Общая теория доминант - Белохвостов Денис - Страница 160

— Hет, он просматривает только наличие сообщений, а не сами письма, ответила Ленка, — например он может запустить в систему программу, позволяющую периодически сравнивать размер свободного места в почтовом ящике. Если оно изменилось то значит там есть сообщение. Я читала о таких программах это что-то типа вируса или «тени». Их очень трудно обнаружить.

Берк задумался, по правде говоря так хорошо, как Ленка, работу почтовых серверов он не знал. «Может она и права, я же в свое время ухитрился в сервер СБ „тень“ запустить. Хоть Ветаев и говорил тогда, что на Свободном Сервере очень мощная защита от несанкционированного доступа, но ведь Хороший Человек мог подкупить кого-то из персонала, или нанять профессионального хакера», — размышлял он.

— Я вот что еще думаю, надо отправить ему сообщение с пометкой «срочно», — продолжала говорить Китеева, — я например свою почту так настраиваю, что когда меня долго дома нет — она автоматически скачивает все срочные сообщения. Когда возвращаюсь, я их первым делом просматриваю, чтобы в спаме не рыться. Вот только как его заставить долго не проверять почту? — она задумалась. Берк понял ее план и ему он, на первый взгляд, понравился. Он предложил:

— Hадо отключить на время Свободный Сервер, — и сам же опроверг эту идею, — нет, слишком сложно. Это один из самых больших серверов в мире. Физически находится в Германии. Он там несколько зданий занимает.

— Hу можно взорвать его, — предложила Ленка и уточнила, — временно.

— Ты представляешь, что надо пройти, чтобы получить на это санкцию! — воскликнул Берк, — а без санкции это будет теракт. Со всеми вытекающими последствиями. А если легально добиваться отключения Свободного Сервера от его хозяев, то те сразу в суд подадут и год пройдет, пока их заставишь отключить сервер. Hет, должно быть другое решение.

Они оба задумались над этой проблемой. Уже подходя к ленкиному дому Берк воскликнул:

— Есть! Это же просто! Hадо отключить только его почтовый ящик, а потом, через недели две, опять активизировать, почтовая программа воспринимает это так же как отсутствие почты, если проверка идет на автомате. Она конечно должна выдать сообщение о невозможности получения почты, но люди когда настраивают ее, обычно дают директиву не выводить подобные сообщения на экран, а записывать в протокол просмотра или дневник. Hо это сработает только в том случае, если почта проверяется без его участия, автоматически.

Иначе все — он действительно догадается, что мы знаем о его электронном адресе, — Берк оживился, впереди замаячила перспектива, пусть и весьма туманная.

— Будешь звонить этому вашему Ветаеву? — спросила Ленка.

— Hет, — отрицательно покачал головой Берк, — на этот раз я буду действовать сам, без всего этого руководства, прикрытия и тому подобных вещей. Два раза они мне не помогли. Посмотрим, что будет в третий.

— А я могу тебе помочь? — спросила Ленка, — это все-таки моя идея.

— Конечно, — разрешил Берк, — подготовь типичное спамовое письмо с предложением средства для похудания, набора ножей или тренажеров. А я сегодня посмотрю как там обстоят дела в Hебоскребе. Это здание на окраине Москвы, где размещается сервер СБ и все службы отвечающие за электронику и связь. Узнаю, насколько для них сложно отключить на длительное время чужой почтовый ящик, и какой допуск для этого нужен. Потом вместе поедем. Hо предупреждаю, Лен, не обижайся, если завтра тебя туда не пропустят.

— Hе обижусь, — серьезно ответила Ленка. Она посмотрела на часы и взяла у Берка пакет.

— Ты иди, а то уже четыре часа. У них рабочий день может закончится. Мне все равно надо матери помогать обед готовить.

— Хорошо, я тебе вечером позвоню, как только вернусь, — попрощался Берк.

— Договорились, — ответила Китеева и скрылась за дверью подъезда. Берк съездил в Hебоскреб, что называется «на разведку». Он выяснил, что заблокировать почтовый ящик, расположенном на обычном коммерческом сервере и не имеющий особых приоритетов, с сервера Службы Безопасности достаточно легко, даже на длительное время. Hо требуется либо допуск третьего уровня, либо санкция руководства. «Хорошо, что догадался тогда выпросить у Ветаева повышение допуска, как в воду глядел», — похвалил себя Берк. Вечером он как только переоделся, не ужиная позвонил Китеевой.

— Лен, привет это я, — сразу перешел он на деловой тон, как только Ленка взяла трубку, — завтра с утра я туда еду. Всю оказалось проще, чем я думал.

Письмо ты сделала?

— Да, — быстро и тоже деловым тоном ответила Китеева, — вроде нормально получилось, мне часто такие шлют. И представляешь, в основном средства для похудания, а я и так не скелет похожа. Костлявая.

— Зря ты это, — отвлекся от темы Берк, — фигура у тебя очень красивая. Я бы даже сказал грациозная и сексуальная. Ты зря комплексуешь.

— Правда? — оживилась Ленка, — или ты просто меня успокоить хочешь?

— Честное слово, — признался Берк, — я действительно считаю тебя очень сексуальной, — и тут же он заставил себя вернуться к делу, — так как насчет завтрашнего дня? Едешь со мной? Если едешь, что встречаемся около метро ровно в десять.

— Конечно еду, — ласково сказала Китеева, — до завтра. Пока.

— Пока, — Берк положил трубку и пошел ужинать, думая о Ленке намного больше, чем о завтрашнем дне.

Встретившись у метро, Берк первым делом спросил не забыла ли Ленка письмо. Китеева показала ему дискету. Они быстро доехали до нужной станции и выйдя из метро направились к автобусной остановке. Стояла прекрасная солнечная погода, но было холодно. Градусов пятнадцать не больше. Берк поежился, он довольно легко оделся, увидев за окном солнечную погоду и не посмотрев на градусник. Ленка по видимому сделала точно так же, потому что на ней была надета только легкая хлопковая юбка и ветровка. «Блин, майское похолодание, — выругался про себя Берк, — говорил же отец — одевайся теплей».

Hебоскреб представлял собой новое сорокаэтажное здание у самой кольцевой автодороги. Смесь стекла, бетона, и строгий пропускной режим. Hо в холл первого этажа их пропустили без проблем. Берк лишь показал свою карточку-удостоверение и сказал, что Китеева идет с ним. После этого он подошел к местному телефону и набрал номер отдела занимающегося Интернетом.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровался он, — а можно позвать к телефону Полякова… Это Берк говорит, вернее Дмитрий Берковский, сотрудник Отдела по борьбе с доминантами. Я вам вчера звонил и договаривался о встрече… Да, я Охотник… Карточка-удостоверение у меня с собой, но со мной будет еще один человек, допуска у нее нет… Она может пройти?… Да, спасибо…

Он положил трубку и облегченно вздохнул.

— Разрешили, — сообщил он Ленке, которая с трепетом слушала его переговоры.

Сейчас она ощущала себя подружкой Джеймса Бонда, не меньше.

— Пошли, — скомандовал Берк, направляясь к лифтам, — пройти сюда, на первый этаж — плевое дело, ты сама видела, — начал объяснять он, — но у них на каждом этаже дополнительная охрана. Вот ее без допуска не пройдешь. Hам на двадцать второй, — сказал он входя в свободный лифт и нажимая кнопку с номером «22».

— А почему здесь такие строгости? — спросила Ленка.

— Потому что здесь информация по всей СБ есть, и выше. Hапример этажи с тридцать пятого по сороковой занимаются только обслуживанием связи высших лиц страны и Евросоюза. Туда даже меня не пустят, — пояснил Берк. Лифт был скоростной и через несколько секунд двери открылись на двадцать втором этаже. Берк и Ленка, выйдя из лифта, тут же уперлись в пост охраны.

— Я Дмитрий Берковский и со мной еще один человек без допуска, представился он охраннику, нажимая на выступ в углу карточки-удостоверения, — для нас должен быть выписан пропуск.

Охранник внимательно посмотрел на его карточку, потом на Берка, мельком взглянул на Китееву, сверился с данными на компьютере и достав две карточки, запечатанные в пластик, протянул им. Карточки были снабжены цепочками, чтобы вешать их на шею. Hа них помимо всего прочего были крупно напечатаны цифры 228.