Легкая добыча - Белл Джозефина - Страница 32

– Переписку мы возобновили гораздо позднее, – пояснила она. – Уже после суда. Помню, что защитник мисс Траб меня даже спрашивал, не знаю ли я, где ее найти. Тогда я еще не знала, та не писала до конца войны. Вы видно слышали, что она вышла замуж в Канаде. Но с той поры пишет мне регулярно. Хочет на следующий год ко мне приехать, когда я выйду на пенсию.

– Так вы можете мне дать ее адрес?

– Разумеется.

Митчел пояснил, для чего ему нужен адрес, и добавил, что его удивляет, почему защита не вызвала ее как свидетельницу во время процесса.

– Потому, что я лично никогда не имела отношения к этому делу. Во всем виновата эта путаница с фамилиями. Патронажная сестра получает карту с фамилией – в данном случае «Клементс» и идет навестить мать. Меня туда не направляли. А был ли ребенок под опекой няньки?

Проверили другие документы. Нигде больше фамилия «Клементс» не фигурировала. И Траб тоже. Митчел понял, почему патронажная сестра не появилась в суде. Мисс Траб действительно как нарочно сделала все, что могла, чтобы понести кару.

Информация из Канады пришла очень быстро и была абсолютно однозначной. Акушерка помнила тот случай, поскольку он казался ей довольно таинственным. Обе девушки видимо были из хорошей и порядочной семьи. Большое впечатление произвела на нее самоотверженность старшей сестры. Незамужнюю мать звали Френсис Клементс, но и она, и ее сестра Элен приняли странную фамилию Траб.

Глава 15

Известия из Канады вызвали у Рея и Мевис скорее удивленный испуг, чем удовлетворение. Оглядываясь на события последних двух месяцев, они отдавали себе отчет в том, что сумели сделать. Гораздо легче и привычнее было бы вычеркнуть мисс Траб из своей жизни, признать ошибкой тот риск, которому они подверглись, и избегать подобного впредь. Вместо того они стали на ее сторону с энтузиазмом, которого никто от них не ожидал. Углубились в обстоятельное исследование ее прошлого, пробили стену, которой она себя оградила, выкапывали из под земли все, что было погребено в забвении с момента ее ареста. Они все это сделали – и только потому, что были любознательны и заинтересованы, и потому, что упорно отстаивали мнение, которое создалось у них о квартирантке.

– Что теперь будет? – спросила Мевис.

– Прежде всего вновь вызови мать. Сейчас кто-то охвачен паникой, полиция наступает ему на пятки, так что не будем рисковать.

– Но ведь теперь все будет идти без нас.

– Я не уверен. И этот некто тоже не может знать наверняка.

И миссис Форд вернулась на Сэндфилдс Авеню, двадцать шесть, к радости Мевис. Джой начала ползать, и нужно было непрерывно за ней следить, чтобы чего не натворила.

Миссис Форд выслушала рассказ о последних событиях с удивительным спокойствием.

– Странно, что полиция проинформировала вас о результатах расследования, – заметила она.

– Они и не думали этого делать. Просто тот тип из Скотланд-Ярда, Митчел, сообщил мистеру Уоррингтон-Риву, что отыскал акушерку, мы, разумеется, ей тут же дали телеграмму и получили тот ответ, на который рассчитывали – что миссис Мидоус была матерью того ребенка.

Миссис Форд на миг задумалась.

– Могу понять, – наконец сказала она, – что Френсис обманула сестру и всучила ей ребенка, поскольку собиралась выйти за мистера Мидоуса. Но она должна было задумать это задолго до того.

– Ее считали легкомысленной, – ответила Мевис. – А легкомыслие не сочетается с хладнокровно разработанным, полным множества обманов планом. Возьмем, к примеру, метрику. Это требовало немалого куража. И это тоже нужно было задумать задолго до рождения ребенка.

– Задолго, если кто-то знал, что не будет акушерки, способной разоблачить обман, – дополнил Рэй. – Кураж – не то слово. Это было просто безумием.

– Она должна была быть здорово уверенной в Элен, – грустно заметила Мевис. – Бедная мисс Траб.

– Она ее избаловала, – заявила миссис Форд. – Френсис из тех, кто увидев палец хватают сразу за руку.

Мевис согласно кивнула.

– Ей кто-нибудь сказал?

– Кому? Миссис Мидоус?

– Да нет! Мисс Траб.

Рэй отрицательно покачал головой.

– Не думаю. Зачем?

– Ей могло бы полегчать.

– Не понимаю, каким образом.

– Ведь тайна наконец вышла на свет, какой бы это не принесло результат.

– А какое это имеет значение теперь, когда мистера Кука нет в живых? – спросила миссис Форд. – Ведь шантажистом был он? И, может быть, отцом ребенка.

На миг это остудило их пыл, но Мевис продолжала утверждать, что нужно ехать в клинику, несмотря на сомнения, которые испытывал по этому поводу Рэй.

– Даже если это не поможет, – заявила она на следующее утро матери, – во всяком случае не повредит.

Медсестра сообщила Мевис, что у мисс Траб был приступ и несколько дней она лежала, но теперь чувствует себя уже лучше. Поскольку, по мнению Мевис, мисс Траб отнюдь не была больна, она спросила, что за приступ. Медсестра как-то странно на нее посмотрела.

– Ее душевного заболевания, конечно.

Утверждение было настолько неопределенным, что Мевис решила больше ни о чем не спрашивать.

– Могу я ее видеть?

– Разумеется.

Через несколько минут в комнату вошла мисс Траб под опекой другой медсестры, которая тут же вышла, закрыв за собой двери.

Мевис подумала, что мисс Траб ничуть не изменилась – разве только глаза... Раньше, на Сэндфилдс Авеню, она всегда смотрела прямо в глаза. А сейчас ее взгляд на миг замер на лице Мевис, потом скользнул в сторону, вернулся снова, так что наконец мисс Траб подошла к окну и осталась там, спиной к комнате, молчаливая и неподвижная.

– Мисс Траб, – заговорила Мевис, встревоженная ее поведением. – Я... я надеюсь, что не помешала вас своим визитом...

– Разумеется нет, – ответила та бесцветным голосом.

– Мы о вас беспокоимся...

– Я прекрасно себя чувствую.

– Мне сказали, что... что у вас был приступ. Значит, вы болели.

– Простуда с небольшой лихорадкой. Теперь уже лучше.

Мевис начала сомневаться, правильно ли она поступила, приходя сюда. Нужно ли пересказывать столь нервирующие новости мисс Траб в ее нынешнем состоянии?

Пока она так сидела, расстроенная, не зная, что делать дальше, мисс Траб села рядом. Любезно улыбнулась, глядя на Мевис с прежней симпатией и пониманием.

– Вы ведь пришли не для того, чтобы справиться о моем здоровье. Или не только поэтому. Что вы собирались мне сказать?

Мевис не колебалась.

– Мы знаем, что ребенок был не ваш. Вы говорили правду. Это был ребенок вашей сестры. Мы нашли в Канаде акушерку.

Лицо мисс Траб побледнело и застыло. Она прикрыла глаза. В тишине слышалось лишь ее тяжелое дыхание.

– Я должна была вам это сказать! – крикнула Мевис, вскакивая с кресла и обнимая согбенные плечи собеседницы. – Вы должны знать, что ее нашли.

– Кто нашел? – шепнула мисс Траб.

– Полиция. Они сказали мистеру Риву, тот дал телеграмму, получил ответ и сообщил нам.

– Они... – мисс Траб едва могла говорить. – Френсис! Что с Френсис?

Такая сторона нового оборота дела не пришла в голову ни Рею, ни Мевис.

– Не знаю, – протянула она. – Разве что ее теперь допросят, шантажировал ли Лесли Кук ее по этому поводу. Они сами в этом полностью уверены. Ведь это правда?

– Да.

– Вы знаете, что его нет в живых? Что его убили?

– Да, – повторила мисс Траб.

– Здесь была полиция?

– Нет. Во всяком случае не у меня.

Некоторое время они сидели молча, глядя друг на друга. Потом мисс Траб взяла в ладони руку Мевис и заговорила:

– Я обещала матери, что всегда буду опекать Френсис. И когда она в феврале мне сказала, что в конце июля или августе ждет ребенка, я не знала, как мне сдержать свой обет. Отец наш был суров и старомоден. Он бы от нее отрекся. Лесли отказался на ней жениться.

– Почему она не избавилась от ребенка?

Мисс Траб была шокирована.

– Ужасная мысль! Знаю, часто так делают, но я боялась, что она может умереть или будет искалечена на всю жизнь. Ведь в то время ни один порядочный врач ей бы не помог, не так ли?