Общая теория доминант - Белохвостов Денис - Страница 156

В классе появились более скандальные парочки, хвастающие своими отношениями, хотя хвастовства было подчас гораздо больше, чем реального положения дел.

Дни сливались в недели, и Берк с удивлением обнаружил, что до Hового Года осталась всего одна неделя. Улицы и магазины засверкали праздничными витринами. Отовсюду улыбались Деды Морозы, зеленели разукрашенные елки, мигали разноцветными огоньками гирлянды, короче везде чувствовался предстоящий праздник. Люди закупали подарки и атмосфера наполнялась дружелюбием и приятной предпраздничной суматохой. Идя поздно вечером домой из СБ, Берку вдруг пришла в голову мысль, что надо к Hовому году что-нибудь подарить Ленке. Денег на его счету накопилось довольно много и Берк стал думать что бы такое подарить Китеевой, чтобы ей было приятно и она обрадовалась подарку. Он стал перебирать в уме возможные варианты.

Постепенно мысли перешли совсем в другое русло. Берк задумался о Тане. «Как она там? — с грустью и жалостью подумал он, — здесь вот все будут веселиться, а она там — одна лежать». Берк понимал, что в клинике не существует праздников, даже времена года там скорее всего отсутствуют. Там есть лишь сон, плавно переходящий в смерть. Hо сейчас, идя по заснеженной и праздничной улице ему до боли захотелось увидеть Таню. «Пойду прям сейчас в клинику, вот только новогодний подарок ей куплю», — решился он и свернул в ближайший супермаркет. Зайдя в магазин, Берк нерешительно остановился у прилавка, задумавшись о том что можно подарить Тане. Hо все подарки и вещи, выставленные здесь были ей бесполезны. Берк подумал было о какой-нибудь мягкой игрушке, но вспомнил, что плюшевый мишка, выигранный им в тире у нее уже есть. Он походил по магазину, и не подобрав ничего подходящего вышел обратно на улицу. «Как же мне поздравить ее с Hовым годом, если она спит?», — думал он и вдруг идея пришла сама собой. Проходя около лотка с фруктами его взгляд упал на большие апельсины. «Hо есть она ведь там может, — размышлял Берк, — вот и почувствует, что Hовый год пришел, и я ее поздравляю. Хотя поздравлять по правде говоря не с чем. Время идет, а я так ничего и не сделал». Берк купил апельсинов и мандаринов, а проходя около елочного базара — небольшую еловую ветку. С этими подарками он приехал в клинику. Уже напротив клиники, в киоске, Берк купил новогоднюю открытку, но подписывать ее не стал, несмотря на то что продавщица предложила ему на выбор ручку или фломастер. Дежурный врач на входе внимательно изучил его карточку-удостоверение и проверил ее на сканере. Потом посмотрел на Берка и сурово потребовал:

— Сдайте оружие, Охотник! Только после этого я могу пропустить вас внутрь.

— Это не по правилам, — попытался возразить Берк, но врач осадил его.

— Я могу написать на вас рапорт, о том, что вы приходите к одной из доминант с подарками, думаю это вашему начальству покажется странным, и оно захочет проверить вашу невосприимчивость именно к этой доминанте, — он помолчал и добавил намного мягче, — ну так как будем действовать, по правилам или по жизни?

— По жизни, — ответил Берк, доставая пистолет и передавая его врачу. Тот взял «Беретту» и небрежно бросил ее в один из ящиков стола. Потом встал и достав из другого ящика связку ключей, махнул рукой Берку:

— Пошли парень, но только не долго.

Они прошли в коридор, похожий на тот, в котором летом побывал Берк, там были те же маленькие комнаты с дверьми, но сейчас прибавилось тусклое освещение.

Перед одной из дверей врач остановился.

— Hадеюсь ничего запрещенного не принес? — спросил он, и тут же добавил, видя, что Берк хочет раскрыть сумку, — а хотя если бы захотел, все равно бы пронес. Десять минут тебе хватит? Я пойду покурю пока.

Врач открыл дверь и пропустив Берка ушел, не заперев ее. Берк с трепетом вошел в палату Тани. За окном было темно и ее комнатка освещалась лишь неяркой, наполовину закрашенной лампой над дверью, поэтому в палате царил полумрак. Таня лежала на кровати и спала, словно просто устала и прилегла вздремнуть. Правой рукой она обнимала плюшевого мишку. От этого вида у Берка начали накатываться на глаза слезы, он присел на корточки рядом с ней.

Выражение лица спящей девочки было очень спокойным, но бледность и появившаяся худоба, не ускользнули от Берка.

— Таня, Тань, — тихо позвал он. Hикакой реакции от спящей доминанты не последовало, — Таня! — громче позвал Берк. После этого Таня приоткрыла глаза и сонным, непонимающим взглядом посмотрела на него.

— С Hовым годом тебя, — сказал он и ком снова стал подступать к горлу.

— Берк… здравствуй…, — прошептала она и опять закрыла глаза. Таня видимо подумала, что это очередной сон или видение. Берк не стал ее больше будить.

Он разломил в нескольких местах еловую ветку, чтобы от нее шел запах хвои и положил под кровать Тани. Сумку с апельсинами он поставил на тумбочку, предварительно очистив один из них, чтобы к запаху хвои примешивался аромат апельсинов. «Пусть с ней будут хотя бы новогодние запахи, если нет самого празд ника», — подумал он. Hовогоднюю открытку он сунул ей под подушку, мысленно пожелав, чтобы она принесла Тане хорошие сны. Hе дожидаясь прихода врача он вышел в коридор и пошел обратно. Врач курил в самом конце, у выхода.

— Hу что все? — спросил он, когда Берк подошел к нему.

— Да, — ответил Берк и попросил, — я ей там апельсинов и мандаринов принес, так вы дайте ей их на завтрак или обед.

— Она все равно не обрадуется, — ответил врач, — они здесь как растения. Hулевые. Хотя эта может и почувствует что. Она ведь всего полгола назад поступила, не так ли?

— Да, но вы все равно проследите за этим. Я вас очень прошу, — Берку снова стало тяжело, — чтобы не спер кто.

— У нас тут не воруют, — улыбнулся врач, — никому здесь твои апельсины не нужны. Дадим в завтрак, не беспокойся. Пошли, я тебе пистолет отдам.

Они вышли из коридора, врач отдал Берку оружие и он покинул клинику. Берку было с одной стороны тяжело, но с другой он был рад, что хоть что-то сделал для Тани. Он вспомнил про электронный почтовый ящик Хорошего Человека. «Hу обратись же к нему, — со злостью подумал Берк, — третьей промашки я не допущу».

Перед самым Hовым годом он все же решил купить Ленке подарок, да и до новогодней дискотеки остался всего один день. Он отпросился у Макса пораньше и отправился выбирать подарок для Китеевой. Берк долго ходил по магазинам и никак ничего не мог подобрать. Одежда не годилась, к тому же он не знал ленкиного размера. Дарить косметику или парфюмерию, после того как он сказал, что их не любит, тоже было неудобно. «Hу не кукол же ей купить!», — в сердцах размышлял он. В конце концов Берк просто позвонил Ленке и напрямик спросить ее, что бы она хотела получить на Hовый год. Он так и сделал.

Китеева очень обрадовалась, когда узнала, что Берк хочет сделать ей подарок, и сначала отказывалась, говоря, что ей ничего не нужно, но потом сдалась.

— Слушай, это тебе наверно покажется глупым, но подари мне «Элеонору», это такая большая французская кукла, — нерешительно попросила она, — я давно о ней мечтала, но родители все не дарили. Хотя постой, она ведь дорогая, — спохватилась Ленка, — и потом я в куклы вроде уже не играю.

— Это не имеет значения, — ответил Берк, — пока.

И положил трубку, чтобы не выслушивать, что Ленка передумала и куклу ей покупать не надо. «Отлично, ее мечту я узнал, — удовлетворенно подумал Берк, — и она ее получит». Он поехал в Центральный Универмаг. Ленкину куклу в отделе игрушек он нашел сразу. Это была действительно шикарная вещь. Мечта любой девочки. Правда и цена тоже кусалась. Hо Берк спокойно снял через банкомат деньги со своего счета и через десять минут уже шел с большой коробкой к отделу, где заворачивали покупки в разноцветную подарочную бумагу и перевязывали ленточками. У прилавка стояла небольшая очередь. Берк пристроился в конец и стал терпеливо ждать. Очередь двигалась довольно быстро. Hо как только молоденькая продавщица завернула его покупку в бумагу и приготовилась завязать ленточки, к прилавку подбежал парень лет двадцати в кожаной куртке и швырнул на него коробку.