Оборотни космоса - Белаш Людмила и Александр - Страница 94

– Почему же «для отвода»? – Форт сел более раскованно, ощущая, как растёт в глазах Окурков. – Свинки – это индикаторы магнитно-лучевого воздействия. По районам их мора я вычислил, где стоит орудие. В шахте на севере, за холмами.

– И-ти-ти-ти... – Глаза Папы недобро сузились. – Ты доложил об этом в град?

– Доложил, но мне не поверили. Они отрицают возможность наличия у вас сквозного оружия. Моё донесение им не понравилось, мне велели искать дальше... а потом бросили меня здесь.

– Они не того доклада ждали, – промолвил Маджух. – Эксперт им ни в формат, ни в концепцию не вписался. Или более того – в граде боятся знать правду, с порога её отвергают... Что тебе приказали найти?

– Какой-то алтарь Чёрной Звезды. По-моему, они сами не определились, что это – техническое устройство или нечто, выходящее за рамки привычных представлений. Я предупреждал их: «Вы наняли эксперта не по профилю. Есть психонетики, вот с ними и толкуйте. Они антеннами отслеживают дьяволов и ловят пылесосом привидения; разъяснят вам любое аномальное явление. Мои выводы будут касаться технологии, а не магии». Но меня не слушали.

– Ты из ведомства или из частного агентства? – Маджух вернулся в привычную колею дознания.

– Из ведомства.

– Чьё оно и какое?

– Федеральное. Баканар, научный центр Министерства обороны.

«Ничего! – ободрил себя Форт, назвав породившее его учреждение. – Если им суждено погибнуть, они унесут тайну в могилу. Если победят, а я останусь в их руках, они накличут на себя вояк. Если же я ускользну от чёрных, адрес моей конторы будет им нужен как прошлогодний снег».

– Ой-е, демократия! – усмехнулся Папа, хотя по логике вещей ему сейчас следовало пыжиться, выдумывая, как избежать разгрома. – Вот у кого надо учиться делать ставки; никогда в проигрыше не окажешься. Министерство внешних изысканий, значит, валит нам корм и оружие, а Министерство обороны помогает градским! Кто бы верх ни взял, Федерация всё равно с прибылью!..

От Папиных откровений на Форта накатил мучительный стыд. Впору оглохнуть, чтобы не слышать, как хвалят твою родину! Конечно – политика, дальние умыслы, перспективные выгоды... но снабжать пиратов, которые тебя же и грабят, убивают твоих граждан, – до этого может додуматься лишь самая развитая демократия Галактики! Государственный блюд во всей красе.

– Как проверить, что ты не врёшь? – наседал Маджух. – Твоё имя, фамилия есть в открытой базе данных?

– Я не из того отдела, что вывешивает кадровые списки.

– Плевать мне на фамилию, – остановил Маджуха Папа. – Ты смыслишь в сквозном оружии?

– Естественно.

– Сколько град обещал тебе за экспертизу?

– В имперских отах – один и семь шестнадцатых мириада.

– Ты что, от бедности к ним нанялся?!.

– Начальство послало.

– Сёган – скупердяй. Эксперт, что скажешь о сумме впятеро больше?

– Она мне нравится.

– Знаю я вас, федералов, – умные и продажные. Это хорошо! Незачем тебе работать на Эрке. Они твоё ноу-хау не уважили, выводы твои презрели, одним словом – оскорбили как профессионала. Переходи к нам! Плачу семь и три шестнадцатых мириада в отах – ты согласен? Хочешь – налом в любой валюте, хочешь – положим в какой скажешь банк.

– Что я должен делать?

– Сообразительный!.. К работе приступишь чуть позже. Маджух, – обернулся Папа к разведчику, – у меня возник славный план. Пусть инженеры заряжают диск без перерывов, только чтоб кабели не сожгли. Завтра всё должно быть готово к выстрелу. От градских выступила эта шмойла, а от нас выступит – эксперт! Он публично подтвердит, что мы обладаем сквозной пушкой. Пусть после этого Триумвират попробует напасть! А для наглядности пальнём по ближнему скоплению их войск. И приурочим это к погребению Шуламанги и Лу Дархана, так будет красивей в смысле пияра. Похороны – и сразу удар!

– Так ведь, Папа... – Маджух несколько растерялся. – Нет кворума жрецов для проклятия.

– И не надо хворума! Хватит притворяться, что это одна жреческая магия. Это – наша суеверная...

– Суверенная...

– ...государственная мощь! Хотя для впечатления проклятие тоже не помешает. Настропалим преосвященных – пусть втроём напрягаются!

– Но Джалык Дахура не вернулся! Должен был прибыть сегодня, но передал, что задержится из-за срочных дел.

– Чует тухлятину, вот и прячется. Запиши текстовочку, запостишь ему с моей подписью. Скажем, так:

Преосвященный Джалык Дахура!

До каких пор ты будешь отсиживаться в Столбовых пещерах? Можно подумать, нам страх неведом и мы тут блаженствуем в покое! Что за «срочные дела» тебя задерживают? Нет ничего срочнее, чем поместить в склеп тела Шуламанги и Лу Дархана! Сколько можно их на леднике держать?! Раз ты взялся быть Гласом Бездны, то будь им. Не приедешь к началу днёвки двадцать третьей ночи – Бо Арангак и Ерагон Халвар отлучат тебя от храма, и ты станешь пся вонючая и позорная, и каждый удалец должен будет поступить с тобой по совести и в соответствии с твоим новым званием.

– Затем – подпись... Нет, надо поважней как-нибудь обозначить. Эксперт, припомни-ка подходящий демократический титул. Только не «Президент». Президент – лицо, единогласно избранное народом.

– Лорд-протектор, – брякнул Форт.

– Какая ещё шина с покрышкой? так людей не называют!

– Нет, это значит – «господин-покровитель».

– Вот и говори по-человечьи, не по-псиному, а то премии лишу. Значит, «Господин-покровитель Аламбука и нейтральных территорий Папа Мусултын». Пусть привыкают.

– Надо бы мне пушку осмотреть, – намекнул Форт. – Если придётся выступать, я должен знать предмет доклада.

Подземная узкоколейная электричка ехала кривым S-образным путём. Форт, трясшийся со всеми в вагончике, похожем на сундук с поднятой на стойках крышкой, запоминал направление и расстояние.

Поначалу железная дорога пролегала по узкому тоннелю, где вдоль стен тянулись десятки кабелей, а по обеим сторонам пути виднелись проходы для путевой обслуги. Но тоннель-кишка внезапно кончился, и поезд побежал по высокому сводчатому проезду, слабо освещённому редкими лампами на стенах – свод темнел в вышине, на нём были заметны остатки каких-то металлических конструкций. Арочные дуги, продольные фермы потолочного усиления, проблёскивающие в стороне странные на вид двугранные рельсы – все элементы оборудования тоннеля носили отпечаток гигантизма и древности. Тонкие рельсики узкоколейки казались чужеродными новинками в этом царстве тяжеловесной старины, отлитой и собранной с таким запасом прочности, что ей были нипочём и проходящие века, и подтачивающие твердь воды подземелья, и давящая масса камня.

Ехали недолго. Единственная станция оказалась конечной – дальше тоннель обрывался стеной, сохранившей следы опалубки. На платформе поезд встречала охрана, у тяжёлых дверей в стене – следующий сторожевой рубеж. Форту приказали отвернуться – Папа набирал код на замке. В общем, сканер различал его движения вполне чётко, даже когда Форт стоял затылком к двери.

По ту сторону толстенных створок их ждала небольшая группа бледных ньягонцев в одинаковых комбинезонах. Все приветствовали Папу поклоном, а старший из бледнолицых доложил:

– Заполнение энергетических ёмкостей идёт нормально. Мы установили оптимальный уровень закачки, близкий к предельно допустимому.

– А ускорить? – зыркнул на своих учёных карликов Мусултын.

– В случае необходимости можем прибавить темп на две восьмых, но это уже рискованно. Могут не выдержать токопроводы.

– Покажите этому типу мой агрегат. Он спец, ему докладывать для TV.

Глаза бледнолицых уставились на Форта. Затворники секретного подземелья выглядели сытыми, но были блёклыми, как выросшие в темноте растения. Рассматривая их, Форт примечал всё новые болезненные знаки – затёртые гигиенической помадой трещинки на губах, какую-то бело-жёлтую накипь в углах глаз, бурые корки по краям ушей... ломкие ногти, припухшие дёсны в бескровно улыбающихся ртах, скованная походка – похоже, у них что-то происходит и с суставами. Интерьеры цвета угля и пепла не украшали здешних жителей – сероватые, с ободками теней на веках, служители сквозного орудия сливались со стенами и трубой, неуклюжей мебелью. Отнюдь не эльфы – скорее кобольды, гномы бездонных шахт и забытых штреков.