Но Змей родится снова? - Вайнин Валерий - Страница 85

Все дальнейшее произошло очень быстро. Такэру с разворотом заехал ногой Толяну Большому в ухо, но поскользнулся, и удар получился ослабленный. Толян Большой все же упал, но в падении дважды выстрелил в японца, можно сказать, в упор. Прозвучало два сухих щелчка. “Ну, гнида!” — вскричал Стас, пытаясь в прыжке достать Толяна. Толян, однако, был начеку и трижды выстрелил рыжему в грудь с расстояния не более метра. Илья закричал в ужасе и хилыми своими руками оттолкнул державших его амбалов. Вот тут-то и началось самое интересное.

От руки Ильи один из амбалов отлетел метров на пять и вмазался башкой в мусорный контейнер. Другой, с ожогом на лбу, удержался, схватив Илью за пальто. Илья вцепился в его куртку и с криком “Вот тебе, сволочь! Получай!” стал колотить амбалом о дверь подъезда. Здоровенный детина в руках Ильи мотался, как тряпичная кукла.

Тем временем Стас ошарашенно рассматривал свою грудь, расстрелянную с одного шага. На пальто и на свитере не было ни кровинки, ни дырочки… вообще ни следа. Столь же обалдело взирал на него Толян, тщетно пытаясь понять, куда подевались три выпущенные им пули. Однако пудовый кулак Стаса прервал бесплодные его размышления. Рухнув, Толян обронил пистолет. Стас поднял оружие, сунул за ремень брюк и вдруг обратил внимание, что часы на его руке нагрелись и ярко светятся. “Мать моя женщина!” — пробормотал он, что называется, озаренный догадкой. Подняв Толяна с земли, он нанес ему сокрушительную зуботычину, затем вновь поднял и произвел то же действие.

Такэру меж тем метелил ногами Толяна Большого, гонял его по асфальту, как футбольный мяч. Два пистолетных выстрела, очевидно, не произвели на японца никакого впечатления. Пистолет, кстати, валялся рядом, и подошедший Стас, подобрав его, сунул за ремень с другого боку.

Затем Стас оттащил разъяренного Илью от полупридушенного амбала, который, кстати, один из всей четверки оставался все же в сознании. Стас взял его за волосы и проговорил:

— Соберешь всю эту падаль, отвезешь к Лосю. И если я кого-то из вас увижу близко… Понял или объяснить?

— Да на хер мне эти заморочки! — прохрипел амбал с ожогом. — Другого лоха пусть поищут!

Стас отпустил его волосы.

— Это правильно. Работай.

Под его присмотром амбал заволок своего напарника и обоих Толянов в “ниссан”, завел мотор, и только их и видели.

Приподняв рукав куртки, Такэру показал Илье свои часы.

— Смотри, светятся.

— И мои, — кивнул Илья, — но уже слабее. Опасность вроде миновала, так что… Славный подарочек.

— Поехали! — открывая “тойоту”, крикнул Стас. И, заводя мотор, пробормотал: — Эх, мне бы эти часики в Чечне…

Глеб и Даша, как матерые газетные волки, явились на интервью в потертых джинсах. Выше пояса Глеб был в синей своей рубашке, а Даша в сиреневой кофточке. Они стояли перед стальной дверью, над которой висела видеокамера, и ожидали, пока их впустят. Свои синие куртки они держали в руках.

— О, да мы с тобой в одном цвете, — заметил вдруг Глеб. Даша лукаво усмехнулась.

— Кто бы мог подумать.

Рядом ожил микрофон и просипел:

— Пожалуйста. Третья комната налево.

Запор щелкнул, Глеб потянул дверь на себя, и они с Дашей вошли. В коридоре располагалось еще несколько дверей. Открыв третью слева, они очутились в просторном зале, часть которого оборудована было под фотостудию, а все остальное помещение являлось офисом с двумя компьютерами и стильной жесткой мебелью. За столом с тремя телефонами красовалась менеджер Жанна Блинова в коричневом длинном платье, которое очень шло к ее волосам, уложенным в затейливую прическу. Жанна курила сигарету, стряхивая пепел в корзину для бумаг. Глеб просто поверить не мог в такую удачу.

После взаимных сдержанных приветствий менеджер-секретарь подарила Глебу многообещающую улыбку и небрежным взглядом окинула Дашу с ног до головы.

— Вас обоих мы вроде уже видели, — проговорила она, пуская дым из ноздрей.

— А мы вас, — ответила Даша. — Имели честь.

Тут зазвонил один из телефонов. Красотка Жанна сняла трубку и, разговаривая, продолжала стряхивать пепел в корзину. Даша вопросительно посмотрела на Глеба, и Глеб чуть заметно кивнул. Но менеджер положила трубку и проинформировала:

— Вика просит прощения. Ей нужно переодеться после съемки. — Жанна указала сигаретой на внутреннюю дверь. — Она выйдет к вам через минуту-другую.

Вновь зазвонил телефон, и менеджер затеяла с кем-то нудное препирательство по поводу условий контракта. И когда она в очередной раз стряхнула пепел, корзина для бумаг вдруг загорелась, а следом за ней, будто политый бензином, вспыхнул стол. Истошно завопив, Жанна бросила трубку и метнулась к висящему на стене огнетушителю.

— Дайте мне! — крикнул Глеб, выхватывая огнетушитель у нее из рук.

— А я?! — засуетилась Даша. — Что делать мне?!

— Прекратите истерику, срывайте шторы! — заорала на нее менеджер.

Но пока Глеб поливал из огнетушителя стол, а дамы воевали с занавесками, на стене загорелся пластик, и повалил черный дым.

— Откройте окна, мы тут задохнемся! — завизжала Жанна.

— Я тебе открою, кретинка! — раздался голос Виктории Бланш. — Здесь тогда все к чертям заполыхает!

Фотомодель выскочила из комнатки с другим огнетушителем в руках. На ней был светлый костюм с короткой юбкой. Ее длинные стройные ножки обуты были в туфельки на высокой шпильке, золотистые волосы в беспорядке разметались, а бездонные голубые глаза выражали непоколебимую решимость победить этот чертов огонь.

— Заливайте сперва пластик! — крикнул ей Глеб.

— Знаю! — отозвалась Виктория, направляя струю огнетушителя на полыхающую стену. — Жанна и вы, девушка! Хватайте ведро и чайник, быстрей!

Жанна и Даша кинулись выполнять ее команду. Самоотверженность и хладнокровие фотомодели не могли не вызвать восхищения.

Минут пятнадцать Глеб и Виктория боролись с пламенем, а Жанна и Даша подносили им воду в ведре и в чайнике. На столе тем временем трезвонили телефоны, но было не до них. Наконец пожар был потушен. Все кашляли, наглотавшись дыма. Прическа менеджера Жанны распалась, и на плече болтался оторванный рукав платья. Светлый костюм Виктории превратился во что-то несусветное, лицо и волосы ее покрылись копотью. Она вертела в руках туфельку, пытаясь приладить сломанный каблук.