Часы бьют двенадцать - Вентворт Патриция - Страница 13

Глава 6

Филлида проснулась в темноте от стука в дверь и машинально пробормотала:

— Войдите!

Дверь открылась и закрылась, на потолке вспыхнул свет, и Филлида увидела Эллиота, одетого наспех. При виде его мрачного и напряженного лица все ее недавно обретенное счастье сразу же испарилось, А в сердце закралось ощущение катастрофы. Даже появление мужа не казалось странным. Филлида вскочила с кровати, ее волосы разметались по плечам.

— Что случилось, Эллиот?

— Боюсь, у меня плохие новости.

Филлида схватила его за руку, чтобы унять дрожь.

— С мистером Парадайном произошел несчастный случай.

— Несчастный случай?

Она крепче вцепилась ему в руку, но им обоим это казалось вполне естественным.

— Боюсь, что он мертв, — сказал Эллиот.

По щекам Филлиды потекли слезы.

— Лучше сядь. Фил, — посоветовал Эллиот. — Ты должна взять себя в руки. То, что мы скажем и сделаем, будет иметь большое значение для всех нас. Нам нужно сохранять спокойствие и ясную голову. — Он подвел ее к кровати, и они сели рядом. — Слушай внимательно. Мистер Парадайн свалился с террасы. Его нашел Лейн. Ты знаешь, как Джеймс перед сном выходил подышать воздухом и посмотреть на реку. Должно быть, у него закружилась голова, и он упал через парапет. Его кровать нерасправлена, А дверь кабинета открыта. Лейн вышел с фонарем и нашел Джеймса. Потом он пришел ко мне, а я разбудил Алберта и велел ему позвонить всем, кому нужно об этом сообщить — Моффату, Фрэнку Эмброузу, Марку и Дики, доктору Хортону и полиции.

— Полиции? — Филлида все еще держала его за руку.

— Когда происходит несчастный случай, следует уведомить полицию, — бесстрастным тоном объяснил Эллиот.

Филлида вздрогнула, отпустила его руку и повернулась к нему.

— Что ты имел в виду, говоря о том, какое большое значение будет иметь то, что мы скажем и сделаем?

Вместо ответа Эллиот поднялся, подобрал светло-голубой пеньюар, лежащий на обитом ситцем кресле, и набросил его ей на плечи.

— Думаю, тебе придется сообщить мисс Парадайн. А потом нам нужно решить, что мы скажем полиции.

Филлида встала и завязала пояс.

— О чем ты? — удивленно спросила она.

— О том, что произошло за обедом вчера вечером. Несколько человек слышали его слова. Либо они будут держать язык за зубами, либо полиция станет задавать нам вопросы.

— Ну и что ты намерен делать?

— Не знаю. — Взгляд его был суровым, даже враждебным. — Прежде всего, действительно ли это был несчастный случай?

— Что?!

— То, что ты слышала. Ни ты, ни я этого не знаем. Если да, то для кого-то этот случай оказался весьма счастливым. Кто-то из членов семьи сильно подвел мистера Парадайна. У старика были свои идеи насчет наказания — он не хотел выносить сор из избы, но виновный не отделался бы легко. А мистер Парадайн знал виновного. В этом вся суть. Он намеревался сидеть у себя в кабинете до полуночи, ожидая что кто-то придет туда и признается со всеми вытекающими для него последствиями. Очевидно, так и было, но никаких последствий не будет, потому что с Джеймсом Парадайном произошел несчастный случай.

В лице Филлиды не было ни кровинки.

— Откуда ты знаешь… что кто-то пришел и признался?

— Знаю, — кратко ответил Эллиот.

— Откуда?

— Потому что кое-что было взято и возвращено назад.

— Что именно?

Он покачал головой.

— Этого я не могу тебе рассказать. Просто я знаю, что кто-то приходил в кабинет вчера вечером.

Филлида посмотрела ему в глаза.

— Я приходила туда.

Рука Эллиота опустилась ей на плечо почти с силой удара.

— Ты понимаешь, что говоришь?

Она кивнула.

— Конечно понимаю. Я приходила в кабинет, потому что хотела поговорить с дядей Джеймсом.

— После того что он сказал за обедом, у тебя хватило ума пойти в кабинет? Да ты просто безмозглая дура!

Как ни странно, Филлиду ободряло то, что Эллиот ругает ее. Вежливые знакомые не называют тебя дурой.

— Я совсем об этом не думала. Просто мне нужно было с ним поговорить.

Эллиот сердито уставился на нее. Мужчина не в состоянии понять, как непоследователен бывает женский ум.

— И о чем же ты хотела с ним поговорить?

— О нас.

Эллиот отпустил Филлиду, подошел к туалетному с голику и, стоя к ней спиной, стал перебирать лежащие на нем предметы — маникюрные ножницы, пудреницу, пузырек с кремом, карандаш.

— Зачем тебе это понадобилось?

На губах Филлиды мелькнула улыбка, которая тут же исчезла. Ее глаза были влажными. Эллиот видел бы все это, если бы смотрел в зеркало. Но его взгляд был устремлен на безделушки, которые почему-то сердили его еще сильнее.

— Я просто подумала, что должна это сделать.

Он повернулся лицом к ней.

— Кто-нибудь видел, как ты входила в кабинет или выходила оттуда?

— Едва ли.

— Когда это было?

— Не знаю — после десяти. Думаю, я пробыла там минут двадцать, хотя я не следила за временем — тогда.

— Что значит «тогда»?

На лице Филлиды появился испуг. Она подошла ближе.

— Это было позже. Я уже легла, мне приснился ужасный сон, и я проснулась от того, что как будто услышала крик. О Эллиот, неужели ты думаешь…

— В какое время это было? — прервал он.

— Сразу после полуночи — прошло около полминуты. Я включила свет и посмотрела на часы. Это… случилось именно тогда?

— Похоже на то. Теперь слушай. Ты должна помалкивать обо всем этом. Говори, что пошла к себе в комнату до десяти, легла и проспала всю ночь. Ты ничего не слышала и ничего не знаешь. Ясно?

— Но, Эллиот…

Он взял ее за плечи и встряхнул.

— Ты будешь делать то, что я сказал! Я не хочу, чтобы ты, оказалась в это замешанной, понятно?

Что-то внутри Филлиды начало петь. Эллиот не сердился бы так, если бы она была ему безразлична. Его подбородок торчал вперед на целую милю, и он даже поцарапал ей плечо. В этот момент дверь открылась и вошла Грейс Парадайн.

Она уже заплела волосы в узел, но на ней были фиолетовый халат и отороченные мехом комнатные туфли. Представившееся ей зрелище без труда можно было понять превратно — Филлида, опустившая очи долу, и Эллиот, только что убравший руки с ее плеч. Это могло быть концом объятия — А может, и началом.

— Что это значит? — сверкнув глазами, спросила Грейс.

Эллиот пожалел, что чувство приличия удерживает его от достойного ответа, вертевшегося у него на языке. Нельзя же сводить счеты с женщиной, которой предстоит услышать, что ее брат пал жертвой несчастного случая.

— Филлида вам все объяснит, мисс Парадайн, — сказал он и вышел из комнаты.

Грейс подошла к Филлиде и обняла ее.

— Не волнуйся, дорогая! Мне и в голову не могло прийти… Как он осмелился войти сюда? Это возмутительно! Но ты не должна расстраиваться. Я позабочусь, чтобы это не повторилось.

— Меня расстроил не Эллиот, тетя Грейс, — отозвалась Филлида, не поднимая взгляд.

Грейс Парадайн сразу напряглась.

— Что ты имеешь в виду?

Филлида с усилием взяла себя в руки. Если она все равно должна это сделать, то лучше поскорее.

— Случилось несчастье, тетя Грейс. Эллиот приходил сообщить мне. Это… это дядя Джеймс…

— Что?! — испуганно вскрикнула Грейс Парадайн.

— Он мертв, тетя Грейс! — сказала Филлида.

Семья собралась в гостиной мисс Парадайн — уютной комнате с ярко-голубыми портьерами и обивкой мебели, прекрасным старинным бюро орехового дерева, несколькими стульями периода королевы Анны[10] и полудюжиной недурных акварелей на кремового цвета стенах. Но в первую очередь обращали на себя внимание многочисленные фотографии Филлиды во всех возрастах — от младенческого до нынешнего Однако имелось весьма многозначительное исключение — ни на одном снимке не присутствовала Филлида в свадебном платье. Тем не менее это могло удивить лишь постороннего. Семья давно к этому привыкла, А в комнате наличествовали только члены семьи — Грейс Парадайн, Фрэнк и Бренда Эмброуз, Марк и Ричард Парадайны и Филлида.