Оборотни космоса - Белаш Людмила и Александр - Страница 77

– Ты не замёрзнешь? – Затворив дверь-плиту, Pax принялся намертво заклинивать её запоры.

– Никогда. Моя оболочка играет роль термоизолятора.

– Тогда зачем было стирать тряпки? Домой поплывём в гидрокостюмах, а там найдётся, что надеть.

– Не могу я выглядеть вонючим пугалом. Стыдно рядом с тобой стоять – ты чистенький, а я в дерьме.

– Ума не приложу, где ты засветился. – Pax раскладывал рядком патроны с дыхательной смесью. Костюмы, шурша, разворачивались из плоских пакетов, как надувные люди; расползались подпружиненные шланги, постукивали твёрдые детали. – Вроде бы никаких промашек не допущено...

– Допущено, не допущено, а придётся сматываться. Я рад уже тому, что Коел долетела и попала к нашим. Долго отсюда плыть?

– Не очень. Примерно полверсты. Этим сифоном я пользовался как-то раз и хорошо запомнил его схему. Приток, – махнул Pax в сторону медленной речки, выходящей из-под массивного щита, где под слоем воды сканер видел тяжёлую и частую решётку, – делится на сточный ход и сифон, что под озером. Сифон глубокий...

– И какой же?

– Трудно сказать. В прошлый раз мне не хватило мерного шнура. Значит, больше двухсотки саженей. Но это основное его колено, а мы уйдём по меньшему, что сразу за сужением. – Pax положил снятый чип в карман гидрокостюма.

– Да, про бездонный не надо. Лучше говори о меньшем.

– Проплывём без хлопот. – Сев, Pax прижал к локтевому сгибу автошприц. Прибор издал жужжание, отыскивая вену, и начал вливать в кровь препарат, уменьшающий калибр газовых пузырьков при декомпрессии. Pax дышал глубоко, пережидая краткий прилив сонливости, наступающий при введении.

– Зарядись и ты; надо спешить.

– Сейчас; я гравитор ищу. – Натянув трусы, Форт перебирал предметы дайверской экипировки.

– На поясе, вместо грузила.

– Какой-то он не тот. – Форт повертел пояс с тяжёлыми блоками. – Не разберу, где включается.

– Дай сюда.

Изучив пояс, Pax пробормотал:

– Это утяжелители.

– А гравитор? – обеспокоился Форт.

– На моём поясе его нет. Ничего не понимаю. – Pax старался не показывать своей растерянности.

– Ты же говорил, что предупредил здешних о том, какой у меня вес! – Форт заговорил намного резче, с нажимом.

– Разумеется – два кентаря и пять восьмериков; я так и передал им.

– Не то! я про удельный вес! Я тяжелей воды, соображаешь?!

– Тяжёлый, да, я помню. Именно это и было сказано.

– А гравитора нет!

– Наверное... они не так поняли. – Pax отводил глаза. – Вес, конечно же... Если эйджи в два с половиной раза тяжелее среднего мужчины, это... очень полный, жирный человек. Они сочли, что надо побольше грузил.

– Ага, чтоб я камнем пошёл ко дну! – Форт разъярился. – В сифон, который никто не измерил!.. Я не поплыву.

– Почему?! – Pax вскочил.

– Не могу. – Форт взглянул на пещерное озеро, ведущее в бездну. – Не могу, и точка. Я остаюсь здесь.

– В чём дело?! ты думаешь, что говоришь?! Они сорвут дверь, дело времени – когда им принесут взрывчатку. Они тебя схватят!

– Пусть лучше схватят, чем я кинусь в пропасть.

– Ты не представляешь, что это за люди! Они будут тебя пытать. Резать пальцы до локтя и выше.

– Чепуха, небольшая поломка. Дело поправимое.

За стеной, где был встроен лацпорт, раздался слабый скрип.

– Ставят заряды. Одевайся, и немедленно уходим!

– Я сказал – остаюсь. Ты меня прыгать в прорву не уговоришь, даже не пытайся. Забирай мои воздушные патроны, пригодятся.

– У них есть плавучесть. Грузы оставим. Я тебя дотащу до колена, там будет легче.

– Ни за что.

– Объясни мне наконец, из-за чего ты не можешь плыть! Сюда ты плыл без всяких возражений!

– С гравитором. Без него я плаваю не лучше вон той глыбы. Проваливай, Pax, и поскорей. Ты должен дойти до Ониго и сдать нашу информацию. Я как-нибудь выкручусь.

– Но почему? почему ты такой упрямый?! я же тебе предлагаю...

– Потому что боюсь!! – повысил голос Форт. – Да, боюсь до ужаса и высоты, и глубины!

– А смерти?!.. Лучше в сифон, там спасение. Чёрные будут мучить, потом убьют – без вариантов!

– А вот смерти я нисколько не боюсь, – ответил Эксперт с неожиданным спокойствием. – Смерть – это ещё не всё, Pax.

– Ты сумасшедший.

– Уходи быстрее. Ты не забыл мой лайтинг?

– Да; вот он, бери.

– На фиг не нужен. Я начну стрелять, они в ответ... не хочу я этого. Если вернёшься, принеси его мне. Плыви же наконец, ты!..

Заряды грохнули. Дверь, покачнувшись, отошла от обвязки – и тотчас в темень пещеры ворвались слепящие пучки света и пронзительные крики:

– Не двигаться! Одно движение – и крышка!!

Дукиным парням предстало зрелище – одинокий эйджи в мокрой и перепачканной одежде, безмятежно сидящий с поднятыми руками на камне у воды. От него ощутимо тянуло острой помойной вонью.

– Привет, ребята! – радушно сказал он. – Всё в порядке, я сдаюсь.

– Эй, не дёргайся! – предупредил Дука из-за спин своих удальцов. – Никаких резких жестов, иначе тебе шмак!

– Тут что-то нечисто, – прошептал отрядный главарь. – Всё осмотреть! Не может он быть таким спокойным...

– Наручники. Ну-ка, руки вперёд! – Парень нервно облизнулся, смыкая браслеты эйджинского образца на запястьях неуловимого Духа. Неужто небывалое свершилось, и Бесследный пойман?!.

– Дать ему по башке, чтоб вырубился.

– Нет, ногу прострелить.

Форт продолжал солнечно улыбаться, порой даже подмигивая группе захвата. Возня вооружённых человечков выглядела потешно – ощетиненные, держащие его на прицеле нескольких стволов, они почти тряслись от нервного напряжения... и страха.

– Не бить и не стрелять. – К нему продвинулся косолапый, но мускулистый и подвижный ньягонец, из-за простуды гнусаво говоривший в нос. – Я порченым товаром не торгую. Ну, здорово, страхолюдина! Ты мне в два человека обошёлся. Но так и быть, откуп за них я выплачу из премии, которую получим за тебя. Пойдёшь по-хорошему или тебя нести как тюк, на шесте?

– Отчего же не пойти, пойду. – Форт встал; ньягонцы отпрянули. – Договоримся – ни я вас месить не стану, ни вы меня портить.

Слово «месить» из уст пленника в кольце врагов прозвучало забавно, но никого не насмешило. Почему-то аламбукцы верили, что он сможет сделать то, о чём сказал.

– Идёт! – обрадовался Дука, звучно втянув сопли. – Умел ты лютовать, умеешь и проигрывать. Удальца сразу видать!

«Лютовать? – В Форте зашевелились сомнения. – О чём это он?..»

– Их было двое. Один ушёл водой. – Следопыт показал Дуке крохотный обрывок красной фольги, слетевшей с пломбы воздушного патрона.

– Далеко не уйдёт, – бросил главарь. – В прошлую луну Хитники там с полкентаря подрывной замазки заложили, узость завалили. Воде проток есть, а щели – разве что викус пролезет. Вы, – указал он, – втроём останетесь и покараулите. Как патронам время выйдет, помолитесь об утоплом – и домой.

«Ах, разбойник мой благоразумный, – с горечью закручинился Форт, – как же ты попал! Только до срока не вылезай. Хоть бы тебе патронов хватило...»

– Или бомбу туда бросить? – задумчиво молвил отрядный техник.

Форт прикинул, как бы врезать ему ногой. Можно напрячься и сделать из этой компании кучу мяса, мятого с костями... Нет, слишком разбрелись, все с бластерами. Не ровен час, огневой шнур в голову схватишь – где потом глаза менять? в «Роботехе» таких не вставляют. Он пригляделся радаром к запалам гранат. Нет, принцип их действия – механический, луч не поможет.

– Сдурел? – покосился главарь. – Патроны лопнут, жмурик не всплывёт. Сидеть и ждать!

«Да, парни, для вас это самое верное! Но не завидую вам, если вы его дождётесь».

– Пошли, удалец! – позвал Дука. – Путь не близкий; тебе будет время поразмыслить, о чём говорить с Папой.

Шагая в наручниках под круговым конвоем ньягонцев, каждую секунду готовых пустить в ход бластеры, Форт почти блаженствовал. Как ни взгляни, это лучше, чем нырять в помои, гадать, куда смоет тебя бушующая река грязи, или ломать голову над гамлетовским «Быть или не быть?», стоя на краю сифона, ведущего в неизведанные тартарары. У арестанта есть хоть какая-то определённость и пусть тусклые, но конкретные виды на будущее.