Бальзам Авиценны - Веденеев Василий Владимирович - Страница 68

— Я знаю, где Черный камень, — бросил Али-Реза. — Помнишь плато и ущелье по дороге в пещеру? Если спуститься с плато в ущелье и пройти его, будет перевал, за ним другое ущелье, и в нем стоит похожий на верблюда черный камень.

— О чем вы? — насторожился старик. — Разве можно доверять такому прохвосту?

— Но он действительно помог нам, — напомнил Кутергин. — Если мы сумеем бежать, то потом сможем помочь обрести свободу и вам, уважаемый Мансур-Халим,

Слепой шейх не ответил. Он уронил голову на грудь, и из его незрячих глаз медленно скатились слезинки, потерявшиеся в седой бороде…

Выбравшись из шатра пленников, Нафтулла отполз на несколько шагов в сторону и, как ни в чем не бывало, поднялся. Отряхнув ладони, он совершенно открыто направился к палатке Мирта. Стража беспрепятственно пропустила его. Войдя, торговец сел у порога и застыл как изваяние; по опыту он знал: надо терпеливо ждать, пока хозяин сам соизволит обратить на тебя внимание, иначе можно вызвать его гнев. А что такое гнев человека, для которого единственный закон — его собственные желания и капризы? Нет, уж лучше терпеть.

Желтый человек полулежал на ковре и курил трубку. Вокруг тускло сиявшей масляной лампы слоями плавал сизый табачный дым, пропитанный незнакомыми Нафтулле сладкими ароматами. Купец осторожно втянул ноздрями воздух, но тут же сжался под тяжелым взглядом Мирта.

— Ты пришел получить обещанное? — Тонкие губы главаря разбойников растянулись в ехидной улыбке.

Гость заискивающе поглядел на него и кивнул. Желтый человек лениво протянул руку, открыл стоявший рядом хурджин и, вынув из него кожаный мешочек, бросил к ногам Нафтуллы. Глухо звякнуло золото, и торговец как коршун схватил добычу.

— Смотри. — Мирт прищурился. — Если ты попадешься фидаи Имама…

— Откуда им узнать? — Торговец вскинул голову. — Я подожду, пока страсти улягутся, а потом подсуну им виноватого. А сейчас у меня нет желания увидеться с ними.

— Зато у них есть. Сеид рыщет по округе, а я вижу по твоим глазам, ты опять что-то задумал. Или не так?

Желтый человек поманил купца, и тот послушно приблизился, но не решился ступить на ковер, а сел около него.

— Сначала я хочу спросить, — вкрадчиво начал Нафтулла, — зачем тебе урус-тюра? Подари его мне: он принесет пользу и деньги.

— Деньги? — Мирт выпустил клуб ароматного табачного дыма. — Деньги, говоришь? Да, он принесет деньги: я продам его инглизам. Наверняка им интересно узнать, что делал в пустыне урус.

Он беззвучно оскалился как волк, показав крепкие белые зубы, но тут же спрятал улыбку в клочковатой бороде и вновь стал серьезным. Посасывая трубку Мирт задумчиво сказал:

— Он храбрый и умелый воин, его мужество достойно уважения, но он враг! Рано или поздно урусы придут в степь и пустыню. Чем меньше будет таких начальников у их солдат, тем лучше. Ты понял?

Купец согласно кивнул: он понял, он все прекрасно понял, но не желал выпускать из рук выгоду и легко расставаться с уже сложившимся в голове новым хитроумным планом. Кто поможет бедному Нафтулле стать богатым, кроме самого Нафтуллы? Никто! Поэтому он начал уговаривать Мирта:

— Инглизы заплатят намного больше, если ты продашь им не только урус-тюру, но и непокорных индусов.

Желтый человек заинтересованно взглянул на него, и этот быстрый взгляд многое сказал торговцу. Воодушевившись, он продолжил:

— Али-Реза знает, где их гнезда! Я своими ушами слышал, как они звали уруса отправиться с ними в Индию! А ведь там недавно было большое восстание, и не все враги инглизов расстреляны из пушек или повешены.[7]

Мирт задумчиво поскреб в бороде — юлит хитрец Нафтулла, недоговаривает, но все равно в его словах есть резон. Жаль выпустить из рук то, что уже зажал в кулаке, и жаль, если промахнешься, не получив еше большего. На что решиться?

— Ты хочешь выпросить двоих? — уточнил он. выигрывая время.

— Верно! Отдай мне молодого шейха и уруса. Клянусь, я опять приведу их в твои руки!

Главарь разбойников скептически хмыкнул: цена клятв торговца хорошо известна. Однако мысль о том, чтобы через Али-Резу добраться до мест, где скрывались уцелевшие бунтовщики, уже крепко засела в голове и не давала покоя.

— Твои клятвы только слова, а я предпочитаю дело!

— Но ведь я уже дважды отдавал их тебе, — напомнил осмелевший Нафтулла. — Так будет и в третий раз. Не забудь: старик останется у тебя, как и бумаги уруса. Поэтому Али-Реза и урус-тюра сами полетят тебе навстречу.

— А ты начнешь подталкивать их в спины? — усмехнулся Мирт. — Ладно! Но если через две луны ты не вернешь мне пленников, я найду тебя даже под землей и сдеру шкуру с живого!

Купец невольно вздрогнул: Мирт никогда не бросался пустыми угрозами. Но кто знает, что может случиться за две луны? Вдруг кто-то, еще более сильный, сдерет шкуру с самого главаря вольных всадников? О том, что и с ним тоже может случиться нечто, Нафтулла не задумывался: еще ни разу удача не отвернулась от него!

— Когда я приведу их через две луны, ты дашь мне три кошелька с золотом, — деловито поставил он еще одно условие.

— Два. — Для большей убедительности Мирт показал два пальца. — Две луны, два кошелька, две головы пленников. Но ты получишь золото, только если принесешь сведения о мятежных индусах.

— Принесу, — легко пообещал Нафтулла. — Да хранит тебя Аллах!

— Амен! Иди, я прикажу не проверять путы пленников и не привязывать их к лошадям. А там как им повезет.

Торговец встал, низко поклонился и пятясь вышел из шатра. Можно считать, дело уже сделано. Желтый человек жесток, недоверчив, но он еще никогда не нарушал данного им слова. Значит, урус и молодой шейх прибегут к Черному камню. Очень хорошо. Пусть погуляют пару месяцев, а потом принесут Нафтулле еще два кошелька золота. Если беглецы дадут ему больше, то можно еще что-нибудь придумать и обмануть Мирта.

Размышляя таким образом, торговец дошел до своих лошадей, вскочил в седло и поехал к перевалу, отмахнувшись от предложения одного из караульных переночевать в лагере: Нафтулла не опасался заблудиться, а до встречи у Черного камня нужно успеть многое сделать.