Тайны НЛО - Варакин Александр - Страница 103

Итак, версия первая. Нам все кажется, что вот еще немного — и мы ухватим инопланетянина за «хвост»: а ну, давай контактировать. Как там у вас пшеничку-то сеют? А?.. По какой такой технологии? Сколько урожаев в год снимаете?

Чепуха на постном масле! Они питаются, к примеру, один раз в тысячелетие. Съел сардельку из титана, сверенную при давлении десять в минус четырнадцатой степени паскалей — и сыт до Второго Пришествия. Он гвозди переваривает, а мы ему — про пшеничку. Чем делиться-то? Как лучше и еще более надежно уничтожить наш родной голубой шарик?..

Версия вторая. Они настолько прониклись к нам, еще с палеовремен, что почти уже решились на Контакт. Им кажется, что мы вот-вот и дозреем… И тогда они откроют нам… Господи, а что нам надо-то, чтобы они открыли? Технологию (опять же!) трансгалактических перелетов? Как проковырять дырку в пространстве и за секунду оказаться на Дзете Волопаса? Зачем?!

Циолковский не был «кремлевским мечтателем», но мечтателем он был изрядным. Однако и он говорил о переселении человечества в иные миры тогда и лишь тогда, когда это назреет. Говоря на нынешнем жаргоне, борщ прежде должен «нагноиться», а уж после этого он будет борщ. И для чего нам Тэта Льва?.. Рассказать им, как мы здорово сумели расшифровать их звездную карту? За 13 тысяч лет они так далеко ушли от самих себя, что нас всевселенно засмеют! Кстати, еще вопрос: куда ушли — вперед? назад? А может, и вовсе — на боковую?

Заполняющий Вселенную эфир имеет строгий вектор. Направление движения эфирного «ветра» (эфир непрерывно движется) всегда постоянно. Это уже вычислено, подтверждено косвенными данными. А история вопроса (вернее, второй волны его) уходит корнями в физику 30-х — 40-х годов. Тогда, хватившись, немцы, американцы, СССР стали срочно засекречивать вполне доступные исследования, касающиеся радиоактивности. Начинался бой за атом. Еще никто не знал, что секретность породит, в конце концов, монстра, пожравшего Хиросиму и Нагасаки…

Теоретически все было предсказано, и лучшие умы Европы и Америки бились над оружием самоуничтожения человечества. А попутно (что уж греха-то таить: не собирались мы использовать атом в мирных целях!) открыли возможность спокойной, мирной технологии превращения энергии атома в электрическую. Да и нужда заставляла: процессы выделения и обогащения необходимых в атомном оружии элементов требовали мирного реактора. Заодно астрофизика получила наглядное представление о процессах, происходящих внутри звезд, главная задача которых, как считалось, не только удерживать близ себя планеты, но и испускать «свет».

В 1950-е годы уже окончательно определилось понимание звездного процесса: звезда — это термоядерный реактор, где идет постоянный процесс термоядерного распада с выделением энергии. За счет этой энергии «питаются» планеты, она порождает на них те явления, которые им свойственны, — от «геологических» (забрано в кавычки, поскольку «гео» — всего-навсего Земля) до микропроцессов типа фотосинтеза (на клеточном уровне) и внутриатомных, еще более мизерных. Взаимные влияния космических тел признавались в основном на гравитационной основе (от Кеплера и Ньютона ученые, таким образом, ушли не так уж далеко). Стройность и незыблемость астрофизической теории были поразительными.

А продержалась эта незыблемость всего-то пятнадцатьдвадцать лет. Почему?

В 1970-е годы об этом было заявлено во всеуслышание: мы не знаем, почему светит Солнце! Ни больше и ни меньше. То есть оно светит, это видно невооруженным глазом, но светить оно вроде как бы и не должно.

Еще по школе помнится, что температура в недрах Солнца достигает бешеных величин — 6 миллионов градусов!.. Оказалось, значительно меньше.

Что такое? Отчего так?

Когда выяснили эту температуру, тогда и задумались. Стали вычислять. Оказалось: если бы Солнце было природным термоядерным реактором, то давно бы выгорело, и мы с вами исчезли бы с лика Вселенной. Но мы живем и даже наслаждаемся солнечным теплом (колоссальная энергия поддерживает не только Землю, но и все планеты). Солнце беспрерывно светит миллиарды лет. Опираясь на тогдашнюю теорию, следовало развести руками: этого быть просто не могло!

Но оно же светит…

Пока академический мир пребывал в нокдауне, скромный завлаб Пулковской обсерватории, отсидевший в лагерях за что-то антисоветски-крамольное, но через три месяца после выхода на «волю» защитивший докторскую диссертацию под названием «Источники звездной энергии и теория внутреннего строения звезд», знал, почему светит Солнце, еще с 1947 года (минимум). Фамилия этого ученого — Козырев. А звали Николаем Александровичем.

А заявлял Николай Александрович Козырев следующее: самая экономичная система — это звезда. Почему? Да потому, что на производство излучаемой энергии не расходует собственного вещества практически ни грамма.

Ученый ответил и на самый сложный вопрос: где же берет звезда ту энергию, которую излучает? Закон сохранения требует: из ничего — ничто и возникает. Козырев же нашел источник этой энергии: время.

То есть как? Разве время и пространство не те категории, в которых просто, извините, существует все то, что существует? За счет пространства оно (все, что угодно) имеет длину, ширину и высоту, а за счет времени — длительность, период, за который процесс существования того, что рассматриваем, происходит — будь то реакция, планета, звезда или урок популярной физики.

Помимо того что они — философские категории. Пространство и Время имеют определенные физические свойства.

О способности пространства искривляться говорил Эйнштейн и его последователи. Но о времени они ничего «кривого» не говорили. Наоборот, при некоторых расчетах, вытекающих из больших скоростей, время иногда делается отрицательным (приобретает противоположный, обратный знак). А чаще всего — замедляется, что абсолютно достоверно, достаточно лишь испробовать это на практике: стоит только развить скорость, близкую к световой. Легко, не правда ли?

Кстати, именно это утверждение и труднее всего проверить. Но сейчас речь не об этом.