Огненное колесо - Вентворт Патриция - Страница 21

– У меня нет носового платка.

Она не обращалась к кому-то конкретно, и никто не обратил на ее слова внимания. Она обошла стол и вышла через служебную дверь.

Позади нее, в комнате, Джейн говорила:

– Вы, наверное, думаете, что это довольно странная вечеринка. Мы все кузены, потомки старого Джереми Тавернера, который был хозяином этой гостиницы. Теперь она принадлежит Джекобу Тавернеру. Вон он стоит у стола. Это он устроил вечеринку. Он внук, а все остальные правнуки Джереми. Многие из нас даже не встречались раньше. Джереми и я, конечно, встречались, но больше никто. Это из-за семейных распрей. Кузен Джекоб дал объявление о поиске потомков своего деда, и вот мы здесь.

Джереми сказал:

– Пестрая компания.

Джейн рассмеялась своим красивым смехом.

– Вам интересно узнать, кто есть кто?

Мисс Сильвер кашлянула и совершенно искренне ответила:

– Мне будет очень интересно.

В это время внизу, на кухне, Эйли убирала стаканы и столовое серебро. Она работала не так быстро, как всегда, потому что время от времени из-под ее длинных ресниц появлялась горько-соленая слезинка и медленно стекала по бледной щеке. Иногда слезинка падала на ложку или стакан, и тогда ей приходилось снова вытирать их. Энни Кастелл была занята кухонной плитой. Все ее движения были медленными и заторможенными. Было просто удивительно, как она со всем справлялась. Они не проронили ни слова до тех пор, пока работа не подошла к концу. Тогда Энни повернулась и сказала своим невыразительным голосом:

– Что толку стоять и плакать? Это еще никогда никому не помогло, насколько я знаю.

Эйли горько произнесла:

– Здесь ничто не поможет…

Энни Кастелл сняла крышку с кастрюли с овсяной кашей, хорошенько помешала кашу и снова накрыла крышкой. Затем она сказала:

– Это Люк?

Эйли ответила быстро и сдавленно:

– Если он дотронется до меня, я умру. – Она судорожно вздохнула. – Или убью его.

Энни Кастелл поцокала языком. Она слышала, как Эйли глубоко вздохнула, но ничего не сказала. В конце концов она спросила:

– А он приставал к тебе?

Эйли опять начала плакать.

– Он поднялся в комнату, где я была. Я застилала постель мисс Херон. И я попросила его уйти, но он не захотел. Я сказала, что пожалуюсь на него, а он стал мне угрожать… – Она попыталась восстановить дыхание, что ей с трудом удалось. – Он сказал, что если я уйду к кому-то другому, то он придет ночью и вырежет ему сердце.

Энни Кастелл убирала с кухонного стола. Когда она убрала с него все, то взяла из ящика старую чистую скатерть и застелила стол. Потом собрала ножи и вилки и аккуратно разложила их, а затем поставила стаканы. Лишь после этого она сообщила:

– Мужчины говорят много ерунды. – А затем после паузы добавила: – Я бы закрывала на ночь свою дверь.

– Неужели вы думаете, что я ее не закрываю?

Энни удовлетворенно кивнула:

– Миссис Бридлинг забыла свой шарф. Забери его из моечной и положи на буфет, чтобы она его увидела, а сама приходи сюда и поужинай. Неизвестно, когда придут Люк и Фогерти. Поужинай и отправляйся спать.

Эйли ничего не ответила. Она пошла в моечную и вернулась с пустыми руками.

– Шарфа там нет.

Энни Кастелл задумчиво нахмурилась:

– Он там, на краю стола. Я уронила его, когда несла сюда.

– Его там нет.

Энни Кастелл сказала:

– Она, наверное, возвращалась за ним. Садись и ужинай.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Мисс Сильвер оглядела комнату, которую капитан Тавернер так любезно ей уступил.

– Очень уютная комната, – сказала она, – и вы так добры. В соседней комнате поселилась миссис Дьюк, а за ней мисс Милдред Тавернер, так вы сказали? А леди Мэриан и ее муж напротив?

Джереми ответил:

– Не совсем. Напротив вас поселили Джейн, а Торп-Эннингтоны дальше за ней. С другой стороны от комнаты Джейн находится ванная.

– Это очень удобно. Вы действительно очень добры. В этих старых домах иногда так трудно ориентироваться. А за лестничной площадкой есть еще комнаты?

Джереми подумал, почему старые дамы всегда так интересуются делами других людей. Он ответил:

– Да. Мистер Тавернер поселился там и Джеффри, и, я полагаю, Кастеллы, а также та девушка, Эйли.

Мисс Сильвер кашлянула.

– А мистер Миллер?

Джереми в это время упаковывал свою дорожную сумку. Джейн сидела на краешке кровати. Она наморщила носик и сказала:

– Слава богу, нет. Он ушел.

Джереми повернулся к ней, держа в руке кисточку для бритья:

– Откуда ты знаешь?

– Мне сказала Эйли. Он был… ну, вы видели, какой он был. И, чтобы его успокоить, несчастный Кастелл позвал Эйли поговорить с ним, но она отказалась. Ей хватило истории с Люком Уайтом, а Эл был последней каплей. Она выбежала из комнаты, а через некоторое время Фогерти сказал, что Эл ушел домой.

Мисс Сильвер склонила голову набок, подобно птице, и повторила последнее слово в вопросительной форме:

– Домой?

– В Ледлингтон. Он работает носильщиком на станции – я говорила вам. У него есть комната где-то на задворках.

Джереми потянулся за своей пижамой и положил ее сверху на свои бритвенные принадлежности.

– Сомневаюсь, что он туда доберется: настолько пьян, что неспособен удержаться на ногах, и, скорее всего, окажется в канаве. Кстати, я видел, как он уходил. Если он не протрезвеет, то не пройдет и километра. Он продолжал петь «Эйлин аланна».

Джейн сказала:

– Эйли нельзя оставаться здесь, это неправильно. Ей нужно выйти замуж за Джона Хиггинса и уйти отсюда. – Она повернулась к мисс Сильвер. – Это еще один из наших кузенов, но он ни за что не захотел прийти сюда. Возможно, он не готов подставить другую щеку Люку Уайту. Он работает старшим плотником у сэра Джона Лейберна. А в свободное время кто-то вроде местного проповедника. Они с Эйли любят друг друга, и он был бы для нее очень хорошим мужем. Джереми поднял свой чемодан.

– Я выбрал комнату, которая находится на площадке посередине лестницы. – Он взял Джейн за запястье и потянул за собой. – Будь добра, пойдем со мной, ты поможешь мне разложить вещи. Спокойной ночи, мисс Сильвер.

Они спустились по лестнице на несколько ступенек к той комнате, где разговаривали перед обедом. Постель была приготовлена на промятой старомодной кушетке. Выглядела она довольно удобной.

Джереми закрыл дверь и с хмурым видом сказал:

– Почему ты так расстилалась?

– Перед кем?

– Перед мисс Сильвер.

– Вовсе нет!

Он сердито произнес:

– Конечно, расстилалась! И я хочу знать почему.

Джейн смягчилась. До этого она весьма заносчиво смотрела поверх его головы. Теперь позволила себе на мгновение встретиться с ним глазами, затем смущенно сказала:

– Джереми…

– Ну?

– Есть кое-что, но я не знаю, должна ли я тебе об этом сказать…

Джереми кинул дорожную сумку на кушетку. Обернувшись к Джейн, он сказал:

– Ну-ка рассказывай, в чем дело.

– Ну, может, в этом нет ничего особенного…

– Хорошо, если ничего особенного нет, то тебе лучше пойти спать.

– Я расскажу тебе. Только… ну, ты знаешь, я встретила мисс Сильвер у миссис Морей, и мое впечатление о ней было такое же, как у любого другого: типичная гувернантка времен короля Эдуарда, которую нужно поместить за стекло в Британском музее или в подобном месте. Но мы с ней очень быстро подружились.

– Дорогая, к чему ты ведешь? Или, может, мне спокойно лечь спать и ждать, когда ты дойдешь до нужного момента?

– Я уже подошла к нему. Так она выглядела, и так я о ней думала. Но оказалось, что она просто создает такое впечатление. И весьма убедительно. Я хочу сказать, что когда-то она была гувернанткой или чем-то вроде этого, поэтому это самая удобная защитная маскировка – как у насекомых, притворяющихся палочками…

– Джейн, ты бредишь!

– Нет, дорогой, я только осторожно подвожу тебя.

– Подводишь к чему?