Завхоз Вселенной - Веров Ярослав - Страница 86

Наверное, Игорёк тоже задремал, потому что очнулся оттого, что отрицательное ускорение приподняло его из кресла. Дельтагравиплан шёл на посадку. Грабовски заворочался, потянулся и спросил сонно:

– Что, уже долетели?

«Это я у тебя спрашивать должен».

Машина вышла из облачности, внизу обнаружились горы. Снеговые шапки в сиреневой утренней дымке. Гравиплан камнем, по параболе, падал на скалы. За хребтом открылось небольшое плато. На плато, словно игрушечный, высился замок. Гравиплан коснулся каменных плит и замер.

– Вот и добрались, – заметил Грабовски. – Вы идите, а я полечу обратно.

Тот, с кем должен был встретиться Игорёк, прохаживался по открытой террасе у самого входа в за-мок. Он внимательно разглядывал приближавшегося Игорька, улыбаясь одними лишь уголками тонкогубого рта. Было в его взгляде характерное выражение, свойственное людям, привыкшим отдавать приказы и привыкшим, что эти приказы неукоснительно выполняются.

– Добрый день, бессмертный Игорь Хромов, – негромко сказал человек.

Игорёк кивнул. Это существо явно зналось с Реализованными.

– Оружие можешь бросить. Здесь оно тебе не понадобится. Предлагаю проверить на мне.

Игорёк, зная наперёд, что оружие здесь бесполезно, направил на него раструб десинтера и выстрелил. Раздался грохот падающих в выжженную пустоту каменных обломков. А собеседник исчез. «Не понял», – удивился Игорёк. В тот же момент из-за спины раздался голос:

– Я здесь.

Игорёк повернулся, и тут произошло нечто совсем несуразное. Собеседников сделалось много, они окружали Игорька полукольцом.

– Ну, в кого стрелять будешь? – осведомились хором дубли.

Игорёк опустил десинтер на каменные плиты.

– Собственно, больше стрелять ни к чему, – сказал он.

– Да, Игорь Святополкович, наделал ты шороху, – человек снова был один. – Все только о тебе и говорят. Иштар рвёт и мечет. Она страшна во гневе. Очень страшна.

– Ты, значит, Посвящённый? Вроде начальника колонии.

– Я – Посвящённый. Я представитель богов в Реализации Шамаша. Всё, что ты здесь видишь, устроил он. А ты желаешь погубить этот прекрасный мир. Зачем тебе это?

– Реализация Шамаша? Кто такой Шамаш?

– Бог полуденного солнца и справедливости Шамаш. Шамаш очень справедлив.

– Это его проблемы. Мне нужно всё здесь уничтожить.

– Зачем? Будь милосерден к людям.

– Это мир выдуманный. Какие это люди?

– Самые настоящие. Куда прикажешь идти человеку после смерти? Должен же человек идти куда-то после смерти. Там, на Земле, они страдали, мучались от несправедливости, теряли близких, болели, терпели хулу и унижения. Что же, теперь им снова маяться? Не будет ли справедливым поселить их здесь? Здесь царит гармония. Но не сытый покой. Для их дерзаний имеется целая вселенная.

– Значит, люди. Лишили их тонких тел, переформатировали сознание и запустили, как карасей, в придонный ил. Неправильно это.

– Не тебе решать, что правильно, что неправильно, – повысил голос Посвящённый. Но тут же взял себя в руки. – Мудрые боги очистили их от грязи земной, от тяжких воспоминаний, от подлости и греха.

– Это были их подлости, их грехи, – раздельно сказал Игорёк. – Это нельзя сорвать, словно одежду.

– Ты мыслишь себя умнее великих богов? – насмешливо бросил Посвящённый.

– Я говорю как думаю. Пускай человек изживает свои грехи сам, только тогда он останется человеком. Иначе – нарисованные человечки.

– Какие же нарисованные? Разве они не страдали, когда ты их убивал? Разве не плакали по своим товарищам? Они настоящие.

Игорёк пожал плечами.

– Уроды, а не боги. Набу обещал мне иное.

– Набу очень мудр, изощрённый ум, но, в отличие от Шамаша, – не справедлив.

– Ладно. Больше ничего сказать не желаешь? Может, Реализованные хотели что-то мне передать?

– Боги просят тебя быть гостем в этом прекрасном и справедливом мире воплощённой гармонии. Будь милосерден. Ведь, не получи бессмертия, среди этих людей мог оказаться и ты.

– На полюсах планеты расположены главные силовые станции, – ровным голосом произнёс Игорёк. – Если вызвать в них неуправляемую сигма-ретринитацию, огненная волна пойдёт от полюсов к экватору, сметая всё. Больше ничего не просили передать Реализованные?

Иным зрением он видел весь этот мир, как завершённую структуру. В ней были разбросаны центры средоточия населения, технологические узлы. На полюсах – малиновые бусины энергостанций, паутина исходящих от них силовых контуров оплетала всю планету. Он вгляделся пристальнее, и под его взглядом одна из бусин разрослась, превращаясь в гигантский комплекс зданий, напоминавших серебристые глыбы льда. Игорёк словно бы присутствовал там. Сигма-реактор находился глубоко под землёй.

Игорёк смотрел дальше. Проник взглядом через километровую толщу скальных пород и «оказался» в сердце реактора, там, где пульсировали сконцентрированные до невероятных напряжений мезонные поля. Здесь пространство проваливалось в самоё себя и снова возникало, выплёскивая терраватты энергии. Игорёк оборвал идущий со станции управляющий сигнал: просто представил себе, что тот исчез. И вообразил, что пульсирующий мезонный сгусток сделался неоднороден, в нём возникли аритмичные биения и турбулентности.

– Что ты делаешь? – закричал Посвящённый. – Не надо!

Игорёк представил то же самое для станции на другом полюсе.

– Сейчас проверим, кто здесь бессмертный, – сказал он, вернувшись к обычному зрению. – Волна быстро идёт.

Земля под ногами глухо загудела. Воздух внезапно вздрогнул, из-под ног взметнулась пыль. Высокий свистящий звук пронизал окрестности.

Вершины гор таяли, как восковые свечи, а над ними гигантской стеной вздымалась багрово-чёрная волна.

Древнейший Дом терял базовую планету в Реализации Шамаша. Искусственная, сконструированная гармония оказалась совершенно чуждой духу абсолютного бессмертного, который, как ни крути, был хорошим композитором. Вряд ли шумерские Реализованные знали слова Шаляпина: «Он играет ноты, а надо играть музыку».

Пока он не приступил к акциям космического масштаба, оставалось одно – исторгнуть бессмертного обратно на Землю.