Оборотни космоса - Белаш Людмила и Александр - Страница 92

– Было такое.

– И зачем ты эту глупость совершил?

– Pax дал поносить. Я считал – это подарок...

– Это смертный приговор, а не подарок! – Теперь за Форта взялся прозревший Папа. – О чём ты думал, олень безрогий?! Остолоп ты, дурь непокрытая, бревно в перьях, идиот трёхъярусный!

«И это всё – обо мне. Так оно и есть. Рахом наряжали, а я только улыбался, будто повредившийся в уме».

– Игрун, мать твою за хвост! Если не вникаешь, до чего ты доигрался, хоть сейчас врубись – Pax тебя подставил, как полено под колун! Ещё ночка – и вместо Раха в раму!

– Ну, я так полагал, что быть вашим сыном безопасней.

– Как видишь, не всегда!

– Если Pax дал ему жилет, – рассудил Маджух, – то исключительно по сговору со старшими из нао. Похоже, тут и Золотой Луч замешан, начальник Раха. Ониго и старейшина Унгела в дружбе; они-то вместе и состряпали затею с ряженым. Да, не иначе! а купился на неё Дукин агент.

– Должно быть, так! Колдун-полковник – мастак двойников создавать, – согласился Зурек.

– Что ж, эксперт, ты почти реабилитирован; можно предлагать тебя на выкуп. – Улыбка Маджуха показалась Форту фальшивой.

«Ох, ушастики, а ведь у вас множатся проблемы. На душе скверно, не правда ли? Что же творится наверху?.. Ракеты и орудия установлены на северо-западе. Похоже, что Ониго получил сведения от Раха. Выходит, Pax уцелел?.. В чём состоит моя задача? выжить при обстреле. Парни, почему бы не вернуть меня в зиндан? это превосходное бомбоубежище».

– Я ведь, Папа, часть премии уже вложил в дела... – заюлил Дука, подъезжая издалека. – При мне двадцать семь мириадов, остальные разошлись. Отсрочить бы выплату...

– Можно, – величаво снизошёл Мусултын. – Неделю обожду без процентов, далее по счётчику, как полагается.

– Продавать експерта будете – дай вам Звезда жирной прибыли. Однако ж в этом и моя заслуга есть. Не простишь ли мне за корноухого мириадов шесть... пять?

– Два прощу, не больше.

– А за то, что я Раха утопил? – хитренько сощурился Дука.

– Где?! когда?! – Дёрнуло всех, даже Форт невольно оглянулся.

– Там же, где взял этого, – в Низкой пещере. – Дука расплылся в улыбке. – Он в колодец ушёл, а там – завал! Так и не всплыл. Мои парни выждали, сколько патронов хватало, плюс час для страховки. Шмак ему!

– Маджух, готовь дайверов, – тотчас скомандовал Мусултын. – Пусть достают тело. Выложим на леднике, затем в клановом склепе схороним. Дука, что бы тебе раньше не сказать об этом?.. Мы б его живьём схватили! Ладно, хоть труп народу предъявим. Ох, глядишь, хоть сколько-нибудь от позора уйдём!

Однако Маджух не спешил браться за мобик. Он смотрел на Форта.

– А ты почему в воде не скрылся?

– Что я, умалишённый – в неразведанный сифон бросаться, где глубина за две сотки саженей? Может, я авантюрист, но не настолько.

– Папа, посылать аквалангистов незачем, – обернулся Маджух к Мусултыну. – Pax ушёл живым, сифон пуст.

– Как ты это отсюда разглядел?

– Головой. Снаряжение было на двоих, Pax взял двойной запас воздуха. И всё-таки вы – троглодиты, – покосился он на Дуку. – Такой простой вещи не понять!..

Дука готов был в бездну провалиться от досады.

– Зато я знаю, что експерт в городе проделывал!

– Профукал ты Раха. Сдай деньги и уматывай. Больше поблажек не будет.

– Он чего-то вынюхивал! Ходил везде и всюду!

– Без тебя допросим. Выйди вон, там казначей ждёт. Когда Дука покинул зал бубна, обещая себе выпороть Удюка Лишая так, чтоб кожа клочьями свисала, Окурки обменялись вопросительным взглядами.

– Задачка-то не решена, – разомкнул уста Зурек. – Надо замазать, что у нас нет Раха. Этого, – опустил он глаза на Мантыха, – убить, что ли?.. Ведь проболтается. Слишком много он тут слышал.

Мантых со слезами стал целовать его обувь, бормоча что-то о многолетней службе, помиловании и строжайшем неразглашении.

– Или язык ему вырвать? – немного смягчился Зурек.

– Засунь на недельку в зиндан, – посоветовал Папа. – Посидит, прочувствует... Грешно верных пристебаев гробить! Вдобавок от меня ему обещана награда. Увести! Венец, забирай эксперта и иди в другую нору; здесь летучий совет будет.

– Эксперт, а поведай-ка мне, что ты высматривал в городе, – завёл Маджух долгий разговор, когда они с Фортом уединились в боковушке, – и чем вместе с Рахом занимался...

Капитан «Леди Гилфорд», широкоплечий боцман и двое крепких матросов вошли в номер Борина Хау так запросто, будто ввалились в один из баров, которыми славилась Исса.

«Мог бы и по связи доложить, что погрузка окончена и пора домой», – с неудовольствием подумал Борин, кое-как подлечившийся инъекциями и пилюлями после излишеств аламбукского гостеприимства. Таких яств, наркотиков и девочек дома не сыщешь; как тут не отвязаться, не позабыть о надоевшей морали?..

Ночи, проведённые в гостях у доброго Папы, вспоминались ему как сплошной кутёж. Эротические танцы перемежались с певчим хором недорослей, зеркальным залом и бурлящим ароматическим бассейном, где в свечении подводных ламп плескались русалки. Да, ещё забава с гравитором. Борин угорал от хохота, поворачивая туда-сюда регулятор и глядя, как девки с обалделым видом воспаряли над полом, по-лягушачьи нелепо размахивая конечностями, а их волосы развевались облаками. От потолка – к полу, влево – вправо, с визгом, сцепляясь в клубок! И прочие увеселения, коих не счесть.

Разумеется, «Леди Гилфорд» не могла возвращаться порожняком. Для космического транспорта пустые трюмы – разорение. С капитаном поджидал фрахта и Борин, остывая в гостинице на Иссе после бурных ночек на планете.

– Грузы приняты? – спросил он.

– Смотрите, сияет – как с иголочки, – неуместно заметил боцман.

– Как с иглы, – отрубил капитан. – Борин, вы телевизор смотрите?

– Нет; а что?

– Ньягонская дама была права. – Капитан выглядел строго и напряжённо, видимое спокойствие давалось ему с трудом. – По TV выступила Дорис Гурден, навигатор со «Звёздного Флага». Она была в рабстве – в Аламбуке, у ваших дружков. А вы... – Капитан зубами сжал готовую вырваться фразу, но заменил её более гладкой. – Выдали её и ещё восемьдесят землян рабовладельцам, когда люди хотели передать через вас весть о себе. Это правда?

– Ка... кая Дорис? Капитан, это провокация ньягонских спецслужб. – Сознавая, что стряслось нечто катастрофическое, Борин тем не менее искал нужный тон для беседы. – Они хотят опорочить «Всеобщее Помилование» и ради этого пойдут на подлог, на фабрикацию фальшивок... на что угодно! Вас обманывают.

– Чёрта с два, Хау. – Капитан почти рычал. – Я лично знаю Дорис! Это она. Вы на моём судне возили оружие пиратам. Как я после этого войду в капитанский клуб?! Чтобы про меня говорили, что я снабжаю тех, кто захватывает наших женщин, косменов с гражданских судов?..

– Господин капитан, стоит ли вам объясняться с гадиной? – почтительно спросил боцман. – Разрешите, мы потолкуем с ним по-своему. Он людских слов не понимает, от всего отбрешется – тут надо вручную.

– Да, боцман. Приступайте.

Борин отлично знал, как космены относятся к пиратам и к их пособникам, поэтому закричал раньше, чем люди с «Леди Гилфорд» занялись тем, ради чего пришли.

Трое в небесно-синей форме, идущие по коридору гостиницы, услышали вдалеке истошные крики и звуки, напоминающие удары по плотной кожаной подушке.

– Кажется, это линчуют мистера Хау, – с воодушевлением отметил Малах Киричек. – Поспешим, а то нам не достанется.

В номере они застали безупречного капитана – на мундире ни складочки лишней – и матросов с боцманом, стоящих вокруг скорчившейся на полу, стонущей и всхлипывающей фигуры.

– Он собирался сбежать, – ответил капитан на обращённые к нему взгляды сотрудников Гэлп. – Мы как раз проходили мимо, решили исполнить свой гражданский долг и пресекли попытку к бегству.

– Благодарю вас, кэптен, – козырнул Малах. – Я обязательно отмечу в рапорте вашу активную помощь международным органам правопорядка. Вы – Борин Хау? – обратился он к лежащему.