаре или заезжаю к нему, никого нет дома.

— Это странно... — заметила она.

— Вы давно знаете мистера Лосмару?

— Всего несколько месяцев.

— Всего несколько месяцев. — Ренни почувствовал, что становится теплее. В нем нарастало волнение. — Стало быть, вы не очень хорошо его знаете.

Он заметил, что спина ее напряглась.

— Я его очень хорошо знаю.

— Можете мне его описать? — спросил Ренни.

Он ждал ответа на этот вопрос уже почти две недели.

Она описывала Лосмару в самых ярких красках. Ясно, что между этой парочкой кое-что происходит. Счастливчик Лосмара. Но Ренни видел, что горячий след стынет на глазах. Мужчина, которого она описывает, слишком мал ростом, слишком смугл, слишком изящно сложен и слишком молод — лет на двадцать пять моложе, чем надо бы.

Это не Райан. Никаких сомнений.

Достаточно, чтобы отказаться от этой теории. Но это не значит, что Райана здесь нет. Пускай он не хозяин квартиры, но он был на вечеринке. Нет вопросов. Ренни голову готов прозакладывать.

— Можно мне получить список гостей?

— Неужели вы думаете, что кто-то из нашей компании...

— Нет, конечно. Но это все, от чего мы сейчас можем отталкиваться. Нам это поможет.

Она поднялась, пошла к маленькому столику в углу гостиной, принялась рыться в наваленных на нем бумагах и вдруг резко выхватила листок.

— Вот, нашла! Я всегда знала, что нельзя ничего выбрасывать.

Она протянула ему бумажку.

— Я вас вот о чем попрошу, — сказал он, взглянув на длинный перечень фамилий. — Окажите любезность, просмотрите это и вычеркните всех, кого знаете больше пяти лет, и всех, кто наверняка обитает здесь дольше.

Она взяла карандаш и начала вычеркивать некоторые фамилии.

— Значит, у вас есть подозреваемый?

Ренни прикусил губу. Тут надо быть по-настоящему осторожным.

— Мы не знаем фамилии, но у нас есть старое фото.

Она вернула ему список и снова села на место.

— Так что?..

Ренни вытащил из нагрудного кармана фотографию и выложил перед ней на кофейный столик. Жалко, не успел Оказать компьютерное изображение, которое старит лицо.

— Священник?

Лизл взяла снимок и принялась рассматривать, а Ренни с тревогой следил за ее лицом, пытаясь отметить мельчайшие признаки, которые подсказали бы, узнает она или нет.

— Иезуит. Как я уже сказал, фото старое. Конечно, сейчас он выглядит совсем по-другому.

— И вы говорите, он живет здесь меньше пяти лет? — переспросила она.

— Мы так думаем. Именно тогда он исчез. Посмотрите хорошенько. Он сейчас может носить бороду или усы. — Ему показалось, что она чуть дрогнула. — Напоминает кого-нибудь?

Лизл поспешно потрясла головой.

— Нет. Никого.

Ренни словно током ударило, когда он сообразил, что она, может быть, лжет. Ее выдавало последнее слово, лишнее и чересчур подчеркнутое. А сейчас что в ее глазах? Неуверенность? Он перехватил быстрый взгляд, брошенный на список гостей. Снимок наверняка напомнил ей о ком-то, присутствовавшем в компании.

— Вы уверены?

— Положительно.

Если бы Ренни был дома, он выпотрошил бы ее, может, дошел бы до того, что забрал ее в участок. Но тут он на нелегальном положении. Если до департамента донесется хоть слабый звон о том, чем он здесь занимается, его ждут крупные неприятности. Так что он встал и сунул список и карман. Протянул руку и забрал у нее фото.

— Благодарю вас, мисс Уитмен. Вы очень нам помогли. Может, мы наконец прихватим этого извращенца.

Она пристально смотрела на него.

— Ваш акцент... Вы сейчас говорите, как уроженец Нью-Йорка.

Черт возьми! Пора кончать.