Завхоз Вселенной - Веров Ярослав - Страница 84

С неба падала сверкающая капля. Что-то похожее на геликоптер без винтов. Машина бесшумно приземлилась. Игорёк посмотрел сквозь стекло блистера. Вероника Семёновна более всего напоминала греческую статую с ожившими глазами. То есть сидела в кабине с каменной неподвижностью, а вот глаза, ещё припухшие от слёз, смотрели сурово и сосредоточенно. Было ей на вид лет сорок, лицо худое, даже слегка аскетичное, длинноносое, губы в ниточку, брови бесцветные, волосы тоже цвета соломенной пакли. «Переживает», – подумал Игорёк.

Блистер раскололся на четыре лепестка, из кабины выползла и коснулась земли лесенка. Приглашение в полёт, понял Игорёк. Он уже сделал было шаг, но что-то ощутимо толкнуло в грудь. Откуда-то он знал, что в кабину левитоптера вмонтирован телепортатор.

– Вероника Семёновна, ну-ка выйди, – предложил Игорёк. – Выйди, выйди, говорю.

Та лишь отрицательно помотала головой.

– Ну и сиди. Эй, на связи, – сказал он в браслет. – Я предупреждал – никаких телепортаторов.

При слове «телепортатор» Вероника Семёновна вздрогнула. Ну как же, приготовилась уже жертвовать собой во имя человечества.

Игорёк снял с плеча десинтер.

– Скажи, Семёновна, если я сейчас по Митяевой Круче жахну? Или поближе надо подойти?

– Чудовище, – сказала Вероника Семёновна и снова расплакалась.

– Скажи лучше, как ваш ГРУК расшифровывается?

Браслет на руке Игорька отозвался:

– Группа Контроля.

– Значит так, группа. Телепортатор надо раскурочить. Прикажите этой своей смертнице. И пусть не ревёт.

Наверное, Вероника Семёновна получила не слышный Игорьку приказ, потому что не просто ответила, а отчеканила:

– Я этого приказа выполнять не буду.

Игорёк с интересом посмотрел на неё, представив, что она всё-таки человек. Пожалуй, он бы её мог уважать. И даже пожалеть мог: потеряла друзей и всё такое. И вообще, никому не пожелаешь подобных обстоятельств.

– Слушай, Вероника, ты выходи. Я сам всё сделаю, а твоя служба уже закончилась. Ты скажи, за что вы меня так не любите? Я никого не трогал, пока меня не тронули. Щепетильные вы какие-то…

Он вскарабкался по лестнице и, бесцеремонно ухватив Веронику за ворот куртки, вышвырнул из кабины. Всё-таки со своей брезгливостью к этим существам он ничего поделать не мог.

Жалости у него сейчас быть не могло. Хорошо быть гуманистом, и при виде существ, похожих как две капли воды на людей, только, быть может, мягче характером, расплываться в дружелюбной улыбке. Но альтернатива военным действиям была одна, и он её хорошо сознавал: навсегда затеряться в лакунах и иных, более или менее мрачных местах.

А раз на войне, как на войне, то нужно соблюдать крайнюю осторожность. Наверное, подумал Игорёк, вся эта кабина – один сплошной телепорта-тор. Пока будет его курочить – телепортируют. Наверняка у этой Вероники при себе дистанционный пульт имеется, а дублирующее дистанционное управление – в руках ГРУКа. Вот он сейчас шагнёт в кабину, и тю-тю. Нет, его на такой мякине не проведёшь.

Игорёк спрыгнул с лесенки. Вероника Семёновна сидела в траве, потирала ушибленное бедро и хмуро смотрела на Игорька.

«Им-то тоже деваться некуда, – подумал Игорёк. И тут же одёрнул себя: – Но-но, без соплей».

– Может, я для вас и чудовище, – сказал он, – но у меня другого выбора просто нет. Сколько зарядов в десинтере?

Вероника Семёновна промолчала.

– Значит, много, – сказал Игорёк. Он принялся разглядывать оружие. – Всё понятно.

Отчего-то он знал назначение всяких хитрых табло и индикаторов на «стволе» и «казённой части» прибора. Индикатор заряда стоял почти на максимуме: во враждебном космосе зарядка производится на стационарных стендах. Чтобы космодесантник в автономном драйве мог пользоваться оружием долго, очень долго. Сменных обойм у такой чудо-техники быть не могло.

Игорёк осмотрел рукоять. В рукоять вмонтирована пластина с надписью: «капитан Воеводин О.Ю.» Ясно, панель биологической персонификации. То есть в руках Игорька десинтер никак не мог выстрелить. Он должен был заблокироваться, а при попытках взлома – самоуничтожиться. Игорёк не очень-то задумывался сейчас, откуда всё это ему известно. Знание было ясное, чёткое, уверенное.

– Эй, ГРУКовцы, – позвал он в браслет. – Вы ме-ня слышите? Я на этом такси не еду. Можете хитрить сколько угодно, а в наказание я сейчас уничтожу эту вашу хренову Кручу. Вы, конечно, молодцы, население эвакуировали. Небось, и домашних хорьков забрали, и кошечек. Аккуратные вы здесь. Только Земля круглая. Наверное. Ваша Земля. Так от меня бегать и будете? Не слышу ответа!…

Произнеся это, Игорёк навёл десинтер на ближайший домик Митяевой Кручи. Целеуказатель выдал дистанцию в пятьсот с небольшим метров. Игорёк нажал кнопку подтверждения захвата цели, оружие послушно подтвердило команду. Игорёк проделал всё с профессиональным хладнокровием. Он даже знал, что в памяти десинтера намертво впечатаны видеообразы запрещённых к уничтожению целей, таких, как «дом», «человек», «земное животное», но всё равно был уверен, что в его руках оружие выстрелит. В «людей»-то он уже стрелял. Ещё Игорёк знал: всё, что показывает целеуказатель, видят на экранах и операторы ГРУКа, и что у них есть техническая возможность заблокировать оружие. Но и у них заблокировать не получается. Он вдавил спусковой крючок. Дом лопнул, как мыльный пузырь, бесследно, только лёгкая дымка расплывалась в воздухе.

– Прекратите! – Вероника Семёновна подхватилась на ноги и вцепилась в ствол десинтера.

Она казалась сейчас беззащитной и хрупкой. На лице читалась отчаянная решимость. Но что она могла сделать, чем помешать?

– Грабовски! Грабовски! – закричала она. – Бросайте бомбу!

Игорёк прочитал её мысли. Речь шла о термоядерной бомбе, которая уже была подготовлена и только ждала телепортации в пункт назначения. С Игорьком, конечно, ничего бы не случилось, но вот десинтер мог испариться, а он ещё понадобится.

Он оттолкнул Веронику Семёновну.

– Тоже мне, гуманисты. Решили своё Семигорье погубить? И всё потому, что товарищ Грабовски боится личной встречи со мной?

Игорёк крутанулся и выстрелил навскидку, не целясь. Телепортированная ему за спину, вернее за кромку леса, под прикрытие деревьев, бомба не просуществовала и микросекунды. ГРУКовцы снова недооценили его возможности.