Любой ценой - Вебер Дэвид Марк - Страница 181

— Запуск ракет! — объявила Андреа Ярувальская. — Вижу многочисленные пуски ракет. Дистанция три-ноль-точка-четыре-пять миллионов километров. Время до выхода на рубеж атаки семь минут!

— Принято. Ответный огонь не открывать.

— Есть не открывать ответного огня, мэм, — ответила Ярувальская.

— Ваша милость, я проложил курс, — сказал Кгари.

— Сообщите его Андреа.

— Ложитесь на курс два-девять-три, ноль-ноль-пять, ускорение шесть-точка-ноль-один километров в секунду за секунду, — сообщил Кгари.

— Два-девять-три, ноль-ноль-пять, ускорение шесть-точка-ноль-один километров в секунду за секунду, — повторила Ярувальская и оперативное соединение сменило курс, в то время как вслед ему мчался первый ракетный залп.

Каждый из шести СД(п) Хавьера Жискара был в состоянии одновременно сбрасывать шесть подвесок, одну группу каждые двенадцать секунд. Одна подвеска несла десять ракет, каждая чуть крупнее МДР первого поколения Королевского Флота Мантикоры. Дистанция была чрезвычайно велика для точной стрельбы, особенно для хевенитских систем управления огнём, поэтому Жискар решил давать максимально плотные залпы, чтобы перегрузить ПРО противника и достичь большей вероятности попадания.

Корабли Жискара сбросили по три группы — в общей сложности сто восемь — подвесок, запрограммированных для поэшелонного запуска. Затем, точно по графику, все они сработали и выпустили почти тысячу сто многодвигательных ракет, ринувшихся к Оперативному Соединению 82.

В момент запуска дистанция составляла 30 450 000 километров. С учётом взаимного движения кораблей, реальная дальность полёта составляла 36 757 440 километров. На этой дистанции и при ускорении 416,75 километров в секунду за секунду, МДР относительно звезды развили скорость 175 034 километров в секунду, что относительно Оперативного Соединения 82 составляло 152 925 километров в секунду или пятьдесят три процента скорости света.

Спустя тридцать шесть секунд из подвесок вырвался второй, аналогичный залп.

И, через тридцать шесть секунд после него, третий.

В течение шести с половиной минут одиннадцать залпов — чуть меньше двенадцати тысяч ракет — понеслись вслед Оперативному Соединению 82.

В традиционном бою преследующие республиканские супердредноуты были бы способны выпустить лишь несколько ракет из носовых погонных пусковых установок. В эпоху носителей подвесок это ограничение давно исчезло, однако оставалось верным, что ракеты, приближающиеся прямо по носу или корме, наталкивались на наиболее слабое противодействие. В оконечностях боевого корабля попросту не было места для установки такого количества лазерных кластеров ПРО и пусковых установок противоракет, как по бортам. Смонтированные там кластеры были наиболее мощными из всех установленных, но их количество было ограничено. Число каналов наведения противоракет тоже было ограничено, а то, что сам клин с этих ракурсов не обеспечивал никакой защиты, делало ситуацию ещё хуже.

И, несомненно чтобы только сделать ситуацию с точки зрения Оперативного Соединения 82 еще веселее, хевенитские МДР несли более крупные и мощные боеголовки в качестве компенсации за их меньшую точность и худшие средства обеспечения прорыва.

— Почему они не стреляют в ответ? — тихо спросил Гоцци.

— Не знаю, — ответил Жискар. — Может быть не желают, чтобы клинья ударных ракет мешали управлению огнём. Кроме того, если они не захотят сменить курс таким образом, чтобы показать нам борта, то у них не будет возможности задействовать достаточно каналов наведения для управления залпом, плотность которого позволит преодолеть нашу ПРО.

Гоцци кивнул, а Жискар вернулся к наблюдению за экраном. Его предположение было по крайней мере внешне логично, но сам он в глубине души в него не верил.

Первый залп МДР Бандита Четыре мчался вперёд, преодолевая огромное пространство между выпустившими его кораблями и своей целью. За четыре минуты полёта семьдесят ракет из-за сбоев в управлении потеряли цели и ушли в никуда. Тысяча десять продолжали атаку.

— Похоже, вражеский огонь нацелен на «Императора» и «Нетерпимого», — напряжённо сообщила Ярувальская.

— Ничего удивительного, — проворчала Мерседес Брайэм.

— Но, может быть, это не самый разумный выбор целей, — негромко ответила Хонор. Брайэм посмотрела на неё и Хонор пожала плечами. — Я признаю, что если они сумеют выбить альфа-узел на одном из супердредноутов, то это окупит всё, но супердредноуты защищены мощнее всего, а, учитывая геометрию, у них будет много времени, чтобы бросаться в нас ракетами. Если бы я там командовала, то начала бы с линейных крейсеров, а может быть даже и с тяжёлых.

— Уничтожить в первую очередь самые слабые корабли и ослабить нашу ПРО?

— Именно. Каждый из них вносит небольшой вклад в нашу общую обороноспособность, но их было бы намного легче уничтожить или вывести из строя. — Хонор снова пожала плечами. — Можно спорить что лучше — надеяться на попадание «золотой пули» в СД(п) или сначала уничтожить более слабые корабли эскорта. Лично я поступила бы по-другому.

Она стояла, внимательно вглядываясь в тактический дисплей, положив левую руку на тактическую консоль, а правой медленно и нежно поглаживая голову Нимица. Лицо Хонор было спокойным и задумчивым.

— Начало запуска противоракет через… пятнадцать секунд, — объявила Ярувальская.

При пуске с места дальность полёта в активном режиме противоракет Марк-31 составляла 3 585 556 километров, а время работы двигателя семьдесят пять секунд. С учётом взаиморасположения сражающихся, эффективная дистанция запуска превышала 12,5 миллионов километров и противоракеты начали стартовать за девяносто секунд до времени выхода хевенитских МДР на рубеж атаки. Пусковая установка противоракет модификации 2-XR могла выпускать одну ракету каждые восемь секунд, то есть имелось время для одиннадцати выстрелов из каждой пусковой.

В прежние времена — всего лишь четыре стандартных года назад — это не имело бы большого значения, прежде всего потому, что клинья противоракет ослепили бы последующие залпы. Даже теперь это было бы верно для хевенитских кораблей, хотя с доработками, сделанными Шэннон Форейкер, любой корабль в строю хевенитов теперь мог «управлять» противоракетами любого другого корабля до тех пор, пока оба корабля готовы были осуществить передачу управления до залпа. Это означало, что строй хевенитских кораблей, держащих между собой ту же дистанцию, что Оперативное Соединение 82, мог наводить в три раза большее число противоракет, чем раньше.