Заход в Паго-Паго - де Вилье Жерар - Страница 38

Он снова вонзил свой прутик, делая это не торопясь, избрав особо чувствительное место. На этот раз крик не перешел сразу в хрип, а длился долго, на высокой ноте, то затихая, то усиливаясь. Индус извивался, словно гусеница, которую режут надвое.

Гуркх склонился над телом и, поворачивая прутик, о чем-то спросил. Малко был на грани рвоты и не услышал ответа. Оставив прутик на месте, Харилал опустился на корточки перед потайным шкафчиком, спрятанным в нише, повернул три колесика и потянул тяжелую стальную дверцу к себе. Она приоткрылась.

Гуркх улыбнулся Малко.

– Все, что лежит здесь, принадлежит вам. Теперь он больше ничего не сможет сказать.

Малко присел перед шкафчиком и вздрогнул от крика Кхальсара. Харилал продолжал свои развлечения с прутиком. Стоны индуса хоть и были продолжительны, становились все слабее и слабее. Затем стихли: от невыносимой боли он потерял сознание.

В шкафчике, кроме кипы фиджийских ливров, лежали еще какие-то бумаги, на которые Малко жадно набросился. Когда он повернулся, то стал свидетелем самого отвратительного зрелища, какое только мог вообразить. Харилал взялся за свой крисс с драгоценной рукояткой, просунул лезвие между зубами Наби Кхальсара и силой приоткрыл ему рот. С ловкостью кобры он протянул левую руку, схватил язык, вытащил его наружу и одним резким движением отрезал его у самого корня. Какую-то долю секунды он задумчиво смотрел на кусок кровоточащего мяса на ладони, потом бросил его на пол.

По лицу Кхальсара заструился поток крови. Это был конец. Давясь своей собственной кровью, он кашлял и плевался на расстояние до двух метров. И этот человек был еще жив!

Харилал протянул Малко окровавленный крисс.

– Вы обещали перерезать ему горло. Пора.

Малко ощутил тепло рукоятки и вспомнил Гупту, ее изуродованное лицо, искалеченное тело. В том состоянии, в каком находился сейчас Наби Кхальсар, прикончить его было бы благодеянием. Харилал пытал его до последнего. Свирепость гуркхов не имеет пределов.

Но к горлу уже подкатывал комок. Он не мог. Он внезапно почувствовал себя чужестранцем, незваным гостем на этой средневековой мистерии. Если он убьет индуса, что-то надломится в нем самом. У него уже было достаточно испытаний, которые под видом закалки разрушают душу. Прежде всего он – его сиятельство князь Малко, почетный рыцарь Мальтийского ордена. Между прочим.

Его золотистые глаза выдержали холодный взгляд предводителя гуркхов.

– Нет, – сказал он.

Харилал Пармешвар смотрел на него несколько секунд с презрением и состраданием.

Он взял крисс и подошел к Наби Кхальсару. Затем вонзил лезвие в горло и придавил всем своим весом. Брызнула кровь из перерезанных артерий, и голова откинулась назад, почти отделенная от шеи.

– Прекрасно, – сказал Харилал.

Немного крови попало на Малко. Он отшатнулся и выбежал, опьянев от ужаса. Харилал позволил ему уйти, не удостоив даже взглядом. Увидев Малко, Крис Джонс и Милтон Брабек побледнели. Малко молча увлек их за собой, не в состоянии вымолвить ни слова. Элири-стрит была безлюдна и тиха. Сува спокойно спала, погруженная в тропическую ночь.

Малко следил за выражением лица Дэна Логэна, пока тот читал записи, найденные в шкафчике Наби Кхальсара. Он уже просмотрел половину записей на английском и после ночи колебаний отдал другую половину на хинди вице-консулу. Если там есть какое-то упоминание о Грэйс, пусть лучше это останется в Суве. Для Дэна Логэна это будет большим ударом, но его карьера не пострадает.

Однако Дэн неодобрительно качал головой после каждой страницы. Он пробежал глазами последнюю и поднял голову.

– Ничего. Можно было об этом догадаться. Это торговые сделки, письма, залоговые расписки, накладные. Я передам их на всякий случай в дешифровальный отдел...

Малко согласился. «Таурус» отплыл после очень удачного коктейля в яхт-клубе. Дэна Логэна от души поздравил капитан, на которого большое впечатление произвели такт и умение держаться распорядительницы торжества Грэйс.

«Фиджи-Таймс» поместила на четвертой странице краткое сообщение о смерти Наби Кхальсара. Полиция почти не вмешивалась, как это было всегда при сведении счетов между индусами. Сообщенного было достаточно, чтобы стряхнуть с тропического острова дремоту. Полиция все же воздержалась от сообщения о том, что индус был изуродован. Лавочку часовщика закрыли и предназначили к продаже.

Ананас с начинкой спокойно лежал в консульском сейфе. Официально его обнаружили в доме индуса, который сообщил об этом перед тем, как умереть. Крис Джонс, кое-что смысливший во взрывных устройствах, разобрал адский механизм: это была очень забавная игрушка, ультрамодерн, изготовлено в Пекине; прекрасное средство для убеждения.

К несчастью, уже никогда не выяснить, почему Наби Кхальсар согласился помочь китайцам. Идея использовать в качестве «бомбоносителей» людей, находящихся вне всякого подозрения, была просто гениальной. Если бы Ким Маклин не говорил слишком много, если бы Томас Роуз не оказался здесь, могла бы произойти катастрофа.

Теперь оставалось прочесать все порты мира, где полковник Кан-Маи мог поднять свой карающий меч. Но это уже другая история.

– Я запрошу самолет с Паго-Паго. Пусть приезжают сюда и ищут эти дерьмовые бомбы, – предложил Дэн Логэн. – Хотите им воспользоваться?

Малко с радостью принял это предложение. Аи-Ко и Джордж уже отправились на своей яхте на Таити и острова французской Полинезии. Он нуждался в отдыхе. После Паго-Паго он поедет на Таити, а затем оттуда, может быть, в Европу или в Лос-Анджелес, или в Новую Каледонию, или на Ближний Восток.

– Тогда я заеду за вами через два часа в отель.

Крис Джонс и Милтон Брабек уехали еще накануне. Они были очень раздосадованы тем, что не смогли по-настоящему развернуться.

Как-нибудь в следующий раз.

...Когда Малко появился на взлетной полосе Сувы, Дэн Логэн уже ожидал там. Как и самолет. Вице-консул извинился перед Малко:

– Грэйс не смогла прийти с вами попрощаться. У нее ужасная мигрень. Она поручила мне передать вам привет.

Так, наверное, будет лучше. Мужчины обменялись долгим рукопожатием. Маленький вице-консул никогда не узнает, чем он обязан Малко. Оставался только Ким Маклин, совершенно один со своими бомбами в джунглях Самоа.

Глава 20

Длинное черное веретено поднималось из зеленых глубин кратера древнего вулкана: «Таурус» возвращался из Сувы. Юркие катера сновали туда-сюда, доставляя экипаж на берег.

Крохотные южнокорейские траулеры продолжали ржаветь и гнить у причала. Над зелеными холмами, окружающими порт Паго-Паго, вился горячий туман.

Малко сидел у бассейна «Интерконтиненталя», меланхолично отхлебывал «Джи энд Би». Русская водка на Паго-Паго была неизвестна. Что касается американской, то в его замке ею моют ванны. Сегодня вечером он отправится на Таити.

Дэвид Уайз прислал телеграфом свои поздравления. Фото Кима Маклина было разослано всем иммиграционным конторам США. Это все, что можно было сделать.

Самоанцы не выдадут его никогда в жизни, а ЦРУ недосуг снаряжать для поимки дикого пацифиста целую экспедицию. Поскольку секрет Кима Маклина был открыт, он не представлял большой опасности. Дэвид Рэдклиф придерживался мнения, что он придет сдаваться добровольно, когда наскучит питаться только сладким бататом.

Малко одним глазом поглядывал на стоящий в углу бара телевизор – гордость Паго-Паго.

Передавали какую-то образовательную программу. Толстый самоанец на экране говорил: «Чи-и-из», и все самоанцы островка повторяли за ним: «Чи-и-из»...

«Интерконтиненталь» был забит моряками и офицерами военно-морского флота, пожиравшими глазами пятерых стюардесс «Панамерикэн» в бикини.

Жара стояла хуже, чем в пекле. Игрушечная красная кабинка канатной дороги, соединявшей «Соло Хилл» рядом с домом губернатора с вершиной Монт-Авола – 1800 футов высоты, – раскалилась на солнце.