Любой ценой - Вебер Дэвид Марк - Страница 219

— Но если мы не можем предать случившееся гласности, то что мы можем сделать? — почти жалобно спросил Несбит.

— И, — прищуриваясь спросил Вальтер Сандерсон, министр внутренних дел, — почему нам говорят об этом сейчас? Кое-кто из нас — вроде Тони и меня — были очень близки с Арнольдом. Вы не можете быть уверены в том, что никто из нас не был вовлечён в это дело. Также вы не можете быть уверены в том, что мы не выйдем отсюда и тут же не сольём всё, что вы нам рассказали, репортёрам.

— Вы правы, — кивнула Причарт, — Действительно, любой из вас может проявить замечательный образчик конституционной ответственности и предать это гласности, о чём бы я вас ни просила. В этом деле пока ещё нет никакого официального расследования, однако я вполне уверена, что мои решения, вплоть до настоящего времени представляющие попытку воспрепятствовать правосудию, могут быть оспорены в суде.

— Итак, почему нам сказали? — надавил Сандерсон.

— Потому что перед нами удобный момент для переговоров об окончании войны, — сказала всем Причарт.

— Какой именно момент, госпожа президент? — поинтересовался Стэн Грегори, министр по делам городского развития, а ещё несколько человек выпрямились с почти обнадёженным видом.

— Согласно информации Вильгельма и Разведки Флота, — сказала Причарт, кивая в сторону Траяна, — у манти серьёзные проблемы в Скоплении Талботта. Вы понимаете, что мы не располагаем ничем хотя бы отдалённо похожим на полную информацию, однако из того, что нам известно, похоже, что они столкнулись как минимум с вероятностью боестолкновения с Лигой.

Кто-то громко втянул воздух и Причарт чуть улыбнулась.

Солнечная Лига была общегалактической восьмикилотонной гориллой. Несмотря на то, что она сильно подозревала, что Флот Лиги не имеет ни малейшего понятия, за какое вибролезвие схватится, когда и если он столкнётся с Королевским Флотом Мантикоры, возможность Звёздного Королевства выстоять против такой гигантской массы в долгосрочной перспективе была, мягко говоря, сомнительной. С солли не хотел связываться никто.

— Это предоставляет нам две различные возможности, — продолжила Причарт. — С одной стороны, если они и в самом деле вступят в войну с Солнечной Лигой, то наши проблемы, говоря с военной точки зрения, решены. Они должны будут пойти на любые условия мира, какие только нам будет угодно предложить, если хотят иметь хоть какую-то надежду на сопротивление Лиге.

С другой стороны, если мы сейчас предложим переговоры и дадим манти понять, что знаем, под каким давлением они находятся в Скоплении, тогда они будут знать, что мы не пытаемся использовать сложившееся положение в своих интересах… но могли бы, если бы захотели.

Так что мой замысел состоит в том, чтобы предложить встречу на высшем уровне между мной и Елизаветой на некой взаимоприемлемой нейтральной территории.

— Госпожа президент, я не думаю…

— Подождите, вы предлагаете…

— Но они будут чувствовать себя так, как если бы мы приставили им пульсер к виску и…

— Я думаю, это может получиться, если…

Причарт снова ударила по столу, ещё сильнее прежнего, и галдёж смолк.

— Я не утверждаю, что из этого получится нечто вроде серебряного дротика для пульсера, — произнесла она. — И, да, Вальтер, я знаю, что они будут знать, что мы «приставили им пульсер к виску». Я не утверждаю, что они будут очень счастливы от этой идеи, однако если я смогу сесть за стол переговоров с Елизаветой Винтон, то получу шанс убедить её согласиться на условия, приемлемые и для Звёздного Королевства и для нашей публики.

— Извините, госпожа президент, но что из этого является реальностью, а что сладкими грёзами? — почти кротко спросил Несбит.

— Лесли? — Причарт взглянула на госсекретаря.

— Очень трудно сказать, госпожа президент, — мгновением спустя сказала Монтро. — Я полагаю, вы рассчитываете сначала подписать мирный договор, а затем, после того как мир получит возможность укрепиться, предать наши подозрения огласке и провести открытое расследование?

— Да, по большей части это я и имею в виду.

— Ну, это действительно могло бы сработать. — Монтро нахмурившись смотрела на панораму Нового Парижа, постукивая кончиками пальцев по столу.

— С одной стороны, вы правы насчет давления, под которым находятся манти, предполагая, что события в Скоплении так серьёзны, как вам кажется. Им это не будет по душе, но они вынуждены быть реалистами, а по здравом размышлении переговоры для них менее опасны, чем стрельба, особенно если они стоят перед вероятностью войны на два фронта.

Вдобавок, — добавила она с растущим энтузиазмом, — ваша встреча один на один будет настолько драматическим событием, что даже если вы вернётесь домой с условиями, которые не будут настолько же хороши, как и те, которые могло обеспечить наше сегодняшнее военное превосходство, то публика вероятнее всего их примет. Это, кстати, также означает, что вы сможете пойти в удовлетворении условий манти даже дальше того, что уже предложили.

— Именно так я и думаю, — кивнула Причарт. — Я также полагаю, что если мы действительно предадим случившееся огласке после мирного урегулирования, то получим возможность, которая позволит нам пойти дальше и предложить манти значительные репарации.

Она было продолжила, но затем остановилась. Сейчас было не самое подходящее время признать, что она серьёзно рассматривала по меньшей мере частичное раскрытие их теперешних подозрений мантикорской королеве в случае если переговоры пойдут хорошо. Кое-кто из сидящих за столом казались возмущёнными уже тем, что она предложила, но Причарт решительно качнула головой.

— Нет, — сказала она. — Сначала задумайтесь. Во-первых, это будет справедливо. Во-вторых, если мы хотим сколько-нибудь долговременного мира с манти и если оказывается, что кто-то с нашей стороны нёс ответственность за подделку дипломатической переписки, то мы должны сделать существенный жест в их пользу, тем более, что это мы возобновили войну. И, наконец, если мы обнаружим то, что мы все, как я полагаю, ожидаем найти, то это нанесёт нам огромный дипломатический ущерб. Признавая нашу ответственность и предлагая компенсацию, мы можем наилучшим из возможных образов свести ущерб к минимуму и реабилитироваться в глазах межзвёздной дипломатии.