Круги на воде - Виггз Сьюзен - Страница 77

Стивен сжал зубы. Он раньше и мечтать не смел, что когда-нибудь перевезет Оливера в свой дом в Лунакре. И вот он стоял в комнате, которую для мальчика выбрала Юлиана. Это была светлая маленькая комната на верхнем этаже в боковом крыле дома. Вытянув лапы, положив длинную морду на пол, грелся на солнышке Павло.

Юлиана убедила Стивена, что этот переезд поможет Оливеру не чувствовать себя инвалидом.

Оливер превращался в капризного неуправляемого маленького мальчика.

– Успокойся, сынок, – сказал Стивен хриплым от скрытого нетерпения голосом, – это слишком близко от окна. Ты можешь простудиться во время холодных ночей.

Оливер прикусил нижнюю губу.

– Мне нравится у окна. Я хочу спать у окна. Я ненавижу...

– Какой же ты невозможный маленький капризуля, – Юлиана появилась в комнате, словно легкий весенний ветерок после холодной и мрачной зимы. Этим утром она выглядела восхитительно с искусно причесанными волосами в голубом цветном платье из дамаста. В такие моменты Стивен верил, что она действительно могла быть княжной, как она это заявляла. Но он понял, что это обстоятельство его уже не волнует.

Я люблю тебя. Неужели он произнес эти слова вчера?

Да, это яркое чувство снова вернулось к нему. Если бы здесь не было Оливера, Стивен произнес бы эти слова снова. Он бы схватил Юлиану на руки, кружил бы ее и повторил бы их сотню раз.

Юлиана поцеловала Оливера в светловолосую головку.

– Конечно, тебе не нужно спать рядом с окном, капризуля.

Оливер лизнул ладонь и пригладил ею свой чуб.

– Почему нет?

Юлиана понизила голос до угрожающей ноты и сказала что-то на цыганском или русском языке. Стивен не мог понять, на каком из двух.

Оливер удивленно открыл рот.

– Правда?

– Правда. А теперь возьми Павло и помоги Кристине у садовых ворот. Я только что видела, как она привезла целую тележку твоих игрушек.

– Да, мэм, – Оливер похлопал по бедру и произнес что-то по-русски. Павло вскочил на ноги. Мальчик и собака выбежали из комнаты и быстро спустились по лестнице.

Стивен почесал затылок.

– Что ты ему такое сказала, что он сразу согласился?

Она засмеялась.

– Кое-что, что говорила мне, когда я была маленькой, моя бабушка Люба. Если ребенок спит слишком близко к окну, придет дьявол и вытянет его душу через ноздри.

– О, это, должно быть, помогает.

– Это откровенная ложь. И я понимала это, когда была маленькой, и Оливер тоже это понимает.

– Почему же тогда он уступил тебе?

– Потому что я не приказывала ему и не навязывала свою волю. Я дала ему возможность согласиться, не раня его гордости.

Стивен подошел к окну и открыл задвижку. Оливер и Павло прыгали около садовых ворот. Кристина отдавала распоряжения слугам.

– Мне еще многое нужно узнать о своем сыне.

– Мне тоже еще многое неизвестно, Стивен.

– Он говорит, что ненавидит меня.

– Он обожает тебя. Поверь мне.

– Мы чувствуем себя неловко в обществе друг друга. – Он отвернулся от окна. – Мы далеки друг от друга.

– Необходимо время, терпение и понимание.

Юлиана прислонилась щекой к резному столбу кровати и взглянула на него, в глазах ее был целый мир.

Я люблю тебя. Ее сердце повторяло эти слова и, хотя они не произносились вслух, казалось, они носились в воздухе, и им обоим мерещилось, что они написаны в пространстве, окружающем их.

– Юлиана, то, что я сказал вчера...

– Да?

– Это было неподходящее время. Да, нужные слова, сказанные в неподходящее время. Так получилось... Мне не нужно было этого говорить.

– Почему? – Юлиана спокойно смотрела на Стивена, и казалось, ее совсем не волновал его ответ.

Он сжал руки, чувствуя неловкость от противоречивости своих чувств.

– Я обещал тебе аннулирование нашего брака. Ты все еще хочешь этого?

Юлиана прикусила губу.

– Разве не ты этого хотел?

– Я не знаю, – честно признался Стивен. – У нас не было возможности поговорить из-за всей этой суматохи в связи с переездом Оливера в большой дом.

Она улыбнулась одними губами, но глаза ее оставались серьезными.

– Ты почти целую ночь убеждал слуг, что я не ведьма, с помощью колдовства вернувшая Оливера к жизни, – Юлиана отошла от кровати и сделала шаг в его сторону. – Стивен, что будет, когда все узнают, что твой сын жив?

– Ты спрашиваешь об этом меня? – в голосе его звучала горечь. – Ты должна была подумать об этом до того, как сообщила всем об Оливере.

– Ты должен защитить его, Стивен. Если Оливера призовут ко двору, ты сможешь не подчиниться приказу.

Стивен засмеялся.

– Все не так просто, когда дело касается короля Генриха и Томаса Кромвеля.

– Не думай о короле и Кромвеле. Тебе и Оливеру нужно привыкнуть жить вместе.

Он сощурился.

– У тебя все всегда так просто, Юлиана, – Стивен начал мерить шагами комнату. – Меня принудили жениться на тебе, чтобы сохранить в тайне существование Оливера.

Девушка взволнованно вздохнула.

– Теперь тебя уже ничто не заставляет сохранять наш брак. Если только... – Снизу раздались крики. Они услышали топот ног по лестнице и стук собачьих лап. Казалось, Юлиана обрадовалась, что их разговор прервали. – Мы поговорим об этом попозже. А сейчас подумай о своем сыне. Вы плохо знаете друг друга. – Она задумчиво посмотрела на Стивена. – Думаю, что в этом тебе могли бы помочь цыгане.

– Ради бога, Юлиана, тогда скажи...

– Посмотрите! – Оливер остановился в дверях. Он очертил в воздухе круг рукой и произнес команду. Павло прыгнул в невидимый круг, повалив ребенка на пол. Перешагивая через смеющегося мальчика, в комнату вошли слуги с вещами Оливера.

– Потом, – ответила Юлиана. Глаза ее смеялись.

Стивен не ожидал, что согласится на сумасшедший план Юлианы. Сев на лошадь, он испытал неприятные ощущения в желудке при мысли о торжественном цыганском ритуале, который он собирался совершить. Все это снова напомнило ему о его языческой свадьбе. Хотя мораль и христианские принципы. убеждали его отказаться от ритуала, мистическая церемония неудержимо привлекала.

Когда Стивен выехал за ворота усадьбы, воспоминания нахлынули на него. Казалось, каждый закуток поместья напоминал о ней, о Юлиане.