Оружие для Хартума - де Вилье Жерар - Страница 40

— Этот... Этот документ — фальшивка. Мне не в чем себя упрекнуть. Это фальшивка, — повторил он, — грубая фальшивка...

— Я был в этом уверен! — сказал Малко. — Но я хотел бы все-таки сообщить содержание этого документа президенту Нимейри, чтобы он знал, как далеко могут зайти ливийцы, стремясь скомпрометировать его лучших офицеров.

Полковник Торит механически протянул руку.

— Дайте его мне. Я передам.

Малко холодно улыбнулся.

— Полковник, вы принимаете меня за идиота. Этот документ — не фальшивка. С тех пор, как я в Хартуме, я стал жертвой нескольких, скажем, неприятных инцидентов. Начиная с попытки убийства и кончая саботажем поставки оружия, которое я должен был передать Хабибу Котто в обмен на американского заложника. Не говоря уже об убийстве иностранных торговцев оружием. Я уверен, что вы имеете самое прямое отношение к этим инцидентам. Ваши действия противоречат суданской политике. Поэтому я задаюсь вопросом: быть может, вы предприняли их по собственной инициативе? В обмен на деньги, которые вы получили от ваших ливийских заказчиков...

— Вы с ума сошли! — слабо запротестовал суданец. — Я не имею никакого отношения ко всему, что вы упомянули. Напротив, я защищал вас...

Он смотрел на Голубой Нил и белую громаду нового отеля «Фриендшип Палас» на другой стороне реки.

Малко спокойно повернул ключ зажигания.

— Хорошо. Я хотел встретить вас перед тем, как нанести визит президенту. Если мне это не удастся, наш посол передаст эти документы ему в собственные руки. Но я не сомневаюсь в вашей доброй воле...

Он тронулся. Полковник Торит сказал сдавленным голосом:

— Подождите! Нельзя, чтобы президент подумал, будто во всем этом есть хоть капля правды. Я предпочел бы, чтобы вы оставили документ у себя.

Он пробормотал затем что-то маловразумительное насчет людской злобы и неоправданных подозрений. Малко медленно ехал в сторону президентского дворца. Он снова остановился и повернулся к полковнику.

— У вас есть очень простое средство добиться того, чтобы этот документ остался неизвестен и был навсегда похоронен в наших архивах.

— Какое? — не смог удержаться от вопроса полковник.

— Скажите мне, где прячут Элен Винг.

Суданец открыл и закрыл рот. Затем с трудом проговорил:

— Но я не знаю, я не уполномочен...

— Полковник, — сказал Малко, — вы установили микрофоны на вилле, занимаемой Хабибом Котто. Вы знаете все, что происходит в Хартуме. Но вы не вмешивались. Потому что цель ваших ливийских друзей — поссорить Соединенные Штаты с Суданом и не допустить, чтобы Хабиб Котто получил оружие для борьбы с ними в Чаде. Вы хорошо сыграли роль изменника. А не руководителя службы внешней безопасности Судана. Если президент Нимейри получит доказательства, что вы работаете на Ливию, вы будете повешены. Мне это безразлично, но я хочу спасти Элен Винг. Или вы поможете мне, или умрете. Подумайте.

— Подождите.

Малко стал смотреть на секундную стрелку своих часов. На сороковой секунде полковник Торит провел языком по пересохшим губам и сказал:

— Она в Хартуме.

— Где?

Полковник колебался. Но он был сломлен. Спасать честь уже было поздно. Он решился и вдруг стал словоохотлив.

— Вы знаете мост Итальянцев? Как раз перед ним стоит на якоре судно «Эль-Марса». Когда-то оно совершало рейсы по Нилу как плавучий ресторан. Теперь оно заброшено. Они держат ее там. С самого начала.

— Кто се охраняет?

— Люди Котто. Но я не знаю, сколько их.

— Вы уверены, что она еще там?

— Она была там вчера вечером.

— Откуда вы знаете?

— Один из моих людей сообщил, что кондиционер на судне работает...

Малко хотелось закричать от радости. Наконец он приблизился к цели.

— Почему он выбрал это судно?

— Туда никто не ходит. Там было двое сторожей-чадцев, преданных Котто. Кроме того, это недалеко от его штаба.

— А он сам, где он находится?

— Он укрылся сегодня утром в нашей военной зоне... И скоро должен отправиться в Эль-Фашер.

— Прекрасно, — сказал Малко. — Вы можете взойти на судно, не вызывая подозрений?

Полковник Торит словно весь съежился.

— Нет, нет, это невозможно! Они догадаются.

Разумеется, если он предаст открыто своих заказчиков, они отомстят. Малко быстро принял иное решение.

— Хорошо, я больше ничего от вас не требую. Мы попробуем сами освободить госпожу Элен Винг. Но вы должны быть заинтересованы, чтобы заложника не перевели в другое место... В противном случае виселица вам обеспечена. Понятно?

— Да, — ослабевшим голосом произнес суданец.

— А почему это судно не видно с берега?

— Вода в Голубом Ниле стоит сейчас очень низко. И судно едва возвышается над набережной. Чтобы его увидеть, надо подойти поближе.

— Полковник, — сказал Малко, — мы сейчас расстанемся. Если вы предпримете что-нибудь, чтобы помешать мне, вы будете повешены...

Полковник Торит ничего не ответил. Он вылез из машины и пошел, сутулясь, по направлению к министерству финансов. Он знал, что с этой минуты для него начинается трудная и опасная жизнь. Всегда нелегко быть предателем. И существование двойного агента всегда зыбко и недолговечно.

Малко развернулся в сторону американского посольства. Оставалось сделать самое сложное: освободить Элен Винг до завтрашнего утра.

Облокотившись о каменную ограду на мосту Итальянцев, Малко рассмотрел «Эль-Марса», стоявшее на якоре. Судно напоминало те, которые ходили когда-то по Миссисипи. Вся верхняя часть была превращена в ресторан. Его длина составляла метров тридцать, а труба едва достигала уровня набережной. К нему вели ступеньки, выложенные в каменном откосе. Дощатые мостки соединяли судно с берегом. На палубе несли вахту двое африканцев. Один — в шезлонге, другой — растянувшись на досках.

Вечерняя темнота наступала в пять часов, поэтому надо было действовать после семи. Принцесса Рага должна быть у себя. Малко вернулся к машине и направился в сторону чадского квартала.

Принцесса тубу выслушала объяснения Малко, не говоря ни слова. Они находились во дворе дома в Ушаше, охраняемого ее сторонниками.

— Почему ты хочешь, чтобы я тебе помогла? — спросила она. — Мы уже попробовали раз и потерпели неудачу.

— Если теперь нам это удастся, — сказал Малко, — я сделаю все, чтобы ты получила оружие. Кроме того, ты лишишь Хабиба Котто возможности мстить. Без тебя почти невозможно осуществить эту операцию.

Рага язвительно рассмеялась.

— Что, такая великая и могущественная страна, как Америка, нуждается в помощи бедной, неграмотной негритянки?

Малко улыбнулся.

— Не прикидывайся. Ты согласна?

— Я согласна, — сказала она. — Чтобы получить голову Хабиба Котто.

Малко остановил свой «Пежо-504» как раз напротив места, где стояло «Эль-Марса», и погасил фары. Он был один. Ему с трудом удалось убедить Эллиота Винга не сопровождать его. Американец был слишком заинтересован и импульсивен. Если операция провалится или его жена погибнет, то ему лучше будет это услышать, чем увидеть.

Малко спрятал свой ультраплоский пистолет под рубашкой, за поясом.

Он вылез из машины и, не торопясь, направился к берегу. Сперва он увидел трубу, потом надстройки и затем палубу «Эль-Марса». Везде было темно, за исключением белого пятна от ацетиленовой лампы возле трапа. Два сторожа были заняты тем, что варили свой дураза, окруженные тучей москитов. Они подняли головы, услышав шаги Малко по каменным ступенькам. Он спокойно спустился, прошел по мостику и оказался на палубе. Один из сторожей поднялся и жестами приказал ему уходить. Малко показал на вывеску ресторана.

— Ресторан? Есть?

Он вел себя как заправский турист.

— Ла, ла.[18] Вон.

Это было единственное слово, которое он понял. Малко, улыбаясь, не уходил. И прислушивался к шумам, доносившимся с Нила. Он услышал вдруг какой-то скрип с другой стороны судна и снова повторил свои вопросы. Размахивая на этот раз банкнотой в десять фунтов и объясняя жестами, что хотел бы осмотреть «Эль-Марса». Жадность оказалась сильнее осторожности. Один из сторожей провел его в бывший зал ресторана. Здесь было душно среди стульев и столов, беспорядочно сваленных по углам.