Ливонская хроника - Вартберг Герман - Страница 16

(78) Волкенберге может быть ныне Валиногродек на Вили, или описка вместо Вилькенберга, т. е. Вилькомира? Сеймен ныне Сеймы.

(79) Зелландский замок это Зельбург на Двине.

(80) Одриске – вероятно, нынешняя Дрисса при впадении Дриссы в Двину ниже Полоцка.

(81) Наименованныя здесь литовския местности в области рек Свентой и Вилии уже отчасти упомянуты выше. Тевтонский орден делал нападения из Ливонии, между тем как прусские рыцари с войсками часто опустошали литовския земли на восток и запад от этих земель. Балнике есть Больники на восток от Вилкомира; 3ессолен – Шешоле на юго-восток от Вилкомира, Свенте Ацоре значить Святое озеро, Стагелискен это Столклиски на запад от Вильны; Санилискин тепер. Сумилишки, Тракен – Троки; Стребе ныне Страва.

(82) с сыном князя смоленскаго Святослава Иоанновича I-го 1386 г.

Перечисленные местности суть Крейцбург, Лаздон, Берзон, Эрлма па Огере, Пефольт, 3ельцау (или Зесвеген?), Бильтоп на Огере. Герцеке лежал против Зельсбурга. Витенбеке – это Витебск.

(83) Ликстен, вероятно, теперешняя Ликсна ниже Динабурга на правой стороне Двины.

(84) Струтерами назывались в средневековых источниках Пруссии легковооруженные люди, которые всегда в небольшом количестве шли впереди войска для воинских разведок.

(85) Которое нибудь из этих чисел, 10 000 или 5 000, неверно.

(86) В рукописи не сказано «своих людей».

(87) Велов – ныне Велау; Нервекете ныне Норкитен.

(88) Белзе – ныне Бельц в Галиции; Луцик ныне Луцк на Волыни.

(89) «Майен», эстонское слово, значит хижина.

(90) Видукелен и Кразиен – ныне Видукле и Кроце; Ладемар, вероятно, Лодомерия, Владимир.

(91) Нарманте, павший в битве при Стребе в 1348 г., был брат Ольгерда и Кейстута.

(92) В переводе здесь, где в рукописи стоит «брат», поставлено «сын» и наоборот. Нужно предполагать, что переписчик перемещал слова filius и frater. Кориат Михаил тот же что и Коддере; в Торнской летописи под 1382 годом он встречается под именем Кодара – был брат Ольгерда, а Люберт Луцкий сын последняго. Само собой правдоподобнее, что летописец назвал дядю прежде племянника.

(93) Балгскаго командора звали Дитрихом Эльнерским. Белиц – теперешняя Белица.

(94) Мосты, вероятно, над водой по берегам до крепкаго льда посредине реки.

(95) Под названными местностями узнаем: Упиту в верховьях Несвяжи, Руды, Локяны, Вилкомир, Боллелы на север оттуда, Мокюны (?).

I

С падением Юрьева (Дерпта) в 1224 году (см. Генриха Латышскаго XXVIII, 5; в Приб. Сборн. том I, стр. 265) завершилось покорение земель латышей и эстонцев в Прибалтийском крае. Завоеватели и папа очень хорошо, однако, понимали., что их господство в крае может упрочиться лишь с подлым устранением влияния полочан, псковичей и новгородцев на ливонских туземцев, а это влияние несомненно существовало с древнейших времен (см. иапр. Генриха Латышскаго I, 3; в Приб. Сборн., т. I, стр. 74). Устранение же влияния могло совершиться лишь дальнейшими завоеваниями, но уже чисто русских земель.

Явныя попытки на такия завоевания начали обнаруживаться лет через 15 после Крещения Юрьева. Первыми выступили шведы, еще при епископе Альберте, пытавшиеся утвердиться в Ливонии, но не успевшие в том (см. Генриха Латышскаго XXIV, 3; в Приб. Сборн., стр. 235).

В Швеции борьба между готским и шведским владетельными домами кончилась к 1222 году, за два года до взятия Юрьева и появления татар в России. Борьба кончилась усилением власти вельмож, между которыми первое место занял род Фолькунгов, владевший наследственно достоинством ярла. Представитель этого рода, Бюргер, побуждаемый папою, решился предпринять крестовый поход на новгородския земли с прямою целью подчинить их католичеству. В 1240 году шведское войско явилось в устье Ижоры. Когда новгородский князь Александр Ярославович узнал о намерении Бюргера итти на Ладогу, то, не ожидая ни помощи от своего отца, ни общаго сбора всех сил новгородской волости, с небольшою дружиною напал на шведов 15 июля 1240 г. и нанес им решительное поражение на берегах Невы, за что и получил прозвание Невскаго. В сказании о подвигах князя Александра, шведы не иначе называются как римлянами. Шведы начали войну во имя католичества, потому то невская победа для Новгорода и остальной Руси имела религиозное значение.

Шведы были отбиты, но не так легко было совладать с ливонскими немцами, стремившимися к дальнейшим завоеваниям также во имя католичества. После падения Юрьева, они нападали на псковския земли, а в 1233 году, в сообществ с русскими князьями, изгнанными из Новгорода (Борись Негочевич и др.), и князем Ярославом, сыном Владимира псковскаго, захватили Изборск, но псковичи отняли назад их город. В том же году ливонские немцы напали на новгородския земли, тогда новгородский князь Ярослав в 1234 году, соединившись с псковичами и переяславскими полками, сам вторгся в Ливонию, став под Дерптом, разбил ливонцев и заключил с ними мир «на всей своей правде», – о чем уже и было сказано во вступлении к этому тому, на стр. VII.

Мир по правде продолжался не более шести лет. Одновременно с Бюргером, поднялись и ливонцы. В сентябре 1240 года, следовательно уже после разбития шведов, они вместе с князем Ярославом Владимировичем, взяли снова Изборск. Псковичи бросились на выручку, но были разбиты, потеряли своего воеводу Гаврилу Гориславича (по немецким источинкам Гервольта), бежали, а немцы, по следам их, подступили к Пскову, пожгли посады, окрестныя деревни и целую неделю стояли под городом. Псковичи должны были исполнять все их требования, дали детей своих в заложники, пустили к себе орденских братьев для управления Псковом. С орденскими братьями стал править Псковом какой-то Твердило Иванович, псковский изменник, подведший, как утверждает, летописец, немцев на Псков.

Овладением Пскова орденские братья не удовольствовались: они напали на вотскую пятину (ватландских русских по Вартбергу), наложили дань на жителей и заложили крепость в Копорьи погосте (Капорию по Вартбергу), стали грабить и опустошать новгородские земли, и появились верстах в 30 от Новгорода, избивая купцов. Новгородцы вынуждены были обратиться к Ярославу, чтобы он им снова прислал своего сына Александра (Невскаго), который, после победы над Бюргером, в тот же год выехал из Новгорода, разсорившись с жителями этого города.

Князь Александр Ярославич приехал в Новгород в 1241 году и тотчас же пошел на ливонцев к Копорью, взял крепость, привел немецкий гарнизон ея в Новгород и перевешал изменников вожан и чудь, которые вместе с немцами воевали против русских.

По взятии Копорья, Александр Невский в следующем 1242 году, когда пришло на помощь русское войско с Низовой земли, подступил к Пскову и взял его, при чем погибло 70 рыцарей со множеством простых ратников. Вслед за тем Александр пошел в ливонския земли и 5-го апреля 1242 года на солнечном восходе дал сражение ливонцам на Псковском озере, на самом на льду. Сражение это в русских летописях называется ледовым побоищем. Немцы были разбиты на голову; они потеряли 500 человек убитыми, 50 взятыми в плен, а чуди (вернее простых ратников) погибло безчисленное множество. Александр с торжеством возвратился в Псков; пленных рыцарей вели пешком подле коней их, а псковичи, игумны и священники со крестами вышли на встречу князю.