Оружие для Хартума - де Вилье Жерар - Страница 22

Рев взлетающего самолета заставил их замолчать на несколько минут. У Малко сжалось сердце. Саманта Адлер покидала Хартум. Тишина продолжалась долго — пока лайнер не удалился. Малко прервал молчание.

— Этот инцидент не изменил наших намерений, — сказал он. — Но надо знать, где происходит утечка информации. В противном случае возникнут новые проблемы...

— Это ливийцы... — вставил слово Содира.

— Да, но как они узнали?.. Засада была хорошо организована... Им было известно все.

— Мы займемся расследованием, — пообещал Содира. — Можем ли мы передать председателю, что оружие все же будет предоставлено в оговоренное время?

В голосе его прозвучала угроза, и Малко решил, что лучше пока прибегнуть ко лжи.

— Да, — сказал он. — Ничего не изменилось.

Если не считать того, что у него не было теперь ни оружия, ни человека, который мог бы его доставить...

Содира облегченно вздохнул. В глубине души он не очень-то был опечален смертью Фуада. Для Хабиба Котто важна была только одна вещь: оружие. Его эмиссары хорошо знали, что Малко не был причастен к вчерашнему инциденту.

— Мы встретимся завтра, — заявил Содира, поднимаясь. — Нельзя допустить, чтобы смерть нашего товарища осталась безнаказанной.

Звонок в дверь вывел Малко из раздумья, в которое он погрузился после ухода посланцев Хабиба Котто.

Как только он открыл, на него словно обрушился черный смерч. Это была принцесса Рага — в джинсах, блузке, ощетинившаяся, пылающая ненавистью.

— Негодяй! Я тебя убью!

Она бросилась на Малко, и тот увидел блеснувшее в се руке лезвие.

Ему отнюдь не улыбалась перспектива еще одной корриды. Его рука нырнула в корзину с фруктами, где он спрятал свой ультраплоский пистолет, предвидя бурную беседу с эмиссарами Хабиба Котто. Наведенное на нее дуло сразу же остановило принцессу.

— Успокойся, — сказал Малко. — У меня и так достаточно проблем.

— Негодяй, — повторила она, не выпуская из рук бритвы. — Я знала: ты что-то затеваешь. Мой гри-гри сообщил мне об этом. Именно поэтому я приходила вчера. Я видела твою белокурую шлюху. Знаю, кто это. Она продавала нам оружие в Нджамене. Я поджидала ее в отеле, чтобы отрезать ей грудь, но она не вернулась. Я найду ее...

Час от часу не легче!

— Она уехала из Хартума, — сказал Малко. — То, что произошло вчера вечером, — это твоих рук дело?

Немного успокоившись, Рага сложила бритву и сказала:

— Нет.

— Твой гри-гри не сказал тебе, кто это мог быть?

— Нет еще, — сказала она совершенно серьезно. — Но он мне скажет.

У Малко не было никакого желания смеяться. Он положил пистолет и подошел к своей гостье, лицо которой немного смягчилось.

— Давай объединимся, — сказал он. — Ты поможешь мне освободить заложницу и получишь оружие, которое тебе нужно.

— Ты лжешь, — бросила она, снова нахмурясь. — Все белые лгут. Если Хабиб Котто получит оружие, ты не уйдешь из Судана живым. Я отрежу тебе то, что обещала, мой дорогой друг!

Она стремительно повернулась и пошла к двери. Малко стал на ее пути.

— Ты думаешь, что это ливийцы были вчера?

Рага пожала плечами.

— Ливийцы! У них нет для этого сил. Ты слеп. Есть кое-кто более опасный, чем ливийцы.

— Кто?

Не говоря ни слова, она отодвинула его и вышла, хлопнув дверью. Хорошо начинался этот день!.. Малко почувствовал усталость. Он спал всего два часа. Налив кофе, он снова задумался, ломая себе голову. Единственный способ освободить Элен состоял теперь в том, чтобы доставить самолетом из Египта на запад пустыни оружие для Хабиба Котто, минуя Хартум, ставший поистине змеиным гнездом.

Кто бы то ни был — ливийцы или кто-либо другой, — но они будут действовать. По всей вероятности, кто-то проник в движение Хабиба Котто. Внезапный отъезд Саманты Адлер оставил горечь в его душе. К счастью, графиня Адлер не была влюблена в Ральфа, иначе она убила бы Малко. У него не оставалось теперь здесь никого, кроме буйной принцессы тубу и ее гри-гри. Нельзя сказать, что это был идеальный союзник. И чем ближе был срок ультиматума Хабиба Котто, тем, казалось, быстрее текло время. Он ничем не мог теперь помочь Эллиоту Вингу, шифровавшему свои бесчисленные телеграммы.

В пятницу все словно умерло в Хартуме. Оставался только бассейн, чтобы найти там заслуженный отдых.

Малко с трудом расслышал свое имя, прошепелявленное громкоговорителем бассейна, набитого до отказа. Когда он взял трубку телефона, стоявшего в баре, то сразу же узнал мягкий голос полковника Торита. Суданец довольно любезно извинился, что беспокоит его во время отдыха, а затем проговорил:

— Я нахожусь в холле и хотел бы немного побеседовать с вами.

Сердце Малко забилось сильнее.

— С удовольствием, — сказал он. — Я сейчас приду.

Едва положив трубку, он сразу же позвонил в посольство Эллиоту Вингу.

— Торит хочет меня видеть, — сказал он. — Мне это не нравится. Если я исчезну, вы будете знать, где я нахожусь...

Суданец был не один. Два субъекта в легких куртках сопровождали его на почтительном расстоянии, но не присоединились к ним, когда тот присел в стороне на диване рядом с Малко. Он закурил сигарету и сказал с отсутствующим видом:

— Я хотел повидать вас, чтобы вы мне помогли...

— С удовольствием, — сказал Малко. — О чем идет речь?

— Об одном прискорбном инциденте, который произошел вчера вечером, — сказал суданец. — В квартале Ушаш были убиты три иностранца. Неизвестными. Убит также один чадец.

— Понятно, — сказал Малко, — а каким образом это касается меня?

— Прямо это вас не касается, — любезно подчеркнул полковник Торит. — Однако случайно оказалось, что вы знакомы с теми людьми, которые были убиты... А чадец часто навещал вас здесь, в этом отеле. Его звали Фуад, и он состоял в окружении Хабиба Котто. Что касается иностранцев, то вы встречали их в аэропорту, а затем виделись с ними несколько раз...

Малко помолчал несколько мгновений, стараясь понять, как далеко собирался зайти полковник Торит.

— Я действительно был знаком с этим чадцем, — признал он. — Вы же знаете, почему я нахожусь в Хартуме. Этот человек был эмиссаром Хабиба Котто. Что касается других, то я тоже их знал. Они прибыли в Хартум по делам, и я давал им кое-какие советы.

— Вы не знаете, почему они оказались в Ушаше вчера вечером?

— Не имею ни малейшего представления.

Предвосхищая возможный вопрос, Малко добавил:

— Мой друг, госпожа Адлер, потрясенная, поспешила уехать и попросила меня заняться возвращенном тел погибших. Она, кажется, совершенно не знала причины столь жестокого нападения...

Полковник понимающе кивнул головой.

— Я думаю, эти люди занимались очень опасным делом. Торговлей оружием... Это могло бы объяснить то, что произошло. Вы знаете, что председатель Хабиб Котто продолжает искать этот товар... Кстати: как идут ваши переговоры относительно освобождения госпожи Винг?

— Они продвигаются медленно, — сказал Малко. — Я хотел бы, чтобы эта история закончилась не столь трагично, как в случае с Тедом Брэди.

— Я тоже этого желаю, — горячо отозвался полковник Торит. — И хотел бы вам помочь. К несчастью, по моим данным, эта особа находится далеко на западе, в труднодоступном районе. Если бы мы попытались туда проникнуть, то люди председателя Котто могли бы казнить заложника.

Малко пристально посмотрел в глаза полковника.

— Я удивлен, что суданское правительство не может оказать политического давления на господина Котто, чтобы он отпустил заложника, находящегося на суданской территории.

— Мой дорогой друг, мы сделали все возможное! Председатель Котто очень принципиальный и упрямый человек... Он клянется, что не несет ответственности за это похищение. Что это сделали не подчиненные ему чадцы... Впрочем, он не в Хартуме и с ним очень трудно связаться. Я желаю вам удачи...

Он встал.

— Где находятся тела погибших? — спросил Малко.

— В гражданской больнице, на улице Махатты, возле железной дороги. Я отдам соответствующее распоряжение. Чтобы вы смогли отправить их в Европу.